Чтение онлайн

Каковы же были мотивы преступных артефакторов? Клэр, несмотря на то, что вечер был относительно тёплый и безветренный, поёжилась и крепче укуталась в плащ. Её не отпускало ощущение, что всё это было как-то связано с императорским заказом, который получили некоторые из них. Но в чём была их цель? Не могли же они желать похвалиться не доведённой до ума рецептурой! Ведь сам император или кто другой из его окружения, мог, воспользовавшись неисправным артефактом, в нём исчезнуть! Или…. Или это и было их целью?! И все эти бесчеловечные эксперименты были проведены лишь для того, чтобы убедиться, что каждый, пользующийся таким артефактом, исчезает. Это предположение казалось ужасным, но девушке почему-то мнилось, что именно оно было самым правдоподобным. Хорошо было бы обсудить всё с напарником, который был на удивление молчалив, но они уже приближались к парку, где должна была состояться очередная встреча с Глентом, а заводить серьёзный разговор, когда рядом могли оказаться чужие уши, не стоило. Вспомнив об их осведомителе, Клэр вдруг подумалось, не свои ли подозрения по поводу своих коллег артефакторов хотел ей сообщить Тотельтсин?

То ли новых, то ли тех же следящих за ними мужчин в неизменных клетчатых плащах, прогуливающихся в окрестностях парка, она в этот раз заметила сразу же.

«Надо было изменить место встречи!» — пронеслось у неё в голове вместе с сожалением, что они, таким образом, неосторожно подставляют помогающего их расследованию артефактора. Тот как раз появился из темноты парка, опять неумело прячась за деревьями. Получив от рыжего учётные книги, Тотельтсин попытался, было, сразу же скрыться среди не скрывающих его деревьев, но девушка, решившись, бросилась за ним.

— Что за важную информацию ты хотел сообщить мне, Глент?

— Потом! — паническим шёпотом ответил тот, озираясь по сторонам. — Мне нужно идти. Я сообщу тебе позже. Главное, не говори ему! — указал он взглядом на приближающегося к ним рыжего и, пока Клэр оглядывалась на напарника, скрылся в темноте.

— Что он тебе сказал?! — требовательно спросил напарник, едва достиг оставшуюся на месте девушку.

— Ничего, — с сожалением ответила Клэр, действительно, досадуя на то, что артефактор оказался настолько скрытен и труслив.

— А что ты хотела от него услышать? — продолжил рыжий свой неуместный допрос.

— Я … — Клэр вспомнила о странной просьбе артефактора и закусила губу. — Ничего. Это неважно.

— Неважно?! — напарник был уже по-настоящему возмущён. Клэр чувствовала, что поступает неправильно, скрывая от него и записку, и полученное тайком зеркало, но с другой стороны, Глент практически умолял ничего не говорить рыжему. Девушка не понимала причины, но допускала, что это как-то связано с тем, что произошло между ними, когда Тотельтсин ещё учился в Университете. К тому же, вдруг подумалось ей, почему этот нахал решил, что она должна отчитываться перед ним о каждом своём разговоре?!

— Да, неважно! — уже более уверенно заявила она. — Это … это личное.

— Личное?! — напарник попытался схватить Клэр за плечи, но она увернулась и, уверенно минуя привлечённых шумом клетчатых преследователей, направилась прочь от парка.

— Что у тебя может быть личного с этим …. этим слизнем?! — продолжил наседать рыжий, догоняя её и пытаясь преградить дорогу.

— Никакой он не слизень! — Клэр тоже начала закипать. — Сам ты…. — она пыталась подобрать слова. — Сам ты, как таракан, пытаешься влезть туда, куда тебя не просят! — высказав это, девушка почти побежала по улице, чтобы оторваться от опять раздражающего её парня.

— Слушай, Торн, — рыжий всё-таки догнал её. Казалось, что он пытается сдерживаться, но слова, которые произносил его усилиям, по мнению Клэр, не соответствовали. — Тотельтсин — скользкий тип и снова попытается тебя использовать….

— Использовать? — Ну, вот почему, как только она начинает успокаиваться, он тут же снова доводит её до кипения?! — А ты сам?! Не стоит всех судить по себе!

— Я не… — попытался возмутиться рыжий.

