Чтение онлайн

От барака, в котором была размещена рота Бликса, остался только фундамент, другие здания также были повреждены или полностью разрушены, только старые имперские здания остались почти нетронутыми.

Комендатура тоже устояла, ворота были помяты, но стены выдержали. У одной из стен лежала разбитая охотничья лодка, словно великан бросил её туда, и повсюду были видны следы катастрофы, хотя даже ночью Морские Змеи занимались расчисткой территории.

Гавань представляла собой хаотичную картину. Корабли, беспорядочно врезавшись друг в друга, сцепились и потонули, мачты сломались, как дрова. Стена гавани также показалась мне изменившейся. Затем я понял, что из одной из стен торчат ворота, как будто кто-то еще пытался их задвинуть. Однако это не увенчалось успехом, поэтому они оказали лишь незначительное сопротивление наводнению.

Я содрогнулся при мысли о том, какой урон вода должна была нанести Янасу; Огненные острова находились от этого портового города менее чем в шестидесяти милях.

Если в самой гавани разрушения были ужасны, то на суше они выглядели ещё хуже. На другой стороне портового бассейна, напротив военно-морской базы, стояли фахверковые дома. Большая часть этих домов были скверными кабаками и притонами, с затерявшимися парочкой складов среди них. Лишь некоторые из этих домов уцелели, однако ни один из них не остался без повреждений, большинство рухнули, как карточные домики.

В воздухе витал едкий запах, и причина была очевидна: на другой стороне гавани был воздвигнут большой погребальный костёр. Вытащив из кармана подзорную трубу, я посмотрел через неё и увидел, как двое мужчин с закрытыми шарфом ртами бросают в огонь раздувшийся труп.

То тут, то там в руинах наблюдалось движение. Я увидел, как кто-то вскрывает топором ящик, а позади две женщины из-за чего-то ссорятся. Когда я уезжал отсюда на Огненные острова, Алдар даже ночью был весь освящён. Факелов и фонарей было в избытке, но теперь в городе было в основном темно.

Чего я не увидел, так это гвардейцев, которые раньше железной рукой поддерживали порядок, но кроме разграбления руин, признаков восстания практически не было. В направление города небо побагровело, что свидетельствовало о многочисленных пожарах. Не было слышно звона пожарного колокола, а ворота и крепостные волы были тёмными.

На базе на якоре стоял один единственный меченосец на положенном ему месте и выглядел невредимым. Это был «Метеус», спасший моё «Копьё» после бедствия на море. Он выглядел достаточно годным для плаванья, но, чтобы отплыть, сначала нужно было убрать обломки другого корабля, лежащего в воде вверх дном перед носом меченосца.

В принципе, это было возможно, но на данный момент попытка переправить принца в безопасное место морским путём, скорее всего, была безнадёжна.

Я услышал над головой карканье и поднял глаза. Воронов было трудно заметить ночью, но их было много, и они дрались с чайками за добычу. Но с каких пор они летают по ночам?

Я проследил за стаей, затем сложил подзорную трубу, и мы направились к майору Копья Вендису.

Вал, отделявший базу от остальной части города, имел две невысокие башни с бойницами для арбалетчиков. Левая из этих башен была повреждена, на правой стояли мы и смотрели на тёмный город из своих подзорных труб, пока майор Копья Вендис докладывал мне о том, что здесь случилось.

Несмотря на поздний час, когда мы вошли в комендатуру, майор все еще был на службе, но у него было мало общего с человеком, которого я менее трех недель назад видел в последний раз. Этот Вендис был небрит, под глазами образовались круги, а его униформа выглядела так, будто он часто в ней спал. Но это была не только его вина, поскольку наводнение унесло прачечную, а чистой воды не хватало. Только один колодец не был загрязнен наводнением, воды в нём должно было хватить для питья, для стирки она была слишком ценна.

Мрачное выражение на его лице и то, как он смотрел вдаль, были не просто внешними признаками.

