Чтение онлайн

— Вы говорите так, словно мы живем в семидесятые в Белфасте [4] , — сказала Таника.

— Сьюзи права, — поддержала подругу Джудит. — Вы должны позволить нам заниматься тем, что удается нам лучше всего. Относитесь к нам как к частным детективам.

Таника нахмурилась. Она сомневалась, что соглашаться с Джудит — хорошая идея, но, с другой стороны, старушка и ее подруги сыграли важную роль в расследовании двух предыдущих преступлений.

— Давайте я расскажу вам, что нового мы узнали? — предложила она, уходя от ответа.

— Прекрасная идея! — воскликнула Джудит и сняла колпачок с фломастера, чтобы добавить на стену новые карточки с уликами.

— Начнем с места преступления. Мы не нашли в дискуссионном зале совета ничего особенно подозрительного.

— Что насчет сахарницы?

— Антонина сообщила, что ей не удалось ее обнаружить.

— Хм… Любопытно… — протянула Джудит.

— Не уверена, что соглашусь.

— Откуда же сахар мог появиться в кофейной чашке Джеффри?

— Может, у него с собой был пакетик?

— Вы видели пустые обертки?

— Вряд ли бумажные обертки смогли бы что-то доказать. Зато мы нашли кое-что примечательное в коридоре. Там находится камера наблюдения, которая снимает всех, кто входит и выходит через главные двери, но ее кабель был перерезан.

— Правда?! — ахнула Бекс. — Но она успела запечатлеть того, кто перерезал кабель?

— К сожалению, камера не захватывает дверь. Тот, кто это сделал, сумел войти в коридор и перерезать кабель до того, как попал в поле зрения объектива.

— Когда это произошло? — спросила Джудит.

— Утром в день смерти мистера Лашингтона.

— Но к чему все это? Если аконит действует так стремительно, то убийца наверняка был рядом с Джеффри в момент его смерти. А значит, нам известен весь список подозреваемых. Какая разница, засекла ли камера наблюдения, как преступник идет по коридору к дискуссионному залу до или после убийства? Что такого он хотел скрыть от наших глаз?

— Хорошее замечание, — согласилась Таника.

— Довольно загадочно, не так ли? — заметила Джудит.

— Есть еще кое-что, — продолжила Таника. — Мы изучили частную жизнь мистера Лашингтона, но не нашли ничего даже условно компрометирующего. Все его электронные письма и сообщения были о работе на посту мэра Марлоу. Кажется, он был очень миролюбивым человеком, который всегда пытался воззвать к лучшему в людях. Как будто в нем не было ни капли злобы.

— Маркус и София сказали то же самое, — проворчала Сьюзи.

— Однако кое-какая зацепка все же есть, — добавила Таника. — В его телефоне мы нашли селфи — фотографию женской груди в кружевном белье.

— Как волнующе! — воскликнула Джудит и хлопнула в ладоши. — И кто это?

— В том-то и дело, что узнать наверняка невозможно. Это просто фотография женской груди в черном белье, сделанная с близкого расстояния.

— Ясно. — Джудит написала на карточке: «Фото груди» — и прикрепила ее к стене рядом с именной карточкой Джеффри. — Получается, он из тех мужчин, что хранят фотографии женской груди в телефоне.

— Не совсем, — покачала головой Таника. — Он из тех мужчин, кому отправляют фотографии женской груди.

— Эту фотографию ему отправили?

— Похоже на то. Судя по метаданным, фотографию сделали в Марлоу двадцать седьмого января в восемь двадцать вечера.

— Что-то не сходится, — вмешалась Бекс. — Когда мы разговаривали с Маркусом Персивалем, он сказал, что Джеффри до сих пор предан жене, хотя она умерла двадцать лет назад.

— Ни один мужчина не будет вечно хранить верность своей жене, — возразила Сьюзи. — Особенно после ее смерти. Давайте будем честны, большинство мужчин закрутят интрижку с новой женщиной еще до того, как тело его покойной супруги опустят в могилу.

— Вы не могли бы описать нам эту грудь? — попросила Джудит Танику.

— Джудит! — воскликнула Бекс. — Мы не станем ходить по городу и разглядывать женские груди!

— Разумеется, не станем, но это не значит, что на фотографии нет улик. Например, насколько грудь большая?

— Мне это не нравится! — Бекс поднялась со стула. — Совсем не нравится!

— Джеффри убили! — напомнила Сьюзи.

— Но точно не грудью. Серьезно, весь этот разговор очень неприличен.

— Женщина, о которой мы говорим, светлокожая, — сказала Таника сухим полицейским тоном. — По моим догадкам, ей не меньше сорока, а может, и больше. Похоже, ее грудь среднего размера. Сложно сказать наверняка. И еще кое-что. У этой женщины чуть ниже левой груди есть приметная родинка размером с пенни и формой напоминающая бриллиант.

— А вот это очень интересно! — Джудит приписала к предыдущей карточке: «Родинка в форме бриллианта». — Есть ли у Софии де Кастро или Дебби Белл такая родинка?

— Боюсь, этого мы не знаем, — покачала головой Таника.

— А что насчет размера? — задумчиво спросила Сьюзи.

— Правда, мне некомфортно вести этот разговор! — возмутилась Бекс.

— Не будьте такой ханжой.

— Я не ханжа. Вы же знаете, что многое зависит от белья, которое на вас надето, и покроя одежды. Если грудь, которую мы обсуждаем, среднего размера, на фотографии может быть вообще кто угодно.

— И чтобы вы знали, — обратилась Таника к Джудит, — если вы попытаетесь задрать какой-нибудь женщине кофту, чтобы найти родинку, я арестую вас за нападение.

— Не волнуйтесь, я определенно не стану так поступать, — заверила Джудит с искренностью, которая, как догадывалась Таника, была совершенно фальшивой.

Телефон Таники зазвонил, и она отошла в сторону, чтобы ответить. Задав несколько вопросов приглушенным голосом, она нахмурилась и повесила трубку.

— Проблемы? — спросила Джудит.

— Звонил старший сержант Перри. Он только что закончил повторный допрос Дебби Белл.

— Повторный? Но зачем?

— Криминалисты распознали все отпечатки пальцев на двух использованных кофейных капсулах из кофемашины. На одной из них есть только отпечатки Дебби Белл.

— Чего и следовало ожидать, — сказала Сьюзи. — Я помню, как она приготовила себе чашку кофе.

— Но интерес представляет не эта капсула, а та, что содержит яд, убивший мистера Лашингтона — на ней найдены его отпечатки…