Чтение онлайн

***

В день похорон Короля Паэгона страсти во дворце и Армаде поутихли. Официальный траур почти завершился, осталось только поставить урну с прахом в именную стелу в Некрополе. Вся королевская семья вместе с финансистом и несколькими придворными собрались у неё в светлых одеждах и с чашечкой семян. Жрицы Смерти стояли вокруг стелы с урной и другими атрибутами похоронного ритуала в руках в ожидании Иерофанта, но он явился не один.

Рядом с ним вышагивал высокий и плечистый мужчина в закрытых чёрных одеждах. На его груди ярко выделялась вытянутая четырёхконечная звезда с заострёнными концами-иглами, о которым можно оцарапаться. Мелкая огранка придавала камню дорогостоящий вид бриллиантов, однако, из-за насыщенного цвета венозной крови он поглощал цвет и мистически переливался в глубине. Иерофант говорил что-то, а его собеседник шёл хмурый, с плотно сжатыми челюстями и опущенным взором. В нескольких метрах от стелы, неизвестный поднял глаза янтарно-медового цвета и столкнулся взглядом с Дженовой. Она вся встрепенулась и выронила свою чашечку – та упала в траву с глухим звуком, рассыпав часть своего содержимого. Иерофант поднял к небу руки.

– Даэт’Мирре, благословенная! Семена, что осыпались в земли твои, да прорастут и укажут путь новой Жизни! Пусть Жизнь длится вечно!

– Пусть Жизнь длится вечно! – вторили ему все, кроме Дженовы. Королева не отрываясь глядела на пришельца, а тот – на неё. И оба молчали. Даже встали друг напротив друга. Иерофант начал ритуал.

Все делали вид, будто ничего не происходит, только Энтара с Эджером украдкой поглядывали на незнакомца. Принцесса беглым взором оценила его: красивый, с благородной статью королей, с тяжёлым, будто свинцом налитым взором. Эджер дёрнул сестру за рукав; она склонилась к его губам.

– Это вообще кто? Почему они с мамой так странно смотрят друг на друга?

– Хотела бы я знать… – шепнула ему Энтара в ответ, затем: – Не отвлекайся! Мы на похоронах папы.

Эджер кивнул и застыл, как положено.

Когда ритуал был завершён, а все участники высыпали содержимое своих чашечек в траву, Иерофант забрал урну с прахом из рук одной из Жриц и благоговейно водрузил в нишу в стеле. Душа Паэгона обрела покой и получила надежду на перерождение.

Как только похороны официально завершились, Дженова поспешила сменить траурные одежды на привычные, не забыв приукрасить свою эффектную внешность драгоценностями, затем выгнала служанок и велела страже привести к ней в кабинет новоявленного гостя.

Через пару минут он вошёл в комнату, неспешно закрыл за собой дверь и вышел в центр; хоть и держался скромно – заполнял собой всё пространство, стоял, будто монолит, и держал осанку. Тяжёлые и закрытые одежды советника сильнее подчёркивали породу мужчины, только Дженове – резали глаз своими чёрными, бардовыми оттенками, хоть и приукрашенные золотыми запонками, оторочками и ремешками.

– Волф!.. – слетело с губ Королевы.

– Джен… – отозвался он и опустил взгляд. Горькая улыбка очертила правильный рот.

Королева бросила на собеседника надменный взор, вытянув безупречно белую шею.

– Не думай, что тебе здесь рады, и не чувствуй себя, как дома.

– Я слышал… согласно завещанию тебе положено право регентства. Рада своему новому положению?

– А ты меня поздравить хочешь что ли?

Волф опустил длинные ресницы, с его губ слетел снисходительный смешок.

– Поздравить с чем? С тяжестью павшей на тебя ответственности? Если ты её осознаешь, конечно, в чём я сильно сомневаюсь… Всё, что я могу – только посочувствовать тебе.

Джен громко рассмеялась.

– Жалкое зрелище! – затем произнесла она стальным тоном, сверкнула изумрудными глазами и вскинула руку в блистающих перстнях. – Ты сам от всего отказался и выражаешь мне сочувствие?! Слышала бы тебя твоя мать! Я-то помню ещё, как она рыдала, когда провожала тебя, своего сына, своего принца… Сейчас бы тебе занимать «моё» место, и не регента, а Короля, если бы не «тяжесть ответственности», да? Все вы, мужчины, трусы! Вот и поглядишь, как с этим управится хрупкая женщина, чтоб тебе совестно было.

Вместо ответа, Волф выдержал брошенный на него взгляд, отразил колкости своим безмятежным спокойствием и шагнул прямо к Королеве, отчего она попятилась, испытав на мгновение страх перед движущейся на неё могучей фигурой в мрачных и строгих одеждах, но стол позади не дал ей отойти ещё дальше. Дженова скривила рот и продолжала дерзко глядеть в ничего не выражающие глаза Волфа, который надвигался ровной походкой, неспеша, поступью хищника, затем навис над ней, одну руку закинув за спину, другой – опершись о стол возле руки Джен.

Королева резко одёрнула свою и прижала к телу. Ей вдруг стало тяжело дышать. В ноздри просачивался, как ей казалось, удушливый аромат его древесно-чайного парфюма.

Устало вздохнув, Волф промолвил тихо, почти шёпотом:

– Вечно ты всё усложняешь, стерва…

– Ха! И этими губами ты потом целуешь заветы Совета?..

– Чшш, тихо! Я не ссоры искать прилетел. Я хочу спокойно проводить брата, как посчитаю нужным, мне нет дела до твоих издёвок, я и так расстроен… Так что, будь добра, наступи себе на горло и хотя бы научись меня игнорировать. Мне твоё общество неприятно.

– Как и мне твоё!..

Волф ещё ближе склонился к Джен и ещё тише процедил сквозь зубы:

– Вот и держись от меня за шестью дверьми…

Дженова грубо толкнула Волфа в грудь, но он даже не шелохнулся, сам отодвинулся, между тем Королева увильнула в сторону, отряхиваясь, будто вся вымазалась или испачкалась.

– Я пробуду здесь неделю. Может, дольше, – сказал Волф, развернувшись к выходу и держа обе руки за спиной.

– Отлично! – выкрикнула Дженова. – И звёздной дорожкой катись в свой Оплот!..

Волф на секунду задержался на пороге.

– Непременно. Непременно…

***

Как бы не было тяжело признавать, но Волф чувствовал себя гадко. Около часа он блуждал прогулочным шагом по коридорам дворца мимо слуг или шепчущихся аристократов, пытаясь отвлечься, но родные стены навевали столько воспоминаний, и хороших, и плохих – и все они одинаково давили на сердце. Вдруг он обнаружил себя стоящим у галереи четвёртого этажа, что соединяла резиденцию короля с Министерством, с минуту постоял, глядя вдаль, решаясь, стоит или не стоит проверять?.. Затем решительно зашагал вперёд.