Чтение онлайн

Пока мистер МакДил будет идти к большущим сверкающим дверям ведущим внутрь головного офисного здания "МайКроссОверОл", мы познакомим дорогого чи­тателя еще с некоторыми фактами, на которые ни Генрих МакДил, ни кто-либо другой, кроме того единственного, кто все это устроил, никогда не обращали внимания, да и вообще, никогда не догадывались об этом. Летоисчисление в Городе было известно только лишь Франию, но и он иногда забывал, какой сейчас день, все остальные, если их спросить о сегодняшней дате, лишь в недоумении разводили руками. Для всех лю­дей всегда был понедельник. Что было вчера, они не помнили, а что будет завтра -- не знали и не хотели даже гадать. Они старели, умирали и рождались вновь, но всегда был понедельник, всегда новый и всегда (о чем никто, кроме страдающих бессонни­цей, не мог даже подумать) одинаковый.

Стоило бы только поднять голову и взглянуть наверх, чтобы остановиться в вос­хищении на долгие минуты: серебряные шпили, разбрасывающие отраженные солнеч­ные лучи во все стороны, вонзались в пушистые белоснежные облака, сияющие голу­боватым свечением чешуйчатые крыши зачаровывали своей красотой и точной выве­ренной конструкцией -- их возводили так, чтобы их волшебный свет был виден со всех концов Города.

Но никто давно уже не глядел на них завороженно, все просто проходили мимо, и никто не знал, какой ценой была создана эта чарующая краса. Никто не знал о том, как самые первые пленники Междумирья за четыре дня без всякого права на отдых и сон, высекаемые плетьми, создавали все это. Время в Междумирье течет самым неестественным образом: за минуту могут пролететь века, а за столетия - лишь несколько секунд. Эти четыре дня обернулись для невольных строителей вечностью. И, несмотря на этот нечеловеческий труд, которым им пришлось расплатиться за все те мерзости, что они, обладающие властью, творили на Фенроте, этим первым сотням не дозволено было войти в сотворенный их кровью Город. Всех их ждала окончательная гибель...

Сработали датчики движения, и автоматические серебряные дверцы раздвину­лись перед мистером МакДилом и еще тремя такими же спешащими на работу, с кото­рыми мистер МакДил не повременил поздороваться. Они вошли. Сразу за дверями их встречал тяжелый взор двух наблюдателей -- безмолвных блюстителей правопорядка и хранителей спокойствия. Они, во всем черном, сложив руки на широкой груди, про­водили входящих взглядом из-под надвинутых на глаза блестящих шляп-котелков.

Дальше всех ожидали лифты, безупречно чистые и блестящие. Рядом с каждым проемом размещались светящиеся синим огоньком звездочки-кнопки вызова. А если пройти направо от лифтов, то за поворотом можно было попасть на освещаемую встроенными в стены лампами стеклянную лестницу. По ней поднималось от силы че­ловек пять, и то трем из них нужно было всего-то на второй этаж, а остальным -- на третий. Всего же в этом монументальном здании было двенадцать этажей. На первом этаже были лишь все входы и выходы, а также терминалы проверки счетов и оплаты. Двенадцатый этаж, переходящий в шпиль, на который тоже можно было взобраться (там была небольшая застекленная обзорная площадка), содержал в себе одно громад­ное, накрытое чешуйчатым прозрачным голубоватым куполом помещение, использу­емое, в зависимости от настроения гендиректора, по-разному.

Мистер МакДил направился вместе со всеми к кнопочкам вызова лифта, так как нужный ему технический отдел находился на восьмом этаже. Лифт распахнул двери и, выплюнув спустившихся курьеров, заглотнул очередную порцию людей вместе с ми­стером МакДилом. Он прислонился к металлической стенке и дожидался своего выхо­да. Лифт, тихо жужжа, поехал -- мистеру МакДилу показалось, будто бы у него сердце резко улетело вниз. Со звуком "шшш" они остановились на пятом этаже, и кабинку по­кинули пять человек, оставив мистера МакДила одного.

Лифт собирался уезжать, когда чья-то просунувшаяся между закрывающимися дверцами с криком "Подожди!", его остановила. Двери, встретив препятствие, недо­вольно раздвинулись. В кабину протиснулся запыхавшийся Джон Ифтель, экономиче­ский аналитик и просто человек, которому от техотдела надо "кое-что посчитать".

– О! Генрих!
– воскликнул Джон, заметив притаившегося мистера МакДила, - Опаздываешь что ли? А я как раз к тебе.

– И тебе доброго утра, - отозвался Генрих, чье настроение и так упало за время поездки.

– Кому доброе, а кому -- не очень, - Ифтель придавил кнопку под седьмым номе­ром, - Твои подопечные сегодня чем заниматься собираются?

– Как обычно, будут следить за функционированием всей системы и предотвра­щать...

– В общем -- ничем, - оборвал его Ифтель, - значит, будут считать возможную прибыль от нового предприятия.

– Ну как это ничем...
– возмутился Генрих, - знаешь, как сложно двадцать четыре часа в сутки следить за центральным компьютером. Сверять температуру, чтоб не до­пустить перегрева, обеспечивать бесперебойную работу сети во всех точках города...

– Да ладно тебе, - отмахнулся Ифтель, - все же знают, что вам надо было только один раз настроить, а теперь вы бездельничаете.

Прозвенел сигнал остановки. Дверцы седьмого этажа распахнулись.