— Как же нет?! — не скрывая усмешки, прервала его девушка. — А все твои эскапады на улице, в Университете? Надеешься, что случится скандал и твоя невеста расторгнет помолвку? — выпалила она казавшееся ей логичным объяснение странностей поведения рыжего по отношению к ней.

— Дура! Неужели, ты ничего не понимаешь?!

— Сам дурак! Не лезь ко мне со своими необоснованными претензиями! Я сама решу, что мне делать и с кем мне общаться! — отчитав наглеца, Клэр уже на самом деле побежала к виднеющемуся в конце улицы комплексу Университета. Она была настолько обижена и возмущена очередной попыткой напарника её контролировать, что позабыла о том, что сама изначально сомневалась в целесообразности молчания по поводу переданного артефактором обещания, и даже не вспоминала больше о следящих за ними подозрительных типах, которые, наверняка, слышали каждое слово из их перепалки и теперь передадут своим нанимателям много занимательных сведений.

Напарник сопел ей вслед, но больше не заговаривал. Очутившись в здании Университета, он, демонстративно игнорируя девушку, направился вниз, к переходу первого этажа, а Клэр поспешила в общежитие, надеясь успокоиться и привести мысли в порядок уже в своей комнате, в привычной обстановке.

Пройдя к себе и всё ещё пребывая в раздражении, она скинула плащ и, меряя шагами похожее на каморку помещение, снова переживала состоявшуюся ссору. Достигнув в очередной раз похожего на бойницу окна, она развернулась к входной двери и только тогда заметила лежащий на полу рядом с ней конверт. Предчувствуя новые неприятности, она дрожащими руками подняла сразу же показавшееся неимоверно тяжёлым послание. С третьей попытки развернув письмо, Клэр вчиталась в несколько строчек, а потом ещё раз, и ещё, пока ужасный смысл послания, наконец, не дошёл до неё.

Возбуждённо-радостный отчим — это было видно по почерку — сообщал ей, что в этот же день — уже сегодня! — в восемь часов вечера — это же уже через полчаса! — посетит её вместе с предполагаемым женихом и его представителем и надеется на достойный приём сиятельных вельмож со стороны своей падчерицы.

«Всё продумал, подлец!» — девушка вмиг ощутила себя загнанной в угол мышью. Действительно, оставалось только полчаса. Что она может сделать? Ведь если предполагаемый жених в её присутствии заключит контракт с отчимом, её опекуном, так она ещё несовершеннолетняя, то её сможет спасти только прямое обращение к императору. Но вот только, кто Клэр к тому допустит?!

Она может уйти из комнаты, но её всё равно найдут и скандал случится при множестве ненужных свидетелей. Сбежать из общежития? Но у неё нет на этот вечер пропуска, чтобы потом вернуться обратно, а ночевать вне пределов Университета для неё может быть чревато серьёзной опасностью. К тому же побег не решит вопроса — её просто подстерегут в другой момент. Нужно было решать вопрос кардинально. Но как?! В полоумную, пускающую слюни дурочку, которой она раньше прикидывалась несколько раз, уже никто не поверит. Её репутация отличницы, наверняка, известна будущему жениху. Оттоптать ноги, испортить наряд, облить вином или запустить в глаза острым соусом, как получилось с графом Фрисафорком, тоже не получится — они не на приёме и даже не в ресторане, а в небольшой комнате в общежитии. Обрезать волосы, полностью выщипать брови, нарисовать на лице прыщи или шрамы она уже не успеет, да и не хотелось ей сейчас себя уродовать. Почему-то при этих мыслях вспомнился рыжий, и Клэр снова воспылала гневом на себя и на ситуацию в целом ещё больше.

Смириться? Ну, нет! Она дала отцу слово, пусть уже на его могиле, но всё равно будет своё обещание держать. Ни за что она не отдаст его славное имя мерзавцу отчиму. Если бы у неё был хоть какой-то достаточно близкородственный кузен или дядюшка, она бы без сомнений передала тому и имя, и титул, но не подлецу барону Крясяксу. Клэр настолько себя накрутила, что, когда раздался стук в дверь, она едва не заплакала от злости и безысходности.

— Войдите! — хрипло произнесла она, замерев напротив двери и ожидая кого угодно, но только не рыжего напарника.