Чтение онлайн

– Мама!
– вспыхнула Мэйрин.

– Эрик Длинный Меч?
– Жосслен внезапно заинтересовался словами Иды. Подвиги Мэйрин по защите Эльфлиа не удивили его, хотя он и восхитился тем, как благоразумно она собрала урожай и спрятала людей, но Эрик Длинный Меч?
– Кто такой Эрик Длинный Меч?
– спросил он.
– Один дурак, - фыркнула Мэйрин.

– Его отец был таном на севере, вассалом Тостига, - сказала Ида.
– Когда мы познакомились с ним, он служил в варяжской гвардии в Византии. Он увлекся Мэйрин и попытался ухаживать за ней после смерти Василия, но она и смотреть на него не хотела. Он посмел сказать Эдрику, что Мэйрин должна стать его женой и что он будет управлять Эльфлиа. Ради этого он принес присягу Эдрику и этелингу. Мэйрин быстро поставила его на место, и Эдрик понял, что Эрик Длинный Меч - простой хвастун.

– Я его убью, - спокойно проговорил Жосслен.

– Ты останешься здесь и будешь защищать нас, милорд!
– перебила его Мэйрин.
– Я неважно себя чувствую и не перенесу новых волнений!

Жосслен взглянул на Иду.

– Что такое?
– спросил он. Ида покачала головой.

– После набега Эдрика у нее начались кровотечения. Она может потерять ребенка. И это неудивительно - ведь она работала на полях, словно простая крестьянка.

– Ты работала вместе со мной, мама! И в деревне тоже, когда мы помогали нашим людям настилать крыши!

– В твоем положении? Ты что, с ума сошла, Мэйрин?!
– гневно воскликнул Жосслен.

– Разве я могла бросить наших людей в беде, Жосслен? Долг хозяйки поместья - подавать пример.

– Но ведь ты беременна!

– Как и половина наших крестьянок. Никому из них не стало хуже от работы, - возразила Мэйрин.

– Они - крестьянки, - заметил Жосслен.
– Они сильные, как волы. А ты - моя жена, ты - неженка! Мэйрин фыркнула.

– Будет так, как захочет Господь, - сказала ома.
– Если этот ребенок слишком слаб, лучше мне сразу потерять его. Жосслен в ужасе уставился на нее.

– Как ты можешь такое говорить?
– поразился он.

– О эти мужчины!
– презрительно воскликнула Мэйрин.
– Что ты знаешь о детях, кроме того, как их делать? Я видела сильных, крепких младенцев. А видела и слабых, тощих и синих, которые проживали всего несколько дней или несколько лет, разбивая сердце несчастной матери. Если нашему ребенку не суждено родиться здоровым, то лучше мне вовсе не рожать его и не тратить силы на роды. Разве я не права?

Жосслен смутился. Мэйрин снова представила вполне логичным то, что казалось ему не правильным. Он прекрасно понял ее. Но с другой стороны, это был его сын, и он отчаянно хотел, чтобы ребенок родился.

Мэйрин прочла все эти противоречивые чувства по его лицу и ласково дотронулась до щеки мужа.

– На все Божья воля, Жосслен. Если Господь пожелает, чтобы этот ребенок выжил, так оно и случится. Мы будем молиться, милорд. Мы с тобой вместе будем молиться за это невинное дитя.

И они молились, стоя на коленях на холодном полу церкви, покрытой новой кровлей. Но не прошло и недели, как у Мэйрин случился выкидыш. По этому крошечному комочку плоти невозможно было даже понять, мальчик это или девочка. И Мэйрин, несмотря на всю холодную логику, с которой она рассуждала несколько дней назад, плакала горькими слезами в объятиях своего мужа.

– Это несправедливо, - повторяла она.
– Это несправедливо!

– У нас будут другие дети, - утешал ее Жосслен, чувствуя в душе такую же горечь.
– Главное, что ты осталась здорова, колдунья моя. Я могу смириться с потерей ребенка, но никогда бы не смирился, если бы лишился тебя.

