Чтение онлайн

— Мне кажется, Ранал сумеет разжечь в ней необходимую страсть, — усмехнулась Лания. — Он умеет быть и очаровательным, и холодным, отчего кажется совершенно равнодушным.

— М… да, думаю, на даму, которая получает желаемое быстро и без особых сложностей, такое должно подействовать. Главное, не переусердствовать. Но это уж пусть объяснит сыну герцог Виллен.

Лания вновь усмехнулась и кивнула. Это уж точно, ни она, ни тем более Радкис не должны влезать в эти поучения, однако с отцом обсудить поведение брата будет нужно… на всякий случай. Королева вдруг застыла на мгновение, после откинула голову и оглушительно расхохоталась.

Советник, не понимая причины ее смеха, растерянно улыбнулся, но в глазах застыл вопрос.

— Ваше сиятельство, это же невероятно! — всё еще посмеиваясь, воскликнула Лания. — Я — женщина, не познавшая страсти, рассуждаю о соблазнении, и как это сделать с пользой, — и она вновь рассмеялась.

Радкис только вздохнул. Его слова королевы не рассмешили. Ее история была печальна.

— Однако довольно веселиться, — саму себя остановила Ее Величество. — Я звала вас по иному поводу. — Граф ответил внимательным взглядом, и Лания продолжила: — Что вам известно об истории с трактирщицей и ее дочерью? Это касается Канлина.

Советник хмыкнул и потер подбородок. После развел руками и пожал плечами, однако тут же и спросил:

— Кто вам сказал об этой истории?

Взгляд королевы стал пристальным и испытующим.

— Не желаете отвечать?

— Так мне особо и нечего ответить, — с толикой удивления произнес Радкис. — Я слышал, что было что-то связанное с трактирщицей, но лишь по слухам, которые прекратились так быстро, что я понял — король приказал молчать. Что и не удивительно, раз был замешан Его Высочество. Однако же слухи были вздорными уже тем, что толком ничего и не рассказывали. Знаете, нечто этакое, таинственное, когда округляют глаза и уверяют, что знают тако-ое… Это даже не было слухами, а так… перешептывания. Меня спрашивали, не знаю ли я, о чем речь? И я вот точно также разводил руками. А потом всё как-то затихло, и больше шепотков не было. Но… Ваше Величество, отчего вы вдруг спросили об этой темной истории? Вы не доверяете принцу?

Королева склонила голову к плечу:

— А вы считаете, что я должна ему доверять?

— Я бы не доверял, — ответил граф. — Канлин, как и его дядюшка, способен к интригам, и умеет прятать истинное отношение за очарованием и улыбкой. Однако пока он не сделал ничего такого, что могло бы насторожить. Впрочем, это-то и настораживает больше всего.

— И возразить нечего, — усмехнулась королева.

Радкис кивнул и продолжил:

— И все-таки он остается соперником вашему дитя… Правда, если только вы вынашиваете мальчика, в ином случае ему интриги против вас не нужны. Возможно, он просто ожидает родов, как и многие другие. А далее времени будет предостаточно, чтобы самому сесть на трон. Хотя, признаться, я всё же ожидал неких действий с его стороны. Однако время идет, а Его Высочество кажется примернейшим из смертных.

Не пропустил ни единого дня поездок на поминальную молитву, к вам относится с заметной симпатией, заботится даже. На Советах занимает вашу сторону. Не затеял ни одного скандала, ни капли хмеля даже в его покоях. И я не слышал, чтобы вступил в близкую связь с какой-нибудь дамой. Впрочем, я и не слежу за принцем.

И всё же развлечения его ныне спокойны и безобидны. Не сравнить со временами бурной юности. Можно сказать, что Его Высочество повзрослел, а можно, что вынашивает некие намерения. Возможно и то, и другое в равных долях. Нет, я бы не спешил расслабляться и доверять ему.

Лания отвернулась к окошку, вздохнула и кивнула, соглашаясь. И все-таки ей стало немного легче, потому что подозрения, зародившиеся после слов Тридида, были неприятны ей самой. И пусть Радкис так ничего и не рассказал о какой-то трактирщице с дочерью, всё же он не уговаривал доверять Канлину.

— Канлин сегодня утром выразил беспокойство и сказал, что я стала с ним холодна, — заговорила королева. — Его встревожила моя вчерашняя встреча с герцогом Тридидом. Мой деверь был уверен, что дядюшка рассказал мне нечто, что привело к охлаждению.

— А он наговорил, иначе бы вы не спрашивали меня сегодня о трактирщице, — с едва приметной улыбкой отозвался советник.

— Я бы сказала, что отзывался о племяннике так же, как и племянник о нем. Но заинтересовал меня историей с трактирщицей сам Канлин своими утренними подозрениями. Сказал, что сам расскажет о себе, если я спрошу. И когда я ответила, что мне известно о его шалостях, но могу послушать о чем-то более страшном и таинственном, он ответил, что такого нет. Однако то, как Его Высочество повел себя, заведя этот разговор, разожгло мое любопытство. Теперь я уверена, что есть нечто, о чем он желает умолчать.

— Почему бы прямо не расспросить герцога? — спросил граф. — Раз начал, то пусть и закончит.

Лания улыбнулась и отрицательно покачала головой.

— Не раньше, чем я узнаю иные версии этой истории. Опасаюсь, что его светлость в своей неприязни может всё вывернуть и вовсе уж неприглядной стороной. Потому я и спросила у вас.

Радкис чуть нахмурился и, поджав губы, теребил манжет. Похоже, он думал, и королева не спешила снова заговорить. Она опять смотрела в окошко, расчерченное первыми каплями дождя. Лания коротко вздохнула и, приложив кончик пальца к стеклу, повторила движение капли.

— Вот, что я могу сложить из тех шепотков, — произнес граф, и королева обернулась к нему. — Признаться, до этого дня я даже не вспоминал пустых разговоров, потому что в них не было никакого смысла. И тогда отмахивался... Но сейчас попытался хоть что-то вспомнить и сложить это в более-менее вразумительную картину. И вот что у меня вышло, — королева теперь и вовсе не сводила взгляда с собеседника, и он поспешил предупредить: — Прошу понять, Ваше Величество, я и вправду ничего не знаю, могу ошибиться и истолковать неверно. Да и произошло всё это уже давно. Так вот, насколько я могу догадываться… Не утверждать, а именно догадываться. У Его Высочества что-то было с дочкой трактирщицы, и мать явилась к дворцу. Или же что-то в этом роде.

Он замолчал. Лания некоторое время смотрела на Радкиса, ожидая продолжения, но он ничего больше не говорил, и королева не выдержала:

— И-и?..

— Это всё, — разведя руками, ответил его сиятельство. — Я говорил, что шептались недолго и, не договаривая, а после затихли, будто ничего и не было. Королевские семьи свои секреты хранить умеют. Простите меня, Ваше Величество, но большего я и вправду не скажу. Попросту не знаю.

— И все-таки это уже что-то, — скрыв разочарование, ответила Лания.

Впрочем, у нее еще оставалась Келла, собственный отец, Тридид и сам Канлин. Что-то да выяснится. Хотя пока ничего ужасного она не услышала. По крайней мере, ничего нового, что не слышала бы раньше. Королева не считала беспутное поведения деверя чем-то незначительным, но это было делом прошлого, и сейчас ничего подобного не происходило. Но герцог намекал на то, что это происшествие было чем-то иным, и сам принц уж как-то насторожился после визита невестки к дяде. И желание разобраться окончательно укрепилось.