Чтение онлайн

Нет, мадемуазель, я уверена в собственных силах, виконт Лабрюйер мне безразличен.

Я предупредила вас, мадам, распоряжаться своей судьбой вы будете сами.

Уже немного заскучавшая графиня Лабрюйер распорядилась позвать музыкантов, тот самый квинтет, который играл на полянке в лесу. И вновь зазвучала та же мелодия. Мадлен вздрогнула.

– Я приглашаю вас, - перед ней стоял виконт.

Она подала ему руку и ощутила, как сжимается ее сердце только от одного его прикосновения. Она танцевала, неотрывно глядя в глаза виконту. Тот тоже не отводил своего взгляда, но не проронил за время танца ни слова.

"Вы не обманываете меня?" - вопрошал взгляд Мадлен.

"Что вы, мадам, разве можно усомниться в моей искренности?" - отвечал взглядом Анри.

"Прошу вас, оставьте меня!"

"Я не могу".

"Исчезните отсюда, виконт, оставьте меня в покое!"

"Никогда!"

"Тогда я пропала".

И тут на лице виконта появилась улыбка, словно бы он и впрямь прочитал мысли женщины, танцевавшей с ним.

Музыка стихла, пальцы виконта разжались, а Мадлен, сделав над собой усилие, улыбнулась.

– Я благодарен за танец, - Анри поклонился, Мадлен сделала реверанс.

– Ну что же вы, маркиз, - сказала старая графиня, - у нас не так уж много мужчин, и вы могли бы пригласить кого-нибудь из дам.

– Нет-нет, - ответил маркиз Лагранж, - после виконта показывать свое умение в танце небезопасно. Пусть он танцует.

Анри пригласил к следующему танцу Констанцию.

– Так вы помните о нашем уговоре?
– шептала мадемуазель Аламбер.

А Анри, ведя ее за руку, не поворачивая головы, отвечал:

– Только после того, как Мадлен окончательно потеряет голову.

– Но ведь не можете вы оставить меня без помощи?

– Что ты, Констанпия, я обязательно помогу тебе, но не так скоро. Ты же видишь, я занят другим.

– Тогда, Анри, я попрошу тебя еще об одной услуге.

– Лишь бы она не была такой сложной.

– Я очень устала, а девочке нужно написать письмо своему возлюбленному, оставшемуся в Париже. Сама она этого не сделает, а ты с твоим великолепным слогом справишься за несколько минут.

– Это, Констанция, я тебе обещаю.

Закончив танцевать с Констанцией, Анри пригласил маркизу Лагранж. Женщина смотрела на молодого человека, не скрывая своего восхищения, а маркиз невесело улыбался, следя за своей женой.

– Мы еще с вами встретимся, виконт?
– шепотом спрашивала маркиза во время танца.

– Нет, мадам.

– Отчего же?

– Я заходил к вам всего лишь поговорить о вашем муже, и вы мне все рассказали, удовлетворили мое любопытство.

– Так вы не придете?

– Я сожалею, мадам, но не в моих правилах возвращаться к женщинам.

– Вы чудовище, виконт, - приторно улыбалась маркиза.

– Мне часто говорят это, но стоит взглянуть в зеркало, я понимаю - меня хотят оболгать. Ведь невозможно же, маркиза, согласитесь, любить чудовище.

– Любовь...
– задумчиво произнесла маркиза Лагранж, - я никогда не злоупотребляю этим словом.

– И правильно делаете, маркиза, никогда не стоит говорить, что ты кого-то любишь, если это не так.

– Но вы же, виконт, любите повторять это слово.

– Я говорю лишь то, о чем хотят от меня услышать, не больше.

– Так вы обманываете женщин?

– Ничуть. Когда я произношу слово "люблю", я и в самом деле испытываю это чувство. Но вы же сами убедились, любовь может быть разной - любовь тела, любовь души, любовь сердца, глаз.

– Мужчины всегда находят оправдание для себя, - немного раздраженно бросила маркиза и танец на этом завершился.

Только тут спохватились, что старая графиня уснула. Анри тут же дал знак музыкантам и те удалились.

– Мадам! Мадам!

– А? Что?
– графиня вскинула голову.

– Мадам...

– Ты хочешь пригласить меня на танец?

– Нет, бабушка, я уже отпустил музыкантов и, по-моему, настало время ложиться спать.

– А ты спать собираешься?
– лукаво улыбаясь, поинтересовалась графиня Лабрюйер.

– Я слишком молод, чтобы спать каждую ночь. Дворецкий стоял в двери с непроницаемым лицом. Ему-то прекрасно были известны все ночные похождения молодого виконта. Но пожилого слугу уже трудно было чем-либо удивить. За время службы у графини Лабрюйер он насмотрелся всякого. А самое главное, он научился

Ничем не выдавать своего удивления, а это главное для слуги.

– Я вас провожу, - виконт подал руку своей бабушке и та, распрощавшись с гостями, двинулась к своей спальне. Распрощались и супруги Лагранж.

Мадлен, поколебавшись, подошла к Констанции и поблагодарила ее:

– Мадемуазель, спасибо вам за заботу, я, наверное, воспользуюсь вашим советом покинуть имение.

– Да, мадам, вам лучше всего уехать. Но только не расставайтесь с воспоминаниями.

– Спокойной ночи.

Мадлен Ламартин выглядела несчастной. Она сгорбилась и двинулась в одиночестве по коридору.

"Какая странная женщина, - подумала Констанция, - быть влюбленной - и так не обращать внимания на свою внешность".

– А мы чего ждем, Констанция?
– поинтересовалась Колетта.

– Подожди, посиди здесь немного, я сейчас вернусь.

Констанция выглянула в коридор.

По коридору легкой походкой возвращался Анри. На его губах блуждала задумчивая улыбка. Он остановился у двери Мадлен Ламартин, ибо та была приоткрыта, словно приглашала войти.

"Нет, это ловушка, - подумал виконт, - я сделаю по-другому" - и он осторожно прикрыл дверь.

Мадлен, ожидавшая, что виконт вот-вот зайдет к ней, опустила голову на руки и расплакалась. Но тут же, не выдержав, сорвалась с места и выбежала в коридор. Виконт удалялся.

Констанция посчитала нужным спрятаться за портьеру.

– Погодите, виконт!
– Мадлен не узнала своего голоса.

Тот обернулся.

– Простите, мадам, если я поступил не правильно, закрыв дверь. Я всего лишь боялся за ваше здоровье. Сквозняки в этом доме такие холодные!