Чтение онлайн

любит короля.

Тарталья

(снова отступая)

Анджела, дочь Панталоне, любит короля? (В сторону.) Анджела, сердце

мое, радость моя, которую я хотел еще сегодня любовью или силой заставить

сделаться моей женой! Она любит короля! (Громко.) Клариче, слушай меня и

трепещи. Если ты сейчас же не отправишься к королю и не будешь вести себя

как следует, если ты откроешь ему свою любовь к Леандро и не заставишь его

выбрать на допросе именно тебя или если ты выдашь королю то, что я тебе

сказал, — яд у меня под рукой; тебе уготована смерть, и ты падешь жертвой

моего гнева.

Клариче

(в ужасе)

Хорошо, я сделаю по-вашему. Вы будете удовлетворены, увидев меня

отвергнутой и пристыженной.

Тарталья

(толкая ее в гневе)

Не медли. Думай о твоей жизни и о моих приказаниях, ветреница, дура,

дрянная девчонка!

Панталоне

Ничего неизвестно, дорогая дочка, ничего неизвестно. Конечно, две

тысячи семьсот сорок восемь принцесс и дам были отвергнуты нашим королем: он

их водил в свой тайный кабинет, задавал им три-четыре вопроса, затем вежливо

отпускал с миром; потому ли, что ему не нравилась их внешность, или по

каким-нибудь другим причинам… ничего неизвестно. Я, конечно, не скажу, что

это сумасбродство, потому что я ему служу, давно и убедился, что он мудрый и

милостивый правитель, обладающий всеми качествами, необходимыми монарху, но

в этом деле, наверно, кроется какая-то чертовщина.

Анджела

Дорогой отец, почему вы не защитили меня от такого позора? Ведь если он

меня отвергнет, что, наверно, и случится, я погибну от горя.

Панталоне

Разумеется он тебя отвергнет; но, дорогая моя, я и на колени

становился, и молил, и заклинал, чтоб он тебя от этого освободил, — но все

было напрасно. Я сказал ему, что мы родились в Венеции и, конечно, честные

люди, но мы бедны, и его щедрость и так уже возвысила нас не по заслугам, и

мы недостойны притязать на такую высокую честь. Дудки! Знаешь, что он мне

ответил?

Сколько я ни просил — дудки! Он только рассердился и велел бросить в

урну и твое имя. Ты вышла третьей. Что теперь делать? Надо идти. Ты, может

быть, думаешь, что мне приятны сплетни и россказни остроумцев? У меня

разрывается сердце, Анджела, у меня разрывается сердце!

Анджела

Я дрожу перед этим шагом, сознавая, что недостойна такого величия.

Впрочем, если он ищет в своих допросах искренности, преданности, если он

ищет любви…

Панталоне

Вот тебе и раз! Ты что же, влюблена, что ли, ветреница?

Анджела

Да, сознаюсь вам, как любящему отцу. Дорогой отец, у меня хватило

смелости безнадежно влюбиться в моего короля. Он откажет мне, отец, и я умру

не потому, что мне откажет монарх, бедной девушке должно быть чуждо такого

рода домогательство. Но я увижу себя отвергнутой, презренной тем, кто мне

всего дороже, в ком вся моя жизнь, — и это будет причиной моей гибели.

Панталоне

О, я несчастный! Что я слышу?

Анджела

Кроме того, я больше всего боюсь недовольства Тартальи, который

заинтересован в состязании не только потому, что в нем участвует его дочь,

но и сам всегда смотрит на меня влюбленными глазами и вздыхает. Еще сегодня

утром он уговаривал меня притвориться больной, чтобы не идти на допрос в

королевский кабинет.

Панталоне

Ловко! Вот и еще одна любовь с этой стороны! Небо заботится о тебе,

дочка. Я не знаю, что сказать. Но уже поздно, надо идти. Ты ведь записана

третьей. (Уходит.)

Анджела

Любовь, тебе я поручаю себя. (Уходит.)

Бригелла

Да подними ты голову повыше! Не держи так неуклюже руки, черт побери!

Вот уже час, как я тебя учу, а ты все такая же колода. Ты мне напоминаешь

тех торговок, которые выкрикивают: "Розы, груши, сласти!"

Смеральдина

Как, братец? Неужели ты находишь, что я своим видом могу влюбить в себя

животное, а не только короля?

Бригелла

Что за манера выражаться! Если ты скажешь что-нибудь в этом роде его

величеству, клянусь честью, он заставит тебя влюбиться в своего конюха.

Вообще я предпочел бы видеть тебя одетой по-венециански, с красивым шиньоном

и небрежной накидкой.

Смеральдина

Вот сумасшедший! Бьюсь об заклад, если я отправлюсь в этом виде в