– У нас было мало времени после предупреждения о наводнении, - рассказал он, ведя нас к башне у ворот.
– Колокол застал нас врасплох. Он висит в прихожей на протяжении веков, и мы забыли о его существовании. Когда он начал звонить, мы сначала не сообразили, что это значит. А когда поняли, я приказал поднять всех больных в оружейную. Мы передали сигнал тревоги алданскому флоту, но сначала они не отреагировали. И уже позже попытались закрыть морские ворота, но они технически не обслуживали их должным образом и не проводили ежегодных учений, поэтому никто не знал, что нужно делать. А потом одну створку ворот заклинило.
– Вендис глубоко вздохнул.
– Есть книга с инструкциями для такого случая, но я слишком поздно нашёл её в коробке. Мы о многом подумали, в том числе о том, чтобы наполнить мешки песком и укрепить ими ворота оружейной. Слишком поздно я прочитал, что колодцы тоже нужно накрыть. У нас их здесь три и колонка в оружейной. Времени хватило только на один, и вода хлынула еще до того, как солдаты прибили последнюю доску. Она унесла их. Мы наблюдали за катящейся в гавань волной с крыши оружейной. Это случилось поздно вечером, сразу после захода солнца, ей предшествовал глубокий гул, и когда воды хлынули через морские ворота, земля задрожала под нашими ногами. Поток врезался в морскую стену, и та задержала его, но вода, прорвавшаяся через ворота, поднялась еще выше, как мачты наших кораблей. Она просто смыла все на своём пути и унесла в сторону города.

– Вон, - он указал рукой на дальний вал, отделявший гавань от города.
– Корабль, из-за которого обрушился вал, всё ещё там. Тем не менее, вал защитил город, он не пострадал так сильно, как гавань. До этой стены всё было погребено под наводнением, повсюду плавали обломки и безжизненные тела, и когда вода наконец отступила, я сначала подумал, что никто не выжил. Но по милости богов многие пережили потоп, хотя большинство были ранены.

– Что было дальше?
– тихо спросил я.

– В книге также содержались советы о том, что нужно установить посты, охранять зернохранилища и другие. Всё с тех времён, когда это ещё был имперский город. Но сегодня он уже не имперский, поэтому нам ничего другого не оставалось, как запереть ворота и позаботиться о себе, по большей части. Я боялся, что нас могут осадить - здесь, в гавани только у нас есть чистая вода, но никому до нас не было дела; все бежали в город. На данный момент они забросили гавань, здесь почти никого не осталось, кроме мёртвых и нас.

– А верхний город?

– Там обстановка мрачная. Сразу после наводнения, а также на следующий день, гвардия следила за порядком. Раздавали хлеб и воду, вешали мародёров, священники помогали, исцеляя или давая последнее благословение. Порт сильно пострадал, но большая часть города осталась невредимой, поэтому сначала я думал, что худшее уже позади. Но в настоящее время у гвардии много работы в верхнем городе, где проповедники Белого Пламени ходят совершенно открыто и будоражат народ. Они говорят об развращённости и о том, что в жилах принца течет эльфийская кровь и что это по его вине на нас обрушился потоп.

– Послушав вас, можно подумать, что люди даже понимают, как использовать стихийное бедствие в своих целях, - сухо промолвила Зокора.

– Это провозглашает Белое Пламя, - проворчал я.

– О, а разве они не люди?
– невинно спросила Зокора.

– Мы с Гренски будем сопровождать вас, - сообщил мне майор Меча Бликс, глядя на женщину-сержанта, которая уставилась на нас холодным взглядом.
– По её мнению в последнее время мало что происходило, а когда она скучает, то становится несносной, лучше этого избегать. Кроме того, мы знаем город лучше, чем вы.

– Мы собирались поехать верхом, - сообщил я ему, и он широко улыбнулся.

– Мы позаимствуем доспехи у Морских Змей. И лошадей. Матросы все равно не умеют ездить верхом. Удивительно, что они вообще у них есть.

– Я думал, у Быков есть своя гордость?

– Штрафная рота не может позволить себе иметь гордость, - объявил Бликс.
– Кроме того, меня всегда обвиняют в том, что я не придерживаюсь правил. Зачем разочаровывать ожидания?

– Тогда вы отлично поладите с генералом, - заметил Варош.