– Твой выход, - сказал Ифтель.

– О чем ты?
– недоумевал мистер МакДил.
– Мой -- следующий.

– А, я не сказал?
– Ифтель встал в дверях, полностью заслонив обзор.
– Тебя шеф очень хотел видеть, причем срочно.

– Ладно, - пожав плечами, Генрих прошел мимо покинувшего проход и занявше­го место у панели управления Ифтеля. Он нажал на восьмой этаж и скрылся за метал­лическими дверями.

III

В самом центре Города, окруженная высокими стенами из серо-голубых кри­сталлов и накрытая прозрачным синим куполом, как храм истинной веры, возвыша­лась резиденция господина Франия.

Господин Франий появлялся на людях довольно редко, от того никто не мог точ­но сказать, как он выглядел. Известно было только, что он всегда ходил в траурном черном и не отдавал синевато-призрачным свечением, как все люди в Городе. Предпо­ложительно, Франий почти всегда находился в своей резиденции, охраняемый целой толпой наблюдателей, и лишь в дни всенародного кризиса либо во время перевыбор­ных кампаний его можно было увидеть на улицах. Сейчас Франий, несомненно, зани­мался решением какой-то непременно важной проблемы. Это вне всяких сомнений, так как злые духи, к числу которых принадлежал и Франий, никогда не сидят без дела, а вечно вынашивают постоянно рождающиеся в их головах дьявольские планы.

Дорогой читатель, у тебя за время нашего общения, наверное, могло сложиться устойчивое мнение, что Франий -- самое настоящее зло воплоти. Возможно, это дей­ствительно так, но нельзя не сказать несколько слов в его оправдание. И Франий, и безжалостно убитый им Альфо -- они оба, хотя и являются абсолютными противопо­ложностями, но преследуют одну, поставленную Вселенским Советом цель -- дости­жение Порядка. Цель единая и, несомненно, благородная -- разнятся лишь методы. Темные духи убеждены, что достичь Вселенского Порядка можно только путем всеоб­щего подчинения и тотального контроля с уничтожением всех несогласных, неверных и просто способных помешать. Они воздействуют на самые низменные качества, чтобы выявить тех, кто когда-нибудь, преследуя свои корыстолюбивые цели, посмеет воспротивиться. Именно в этом лежит первопричина того, какая участь ждала всех мерзавцев Фенрота, желавших большего, чем есть у других, и не гнушавшихся ни ка­кими грязными методами. Светлые же духи не принимали убеждений темных и вери­ли, что только невмешательство во внутренние процессы и защита от внешних ката­строф способны привести к Порядку. Любая система, думали они, сама может и долж­на привести себя в равновесие, и тогда наступит всеобщее благополучие. Потому они смотрели сквозь пальцы на все смертоубийства учиняемые правителями Фенрота, про­пускали мимо ушей молитвы свято веривших в их защиту и помощь людей, в то время как темные являлись по первому зову, чтобы предоставить свои сомнительные, но дей­ственные услуги.

Но все это было гораздо позже, тогда, когда началось открытое противостояние темных и светлых. До этого же темные пытались навести Порядок в своих подведом­ственных мирах, а светлые -- в своих. Так было и с Альфо, и с Франием. Тогда, когда миры создавались не парой разных Высших, как Ахет и Саар, а Творцами по-отдельно­сти. К одному из миров, созданному темным Богом, был приставлен Франий, к друго­му, сотворенному светлым демиургом, - Альфо. Мир Франия был наполнен пылающи­ми адским огнем демонами, теми самыми, которые прорывались через межзвездное пространство, чтобы испепелять чужие миры. Под присмотром Альфо же оказалась планетка, облюбованная женоподобными ангелочками, которые лишь восхищенно вздыхали, очарованные всем и вся. Естественно, что оба мира в конечном итоге погиб­ли: благополучие было зверски разрушено и втоптано в грязь ворвавшимися без спро­су демонами, а их бесконечный упорядоченный хаос в конце концов сжег самое себя. Потом уже, после долгосрочного отпуска, Альфо и Франия свели вместе у Фенрота, ставшего одним из первых миров, который был сотворен не одним, а двумя Высшими.

Бесконечные стеллажи, доверху наполненные самыми разными книгами, про­тянулись в мрачном помещении на втором этаже резиденции. Это было единственное место, где не было ни следа металла. Здесь в свете факелов -- единственного источни­ка света, ибо ни единого окна здесь не было, - сверкали шитые золотыми и серебряны­ми нитями корешки книг. Отблески приплясывающего пламени играли на красном де­реве, из которого здесь было все. Это была единственная в своем роде, самая полная библиотека Фенрота. Здесь были все книги, какие только можно было представить и даже те, которые еще не были написаны, и все это богатство принадлежало Франию. И, что самое удивительное, все это помещалось в крошечной комнатушке -- в Между­мирье Франий мог поступать с пространством и временем, как ему заблагорассудится, но тем не меньше это чудо. Все эти книги, от древнейших летописей до самых неза­мысловатых рассказов, - все были в свое время прочитаны и изучены Франием. Все, кроме одной -- Книги Судеб. Ибо ее можно раскрыть только в последний час мира, чтобы узнать первопричину гибели и попытаться все исправить. Первое, что сделал Франий, после того как ядовитой тучей пронесся над Фенротом и отобрал каждую, еще теплящуюся жизнь, - попытался раскрыть Книгу, но время еще не пришло...