Эти слова растрогали Мэйрин.

– Мы все начнем заново, - сказала она.
– И будем стараться изо всех сил, милорд.

– Да, Мэйрин, мы постараемся, - заверил ее Жосслен с улыбкой на лице.

– Мы начнем сегодня же!

– Ни в коем случае!
– воскликнула Ида.
– Должно пройти несколько недель, чтобы к тебе вернулись силы и чтобы твое измученное тело залечило раны, дочь моя. Ты понимаешь, Жосслен?

– Я подчиняюсь вашему мудрому совету, матушка, - ответил тот.

– Жосслен!
– запротестовала Мэйрин.
– Ты хочешь потерять и других детей, дочь моя? Если не отдохнешь сейчас, ты их потеряешь.

Мэйрин обиженно надула губки, но Жосслен сказал:

– Из-за Эдрика Дикого мы сильно отстали со строительством крепости. Чтобы построить к зиме хотя бы половину стен, я должен буду следующие несколько недель лично следить за работами. Нам придется работать от зари до зари, если позволит погода.

– А что буду делать я, пока вы будете возиться со своей крепостью? проворчала Мэйрин.

– Восстанавливать силы и, как обычно, вести хозяйство, колдунья моя, ответил Жосслен, и глаза его лукаво блеснули.
– А когда окрепнешь, я прослежу, чтобы по ночам у тебя тоже не оставалось свободной минутки, до тех пор пока наши труды снова не принесут плод.

Мэйрин улыбнулась и откинулась на подушки. Она была вполне довольна.

– Мать, - проговорила она, - научила меня обязанностям хорошей жены, милорд. Пусть будет так, как ты пожелаешь.

Ида многозначительно хмыкнула, и все рассмеялись.

Жосслен действительно вплотную взялся за строительство. Мастер Жилье не напрасно славился своими архитектурными талантами, и его план Олдфорда, как собирались назвать крепость, оказался грандиозным. Главное, что требовалось от Олдфорда, - это отразить атаку и выдержать осаду. Избранное для крепости место превосходно отвечало задаче: скала, с вершины которой отлично видны валлийские земли.

Северо-западные стены крепости должны были вознестись над неприступными утесами. С этой стороны Олдфорд будет совершенно неуязвим. Внешним стенам крепости - так называемому внешнему занавесу - предстояло протянуться на полтораста футов с каждой из четырех сторон. Высота их предполагалась в двадцать футов; круглые башни, размещенные вдоль стен, должны были подняться еще на десять футов. Между внешним занавесом и внутренним занавесом собственно стенами здания - планировался внешний двор.

Попасть в крепость можно было лишь через один-единственный вход. Вдоль внешних стен, смотрящих на долину Эльфлиа, намеревались построить деревянный крепостной вал, пересекающий ров, который должен был проходить через U-образные башни у ворот во внешний двор. Между привратными башнями поместили тяжелую деревянную решетку. Ее можно будет поднимать и опускать по желанию, открывая или перегораживая проход в крепость. Добраться до входа во внешний двор можно будет лишь по узкой извилистой дорожке, за долгие годы протоптанной на склоне холма, на гребне которого будет возведен Олдфорд. С дозорной башни крепости вся эта дорожка будет отлично просматриваться. Ее предстояло лишь немного расширить и вымостить.

Стены внутреннего занавеса станут стенами самой крепости. Они протянутся на семьдесят пять футов в каждую сторону. В отличие от внешних стен, толщина которых будет всего восемь футов, внутренние стены достигнут двадцати футов толщиной. В высоту они поднимутся на тридцать пять футов, а башни горделиво воспарят на целых пятьдесят пять. Благодаря тому, что внутренние стены будут выше внешних, защитники крепости, поднявшись наверх, смогут стрелять поверх голов тех, кто будет охранять внешние стены. Внешний и внутренний занавесы соединятся между собой множеством переходов и лестниц. Низкий парапет, обрамляющий оба занавеса в виде зубчатой стены, защитит от нападения всякого, кто захочет прогуляться по стенам.