Чтение онлайн

— Она ведь очень старая, да?

— Даже я не знаю, сколько Андрозе лет, хотя она вырастила меня, — усмехнулся Карл.

— А твои родители?

— Мой отец, Пратор Бортен служит в дальнем гарнизоне, на самой границе Южной Провинции, мы не виделись лет двадцать. А мама… ее уже давно нет… я ее даже не помню…

— Прости!

— Ничего… Она ведь была обычной человеческой женщиной и… ушла, когда пришел ее час. Я всегда жил с бабушкой, сначала в семейном поместье, вдали от больших городов, а потом в студенческом кампусе, где профессор Андроза муштровала студентов. Кстати, каникулы скоро закончатся, и мы с ней вернемся в Эларию. Ты ведь тоже собираешься поступать в Академию?

Я неуверенно пожала плечами — иди знай, доживу ли такими темпами до учебы.

— Элария? Что это?

— Не что, а где! Элария — это прекрасный остров в Антейском море. Там находится наша альма-матер и резиденции членов Черного Ковена, но самое главное — там источник нашей силы. Юные ведьмы, такие как ты… хотя нет, ты у нас перестарок… — Карл скосил на меня хитрющие глаза, и я его не разочаровала — наградила подзатыльником. — Обычно ведьмы проходят ритуал посвящения лет в пятнадцать, перед поступлением в Академию.

— А учиться обязательно?

— Нет, конечно! Все зависит от дара и того, хочешь ли пойти на государственную службу. Девушки и парни из деревень с наследственным даром после инициации возвращаются домой и занимаются целительством, заговорами, предсказаниями, зельеварением — у каждого своя специализация, но есть среди них и универсалы. Колдуны и ведьмы из аристократических семей сразу при рождении зачисляются на избранные родителями факультеты и, получив диплом в той или иной области, начинают строить карьеру.

Ну, конечно, и здесь классовое неравенство!

— А ты? Какая у тебя специализация?

Карл вскочил на ноги и по-клоунски раскланялся.

— Перед вами, уважаемая публика, универсал-стихийник, потомственный колдун и архи-талантливый без пяти минут выпускник Академии благородных ведьм и колдунов, которому подчиняются воздух, земля и всепожирающий огонь!

Этот великовозрастный балбес выглядел так комично, что я не удержалась от смеха, а Карл, кажется, даже обиделся.

— Неужели не веришь?

— А вот продемонстрируй свое мастерство, тогда поверю!

— Коварная… — Карл задумался на мгновение, а потом печально развел руками. — Не могу! Без лицензии не имею права колдовать вне стен Академии. Только там мы отрываемся на всю катушку…

— и за мелкие шалости вас превращают в разных вреднючих ворон и насекомых!

Карл сделал страшное лицо, взмахнул руками, изображая крылатого хищника и принялся кружить по комнате. Его черная мантия завихрилась от невесть откуда взявшегося ветра, в камине ярко запылали поленья, а горшочек с кустистым растением, стоявший секунду назад на подоконнике, воспарил в воздух.

Открыв рот, я наблюдала за творившемся вокруг безобразием, но внезапно ветер стих, огонь в камине погас, а передо мной сидел по-турецки Карл и ехидно ухмылялся, протягивая глиняный горшок с поникшим цветком на колючей ветке.

— Теперь, если меня опять накажут, ты будешь виновата! А сейчас — спать! Завтра начнем готовиться в дорогу.

Я кивнула, но оставался еще один вопрос, который не терпелось задать.

— Андроза говорила о моем долге перед кланом. Что она имела в виду?

— Увы… Я и сам хотел бы знать. Думаю, тебе все объяснит Верховная, когда прибудем в Эларию.

— Кто? — тупо переспросила, уже зная, какой получу ответ.

— Верховная ведьма Черного Ковена Аделла Гартоне.

Стефан устало опустился в кресло и сжал голову руками. Уже третьи сутки он не смыкал глаз и выслушивал неутешительные донесения, поступающие со всех концов Южной провинции. Диана исчезла. Как сквозь землю провалилась! Утешало лишь одно — он не слышал призыва кольца, а значит жизни девушки ничего не угрожало.

Первая волна ярости на нерадивых стражников, высланных в пограничный гарнизон, бывшую фаворитку и доверенного советника уже схлынула, но сердце заполнило непривычное чувство. Тревога? Обида? Да, пожалуй, обида! Он столько лет ждал и надеялся на чудо, а когда это самое чудо в лице ведьмы из другого мира оказалось у Правителя в руках, так глупо потерял его!

Проступок Эсмы был доказан — она хотела избавиться от потенциальной соперницы, но что-то помешало довести дело до конца. Что? Кто-то похитил кристалл переноса у кухарки. Кто? Множество вопросов и ни одного ответа.

Капитан Димус допросил всю прислугу с применением артефакта правды. Да, это было жестоко — магия кристалла вызывает у людишек мучительную головную боль. Но выхода не было. И все равно, результат — ноль!

Стефан чувствовал, что Диана близко. Он не мог этого объяснить, и все же был совершенно уверен — она в столице. Лучшие сыскари прочесывали улицу за улицей, стражники хватали всех блондинистых девиц, даже местные попрошайки и беспризорники в надежде на награду всполошились и носились по городу как умалишенные.

Диана! Разве он вел себя с ней неуважительно? Допустим, у него не было времени показать себя с лучшей стороны, но он ведь и не обязан этого делать! Он Золотой Дракон! Его благословили жрецы, его уважают соплеменники и трепещут другие народы, населяющие Драгос! И он никогда бы не навредил ей…

Стефан прикрыл глаза и тут же его взору предстала картина: Диана в тонкой кружевной сорочке с распущенными золотистыми волосами. Мерно вздымающаяся грудь, бледные, покрытые легкой испариной щеки, чуть подрагивающие изящные пальцы и дракончик на тонком ободке кольца, поглядывающий на Стефана с молчаливым укором.

Тогда, в первую ночь, лекарь усыпил девушку, чтобы погасить последствия стихийного выброса силы, а он — грозный глава клана! — просиживал часы у постели Дианы и, как неопытный юнец, любовался нежным обликом, с трудом сдерживая желание прикоснуться к доверчиво разметавшемуся телу.

Впервые за сотню лет он испытывал подобные чувства к женщине! «Она так похожа на Эугению! — вздыхал дракон в глубинах сознания. — Я хочу ее!». В ту минуту Стефан почувствовал, как пламя страсти готово буквально затопить его, и усилием воли заглушил похотливые мысли своего зверя. Но даже сейчас его тело мгновенно откликалось на одно только имя упрямой ведьмы, а уж при мысли о том, что рядом с ней в эту минуту может находиться другой мужчина, хотелось сокрушить все вокруг.