Колымский тоннель
Шрифт:
тыл. Это называется разведывательно-диверсионная группа. Рейды по коммуникациям. Только
бегом, чтобы не догнали. И своих успевали из петель вынимать, и полицаев вешали... Что смотришь,
начальник? Вешал, своими руками! И часовых резал. И слады рвал. И самолет сбил на взлете. Если
б столько натворил на передовой, не знал бы, куда награды вешать. А так -- нормальная работа.
Плевали мы на побрякушки, была бы на месте голова... Потом, в 43-м году, после Курской дуги,
предлагали инструктором в разведшколу: "Хватит, капитан, пиши рапорт и будешь готовить
суперменов." Я им сказал: "Мои боевые товарищи будут здесь хватать "языков" и ордена, а я должен
сохнуть на тыловых харчах? Дудки! Своей охотой -- ни за что, только под конвоем." Вот бог и
наказал... Седьмой заброс был на костры. А костры оказались немецкими. Я уцелел, кажется, один.
Ранили еще в воздухе. Приземлился без памяти, сломал ногу. Вот эту же самую. Из-за нее меня и
Кешка взял... Кешка твой меня и доломал... Это ничего, что я на "ты"? Ну и ладно. Так вот, Скидан,
даже ты меня тогда не сломал. Подумаешь, гадом больше -- служба у вас такая, полканья... А когда
Кешка свою берданку навел, тут я и сдох. Это ж вся страна против меня!..
– - Не вся!
– - Светка вскинулась, очень красивая, щеки горят.
– - Я тебе говорила!.. Ты забыл?
– - Я этого никогда не забуду. Только я тогда уже сломался. Опоздала. Я от Кешки в жизни бы не
побежал. Я б у него отобрал берданку, я автоматы отбирал... Но ведь -- свой! Народ! Надо было или
зверем становиться или ломаться... Нет, ребята, я туда не вернусь. Я здесь умру от тоски, но так мне
лучше.
– - А мы рады, Саша, -- Светка сказала слишком поспешно, будто только этого и ждала.
– - Мы бы
тебя туда и не отпустили. Да ведь, Васенька?
Скидан неопределенно покивал. Сейчас он, кажется, не хотел бы здесь умереть. Да и раньше
вроде не было этого в мыслях. А что хочет и чего не хочет хозяин Краснов, так это его личное дело и
вполне сообразуется с лабирийским Законом о свободе выбора: никого и ни к чему нельзя
принуждать.
– - Ну, и как тебе здешний Свод законов?
– - спросил Скидан.
– - А можно жить. Уважают человека. Доверяют человеку. А что еще человеку нужно?
– - Ах, Вася, как он точно сказал! Да ведь? Уважают и доверяют -- больше и в самом деле ни-че-го
не нужно!
– - Интересно, -- сказал Краснов, -- как у них это все так сложилось? И кто они? Я до войны читал
"Человека-невидимку". Может, они все -- невидимки? Они видят друг друга, свои дома, вещи, а мы их
не замечаем, ходим сквозь них.
– - А они -- свозь нас, -- поддержал Скидан.
– - И эту бруснику мы с тобой не видим, и Виктор
Первый тебя не лечил...
– - Да нет, -- Краснов поморщился.
– - Мы же к ним пришли. Сквозь что-то. Сквозь невидимость. И
стали -- как они. Может, и они могут так же к нам, ТУДА...
– - А может, и не могут, -- Скидан не скрывал иронии.
– - Может, и мы уже не сможем. Придем туда
– - они живые, а мы -- тени...
– - Как же они рожают, если они тени?
– - Светлана пожала плечами.
– - Кто о чем, -- Скидан отмахнулся.
– - Тут люди наукой занимаются, а она своими родами. Иди
вон, чифир помешай.
– - Ну, это ладно, -- Краснов махнул рукой.
– - Черт с ним, не по нашей части. Но как у них с
другими странами? Что вокруг? О Советском Союзе они и не слышали, это я выяснял. Но почему?
Его что -- совсем не было?
– - Этого никто не знает, -- Светлана вернулась из кухни.
– - У них, Сашенька, нет истории. Слово
"история" у них неприличное. А кто пытается что-то искать, тот называется -- "старовер".
– - Это знаю, -- Краснов оживился.
– - Виктор говорил. Интересно бы узнать побольше. Как это так -
– без истории?
– - Я тоже с этого начинала. И в староверы сразу же записалась. А теперь гляжу -- с этим делом
все просто.
– - Ты что имеешь в виду?
– - Скидан почувствовал, что за этими словами есть какая-то связь
между ночным разговором, стычкой на Пятаке и, главное, Светкиными миражами. Но она опять
уклонилась. Она сказала:
– - Саша, ты хотел узнать о староверстве? Скоро узнаешь.
– - Посмотрела на часы.
– - Минут через
двадцать, по местному... Вася, я ведь сегодня видела этого Нарука.66
– - Обаяла?
– - Ничего подобного. Он отказался разговаривать.
– - Не может быть, -- уверенно сказал Скидан. Краснов, не понимая, наблюдал за ними по
очереди.
– - Он, Вася, мне только сообщил, что на все вопросы разом ответит сегодня на вечевании.
И просил передать Такэси, что ничего лишнего не скажет, пусть, мол, не беспокоится. Знаешь,
производит впечатление порядочного человека.
– - Они тут все производят, -- проворчал Скидан.
– - Как они только на Остров Скорби попадают,
вот ты мне что объясни.
Она встала.
– - Это вопрос по твоей специальности. И по прежней, и по теперешней. Съездишь в заграницу --
может, там разберешься... Вы, мальчики, вот что: берите свой чифир -- он, по-нашему, уже с полчаса
варится -- и допивайте. А я буду искать Такэси, Ивана и Гансика.
Она открутила повыше одноногое кресло и уселась к терминалу.
Скидан принес серебряный чайник с недоваренным чифиром и хотел от чистого сердца выпить с
соперником, но увидел, что тот заснул в своем кресле. Скидану стало его жалко, он вы выключил
верхний свет, включил настенную панельку с зеленым экранами убавил громкость терминала. Светке
сказал: "Ты потише. Заснул твой подкидыш." И выпил весь чифир сам.
9. Военный совет.
Такэси пришел со своей Розой. Живот у Розы уже отчетливо поднимался к носу, а на вопрос