Чтение онлайн

– 93

Прямо скажем, хитрожопый ! Оказался ты, Егор !

Значит все мы, кровь на рыле, Топай к светлому концу! Ты же будешь в Израиле Жрать, подлец, свою мацу!

Мы стоим за дело мира, Мы готовимся к войне! Ты же хочешь, как Шапиро, Прохлаждаться в стороне!

Вот зачем ты , вроде вора, Что желает - вон из пут, Званье русского майора Променял на "пятый пункт".

Я ему, с тоской в желудке, Отвечаю, еле жив,- Это ж я за ради шутки, На хрена мне Тель-Авив!

Он как гаркнет: -Я не лапоть! Поищи-ка дураков! Ты же явно хочешь драпать! Это видно без очков!

Если ж кто того не видит, Растолкуем в час-другой, Нет, любезный, так не выйдет, Так не будет, дорогой!

Мы тебя - не то что взгреем, Мы тебя сотрем в утиль! Нет, не зря ты стал евреем!

А затем ты стал евреем, Чтобы смыться в Израиль! И пошло тут, братцы-други, Хоть ложись и в голос вой!.. Я теперь живу в Калуге, Беспартийный, рядовой! Мне теперь одна дорога, Мне другого нет пути: - Где тут, братцы, синагога?! Подскажите, как пройти!

(232)

– 94

РЕКВИЕМ ПО НЕУБИТЫМ

Когда началась "Шестидневная война",

я жил за городом, у меня испортился

транзитстор, поэтому я двое суток

пользовался только сообщениями радио

точки. Из этих сообщений я создал себе,

естественно, превратное представление

о том, что происходит, и на второй

вечер написал стихи, которые совершенно

не соответствуют действительности...

Шесть с половиной миллионов, Шесть с половиной миллионов, Шесть с половиной миллионов1 А надо бы ровно десять! Любителей круглого счета Должна порадовать весть, Что жалкий этот остаток Сжечь, расстрелять, повесить вовсе не так уж трудно, И опыт, к тому же, есть!

Такая над миром темень, Такая над миром темень, Такая над миром темень! Глаз ненароком выколешь! Каждый случайный выстрел Несметной грозит бедой, Так что ж тебе неймется, Красавчик, фашисткий выкормыш, Увенчаный нашим орденом И Золотой Звездой?!

Должно быть, тобой заслужено, Должно быть, тобой заслужено, Должно быть, тобой заслужено! По совести и по чести! На праведную награду К чему набрасывать тень?! Должно быть, с Павликом Коганом Бежал ты в атаку вместе, И рядом с тобой под Выборгом Убит был Антон Копштейн!

Тоненькой струйкой дыма, Тоненькой струйкой дыма, Тоненькой струйкой дыма, В небо уходит Ева, Падает на Аппельплаце, Забитый насмерть Адам! И ты по ночам, должно быть, Кричишь от тоски и гнева, Носи же свою награду За всех, кто остался там!

Голос добра и чести, Голос добра и чести, Голос добра и чести, В разумный наш век бесплоден! Но мы вознесем молитву До самых седьмых небес! Валяйте - детей и женщин! Не трогайте гроб Господень! Кровь не дороже нефти, А нефть нужна позарез!

Во имя Отца и Сына... Во имя Отца и Сына... Во имя Отца и Сына!.. Мы к ночи помянем черта, Идут по Синаю танки,

– 95

И в черной крови пески! Три с половиной миллиона Осталось до ровного счета! Это не так уж много Сущие пустяки!

(235)

ЗА СЕМЬЮ ЗАБОРАМИ

Мы поехали за город, А за городом дожди, А за городом заборы, За заборами - Вожди. Там трава несмятая, Дышится легко, Там конфеты мятные "Птичье молоко". За семью заборами, За семью запорами, Там конфеты мятные "Птичье молоко"! Там и фауна, и флора, Там и галки, и грачи, Там глядят из-за забора На прохожих стукачи. Ходят вдоль да около, Кверху воротник... А сталинские соколы Кушают шашлык! За семью заборами, За семью запорами, Сталинские соколы Кушают шашлык! А ночами, а ночами Для ответственных людей, Для высокого начальства Крутят фильмы про блядей!

