Чтение онлайн

– Эли, я хотел попросить. Вот уезжаю, ты не могла бы помочь освоиться моей жене, она почти никого здесь и не знает.

И пока она ошарашенно хлопала глазами, Ри добавил:

– Мы же с тобой друзья.

Элия только и смогла кивнуть и кинуть горький взгляд в спину командиру второго отряда.

Конечно, она поможет. Присмотрит. Она же всеобщая помощь и тут ради всех надрывается.

Варьяна забралась довольно высоко. И это взбесило ещё больше. Чтобы залезть на холм и не покусать пансионерку от злости, ещё на полпути Элия начала срезать оставшиеся незамеченными стебли вербены, а проходя мимо этой жёнушки, ехидно заметила:

– Лихо верхушки стрижёшь! Вообще-то, листья тоже полезны, если ты не знала!

Если ты не знала!..

Но ведь она Варьяне дельное замечание сделала! Сказать честно, и Элии наложница тоже правильно подсказала. Вот только тон, которым говорилось... как и её тогдашний. Слишком уж похоже прозвучало.

Нет, она не такая, как эти! Она не такая!

Эли знала про себя, что она справедливая! Да вот, видимо, у каждого своя справедливость! Например, у Альгиры, потребовавшей вышить два платка за чужой испорченный. В чём-то

Элия даже понимала логику хатун. Отец всегда говорил, что за любым проступком должно следовать наказание. Теперь она сидит и отрабатывает проступок, в котором не виновата.

Но ведь бедолага Ресс тоже не был виноват, когда она запретила его кормить остатками ужина. Она ведь так и не поинтересовалась, не остался ли Хельригов ульс голодным. Малодушно понадеялась, что Дэйс отберёт его у ненавистной пансионерки.

– Неплохо получается, - раздался голос старшей.

Элия вздрогнула и укололась. Тут же засунула палец в рот, чтобы остановить кровь и не капнуть на вышивку. Неужели её вдруг решили похвалить?

– Можешь забрать к себе в комнату и доделать там, раз не успела, - расщедрилась хатун и пояснила, - здесь я отключаю освещение. К хану девушку уже повели, так что остальные идут спать.

В голосе Альгиры не было злости, только уверенность, что новенькая сделает так, как велено. И почему-то Элию это рассердило больше всех остальных напастей. Она-то прекрасно помнила, что в её комнате никакого освещения тоже не было, даже самой маленькой свечки! Да и Ярт бы с ним, всё равно при свечах Элия не стала бы портить глаза на чужое счастье. Но к вечеру похолодало, сейчас бы залезть под одеяло и согреться после того, как полдня в мокром халате ходила! Да нет и того одеяла. К тому же на ужин её позвать «забыли», а на голодный желудок холодно было вдвойне.

Великая Мать, неужели так всегда будет? Дальше Элии отступать некуда, надо закрепиться хотя бы здесь.

Вот теперь, невзирая на запрет, она бежала к шаману. Не для того, чтобы помедитировать. Надо постирать то, что сейчас на ней, авось, до утра высохнет. А поспать можно в балахончике, который Альгира не догадалась отобрать.

И вышивку хотелось закончить побыстрее. Ей уже не терпелось обзавестись нормальными своими вещами, а то носит с чужого плеча! Надо отдать долги да поговорить со старшей. Пусть видит, что Элия бунтовать не собирается, не нужно ей это место первой наложницы! А вот помощницей хатун она бы не отказалась стать.

Она мышкой шмыгнула в домик мудрейшего, радуясь, что её не поймали. Ей повезло вдвойне, потому что шамана тоже ещё не было! В очаге тлели угли, источая тепло. Большие красные светильники дарили мягкий свет. Прямо на полу стояла корзинка с грушами.

Как же здесь хорошо! Вот если б она могла остаться насовсем! Так и тянуло расположиться на коврике у очага и отключиться от мыслей, бегающих кругами в её голове. Но дела не ждут.

Варьяна

До графского особняка мы шли пешком. Хорошая погода продержалась до самого вечера, да и всегда находились темы, которые мне хотелось обсудить с отцом. В этот раз меня крайне интересовало всё, связанное с бывшим комендантом.

Отец показал мне новую разработку наших магов воздуха. Выполненное в виде перстня магическое изделие позволяло обсуждать любые вопросы, а за пределами полуметровой зоны слышалось лишь неразборчивое бормотание.

Пока ещё слушания по делу только начались, сегодня из-за праздника вообще было сокращённое заседание.

– Конечно, всё ужасно засекречено, - рассказывал отец, - даже если бы тебя допустили к даче показаний, ты всё равно знала бы лишь ту часть обвинений, где присутствовала лично. Да и не сидят там свидетели целыми днями. Твоего протеже Наранбаатара заслушали за десять минут и отпустили. Конечно, если надо будет, то ещё раз пригласят. Но слушать чужие свидетельские показания тебе не разрешили бы.

– Пап, а как бы исхитриться и всё узнать?

Он развёл руками:

– Даже меня на все заседания не пригласили, хотя и допуск у меня высокого уровня, да и Хельриг мой зять, погибший при исполнении обязанностей военной службы.

Я растрогалась чуть не до слёз, усиленно зашмыгала носом. Почему-то раньше казалось, что моё замужество в семье воспринимают как неловкое неудобство. То есть признавалось, что муж у меня был, но, по сути, им он никто и звать никак. А тут папа назвал Хельрига зятем. И таким тоном, как будто гордился. Для меня это было важно.

– Вот и пришли, видишь особняк? В прошлом году сделали новую облицовку, - отец сделал вид, что не заметил впечатления от его слов, отвлекая меня на другое.
– Раньше здание было голубым, но теперь мне нравится больше. Продавец уверял, что цвет называется «кремовый песчаник», можешь себе представить? Однако вышло неплохо.

– Мне нравится, выглядит основательно и уютно, - согласилась я.

Двери нам отворил дворецкий. Внутренняя роскошь дома явно свидетельствовала о том, что здесь для её обслуживания трудится армия слуг. Я оценила и подумала, что вариант, выбранный мамой, привлекательнее. Небольшой дом без особенностей, требующих человеческого труда. Достаточно приобрести несколько магических изделий-помощников, чтобы поддерживать чистоту без присутствия в доме посторонних. Однако в старом графе чувствовался консерватизм, вряд ли он согласился бы на такую нетребовательность.

Граф с графиней ожидали нас в малой столовой. И снова каждая мелочь была ненавязчиво изящной. Шторы с ажурными подхватами, с ними в гармонии кружевные скатерть и салфетки. Перед каждым строго параллельно лежат столовые приборы, слева - вилки, справа - ножи и ложки. Да не просто, чтобы отправить еду в рот, а чтоб попутно любоваться всякими завитушечками да вензелёчками.

И хозяева изысканно одеты, под стать обстановке. Тонкое сиреневое кружево шейного платка и манжет графа перекликается с нежно-розовым воздушным великолепием, в которое облачена графиня.