Чтение онлайн

Должно быть, я отвлеклась на всю эту сцену, и я вскрикнула, когда Ксавьер грубо схватил меня за голову и пригнул вниз, как раз в тот момент, когда машина пронеслась мимо нас и выехала с участка.

Прошло несколько мгновений.

Сначала я чувствовала оцепенение, но нельзя было терять ни секунды, и я поняла спешку отца, когда он схватил меня за руку и потянул к дверям амбара.

Он знал так же, как и я, что была вероятность того, что эти ублюдки могут вернуться.

Ксавьер распахнул старые деревянные двери амбара:

— Поторопись, Клео.

К счастью, у нас всегда есть запасной план.

Ксавьер сдернул большой черный брезент, открывая свой сексуальный черный «Шевроле Камаро», который был его гордостью и радостью, стоящий в тишине и ожидании.

Он купил эту старую классику 1960-х годов на аукционе, и они с Морганом кропотливо восстановили ее почти из ничего.

Я скользнула на пассажирское сиденье, и запах новой кожи приятно ударил в нос, даря чувство комфорта.

Ксавьер бросил мне тонкое флисовое одеяло как раз перед тем, как машина с ревом ожила.

Я уставилась вперед, не осознавая, что дрожу.

Я бросила взгляд на отца, кутаясь в теплое сухое одеяло:

— Куда мы едем?

Он был странно молчалив:

— Просто пригнись.

Машина с ревом выехала из амбара, и я сползла ниже, когда мы исчезли в ночи. «Камаро» раскачивался взад-вперед на каменистой гравийной дорожке, ведущей с задней части нашего участка.

Я сразу узнала маршрут, который выбрал Ксавьер. Это часть нашей старой охотничьей тропы, которая идет от нашего участка и уходит глубоко в заросли кустарника.

После поляны, если вам повезет ее найти, тропа в конечном итоге соединяется со старой и неиспользуемой дорогой, которая раньше была трассой D45. Я помню, что отец однажды нарисовал мне карту. Его палец двигался на север вдоль линии, которую он начертил красным, когда он объяснял:

— Если что-то случится, садись в машину и следуй по этому маршруту. Ты доберешься до фермы Гастингсов, — он постучал по красной точке. — Там живет старик. Его зовут мистер Тейн.

Тогда я не придала этому особого значения.

Казалось неправдоподобным, что нам когда-либо понадобится этот маршрут, и эта информация была на самый крайний случай.

И благодаря предусмотрительности моего отца, вот мы здесь, в такую ночь, как эта.

Мы ехали в абсолютной тишине несколько миль, ориентируясь только с помощью двух ярких фар, пока «Камаро» пробивался сквозь густой кустарник, как чемпион.

Листья и ветки безжалостно хлестали по лобовому стеклу и окнам, но машина ревела с невероятной скоростью по местности, для которой она не была создана.

Спустя, казалось, несколько часов, Ксавьер посмотрел на меня.

— Клео, ты ранена?

Я потерла ледяные пальцы друг о друга, и хотя я все еще была босиком и замерзла от мокрой одежды и волос, больше со мной ничего не случилось.

— Нет, я в порядке.

Я вздохнула, как только «Камаро» выехал на старую грунтовую дорогу после расчистки кустарника.

Ксавьер замедлил машину до остановки.

Наше дыхание было тяжелым, пока мы собирались с мыслями.

— Детка, под твоим сиденьем красная коробка. Достань ее.

Я сделала это немедленно, но вместо того, чтобы найти в ней пистолет, как я ожидала, оттуда высыпались бинты и ватные тампоны.

— Какого черта...?

Глаза Ксавьера встретились с моими:

— Клео, мне нужно, чтобы ты оставалась... спокойной.

Я нахмурилась:

— Зачем?

Внезапно я с ужасом заметила растущее красное пятно, расплывающееся на белой футболке Ксавьера вокруг его левого плеча.

— Ксавьер!

Честно говоря, я сорвалась в те несколько секунд, когда увидела пятно крови, которое росло с пугающей скоростью.

Мне даже в голову не пришло проверить его!

Слезы защипали глаза, и я потянулась за толстой повязкой, просыпая часть содержимого:

— О боже мой!

Его подстрелили, пока он прикрывал меня!

— Папочка... ты истекаешь кровью!

Он спокойно забрал толстый тампон из моей руки и прижал его к плечу:

— Успокойся, блядь, Клео, это просто царапина!

Я не могла успокоиться, и слезы полились из моих глаз, когда я судорожно схватила еще ватных тампонов и потянулась к нему.

— Что мне делать?

Теплые окровавленные пальцы Ксавьера сжали мои, и я замерла.

Его голос был твердым:

— Детка, мне нужно, чтобы ты успокоилась, прямо сейчас. Ты поведешь машину отсюда, — он указал вперед. — Просто до фермы, и мы будем в порядке.

Я смахнула слезы и перебралась на водительское сиденье, когда он вылез из машины.

(О боже мой! Он мог умереть!)

Я набрала в грудь воздуха и резко выдохнула.

Я должна была держать себя в руках!

Как только Ксавьер уселся и занялся своим плечом, я врубила передачу, и мы сорвались с места.

Ярость пульсировала во мне, пробуждая мои дремлющие чувства к жизни.

Нам еще нужно было время, чтобы переварить события вечера, но я точно знала: кто-то, блядь, заплатит за это!

К счастью, мой отец всегда готов к худшему сценарию, и именно таким его научила быть армия.

Мы добрались до уединенной фермы через десять минут, и пожилой мужчина, мистер Тейн, открыл массивные ворота частной резиденции без происшествий.

Он принялся запирать их толстыми цепями, когда я проехала внутрь.

Ксавьер слегка опустил стекло и поприветствовал невысокого сгорбленного мужчину, вооруженного дробовиком и ярким фонарем:

— Рад видеть вас, мистер Тейн.

Морщинистое лицо старика растянулось в кривой улыбке:

— Взаимно, Ксавьер, — он махнул рукой вперед. — Ты знаешь дорогу.

Мой отец кивнул и повернулся ко мне:

— Следуй по грунтовой дороге, детка.

Я осторожно вела машину по узкой грунтовой дороге в густой тьме.

Я бессознательно облизнула пересохшие губы, и вместо глотка воды мне захотелось сигарету.