– 96

И сопя, уставится На экран мурло... Очень ему нравится Мерелин Монро!

За семью заборами, За семью запорами, Очень ему нравится Мерелин Монро!

Мы устали с непривычки, Мы сказали: - Боже мой! Добрели до электрички И поехали домой.

А в пути по радио Целый час подряд Нам про демократию Делали доклад.

За семью заборами, За семью запорами, Там доклад не слушают Там шашлык едят!

(237)

ПО ОБРАЗУ И ПОДОБИЮ

или, как было написано на воротах Бухенвальда: Jedem das Seine - "Каждому - свое ".

Начинается день и дневные дела, Но треклятая месса уснуть не дала, Ломит поясницу и ноет бок. Бесконечной стиркой дом пропах...
– С добрым утром,Бах, - говорит Бог, С добрыи утром, Бог, - говорит Бах, С добрым утром !.. А над нами с утра, а над нами с утра, Как кричит воронье на пожарище, Голосят рупора, голосят рупора С добрым утром, вставайте, товарищи ! А потом, досыпая, мы едем в метро, В электричке, в трамвае, в автобусе, И орут,выворачивая нутро, Рупора о победах и доблести. И спросонья бывает такая пора, Что готов я в припадке отчаянья Посшибать рупора, посбивать рупора, И услышать прекрасность молчания... Под попреки жены, исхитрись-ка, изволь Сочинить переход из це-дура в ха-моль, От семейных ссор, от долгов и склок, Никуда не деться и дело -- швах.
– - Но не печалься, Бах, -- говорит Бог, -- Да уж ладно, Бог, -- говорит Бах. Да уж ладно!..

– 97

..А у бабки инсульт, и хворает жена, И того не хватает, и этого, И лекарства нужны, и больница нужна, Только место не светит покедова.

И меня в перерыв вызывают в местком, Ходит зав по месткому присядкою, Раз уж дело такое,то мы подмогнем, Безвозвратною ссудим десяткою.

И кассир мне деньгу отслюнит по рублю, Ухмыльнется улыбкой грабительской, Я пол-литра куплю, валидолу куплю, Двести сыра, и двести "любительской"...

А пронзительный ветер -- предвестник зимы, Дует в двери капеллы святого Фомы, И поет орган, что всему итог -Это вечный сон, это тлен и прах!
– - Но не кощунствуй, Бах, -- говорит Бог, -- А ты дослушай, Бог,-- говорит Бах. Ты дослушай!..

А у суки-соседки гулянка в соку, Воют девки, хихикают хахали, Я пол-литра открою, нарежу сырку, Дам жене валидолу на сахаре.

И по первой налью, и налью по второй, И сырку, и колбаски покушаю, И о том, что я самый геройский герой, Передачу охотно послушаю.

И трофейную трубку свою запалю, Посмеюсь над мычащею бабкою, И еще раз налью, и еще раз налью,

И к соседке схожу за добавкою... Он снимает камзол, он сдирает парик, Дети шепчутся в детской -- вернулся старик, Что ж -- ему за сорок, немалый срок, Синева, как пыль, -- на его губах...
– - Доброй ночи, Бах, -- говорит Бог, -- Доброй ночи, Бог, -- говорит Бах. Доброй ночи!..

(240)

– 98

ФАРС-ГИНЬОЛЬ

Все засранцы, все нахлебники Жрут и пьют, и воду месят, На одни, считай, учебники Чуть не рупь уходит в месяц! Люська-дура заневестила, Никакого с нею слада! А у папеньки-то шестеро, Обо всех подумать надо -

Надо и того купить, и сего купить, А на копеечки-то вовсе воду пить, А сырку к чайку или ливерной -Тут двугрвенный, там двугривенный, А где их взять?!

Люське-дурочке все хаханьки, Все малина ей, калина, А Никитушка-то махонький Чуть не на крик от колита! Подтянул папаня помочи, И с улыбкой незавидной Попросил папаня помощи В кассе помощи взаимной.