Чтение онлайн

Вчера Гри прислал Маки большую коробку плодов чакского Перводрева - персиков. Отец как-то рассказывал, что эти плоды раньше ели только вожди и наследники Старших. Но теперь их можно есть всем, и даже пришельцам. Виктор сказал, что это должно подбодрить Маки. И Маки, правда, почувствовал себя чуть лучше.

Он шел по тропе, жуя персик и почти совсем закрыв глаза - так можно было вообразить, что он совсем дома. Попасть домой - вот чего он больше всего хотел... Тропинка повернула, и Маки внимательнее огляделся вокруг.

Это дерево сильно отличалась от остальных. Намного толще и выше, крона поднимается и расстилается над остальными деревьями. Кора темная, бугристая, значит, очень старая. Вот подходящее дерево, чтобы посмотреть на всё вокруг сверху.

Маки аккуратно доел персик, спрятал косточку в карман комбинезона и быстро полез вверх. Ветви, даже самые высокие, оказались крепкими и почти не прогибались.

Маки знал, что мир подобен дереву. Его корни растут из начала времен. Его крона уходит в бесконечность. Его ветви раскинулись в пустоте, а планеты висят на них, как плоды. Маки замер и посмотрел по сторонам. Если бы он мог просто перепрыгнуть с ветки на ветку и так оказаться дома... Он снова потянулся вверх и замер. Впереди показалось какое-то сияние.

Планета Бразилия-3. Яхта Академии наук

В общежитие они даже не заходили, все личные вещи были частью при себе, частью остались на "Цыплёнке". До космопорта ехали молча, все переваривали рассказ Альберта. Сам учёный тоже притих, казалось, глубоко уйдя в свои мысли. Про персики он, похоже, забыл. На яхте он, всё так же молча, заперся в одной из кают, предоставив компании возможность обменяться впечатлениями.

Но высказываться никто не спешил, кажется, всем хотелось последовать примеру ученого. Смирнов и Таисия ушли в камбуз, ждать возвращения Андрея, а Юля, Лейла и Кирилл поплелись к своим каютам.

– Позвонишь отцу?
– наконец, вымолвил Кир, когда они остановились в узком коридорчике.

Юля замерла. Сообщить отцу, пожалуй, самый благоразумный вариант. Но поможет ли это маме? И как теперь вообще ей помочь?! Кажется, сейчас, впервые, Юля почувствовала злость на Альберта Меера. Ну, зачем делать такие открытия, от которых всем одни беды. Всем - чаконцам, людям, самому Альберту. Только сильверу и пиратам выгода...

– Подождем, что Андрей скажет, - буркнула Юля. Сейчас она была просто не в состоянии что-то решать. За прошедшую неделю столько всего случилось...

– Эти персики, - тихо, едва слышно произнесла Лейла, - я ведь тоже их ела...

– Он, вроде сказал, что сами персики не действуют, нужно из них что-то там сварить, - неуверенно заметил Кирилл.

Юля с тревогой посмотрела на подругу. Она не сомневалась, что Лейла - гениальный программист. Но когда родители Лейлы не разрешили ей участвовать в "Нейро-операторе", Юля была этому только рада. Ну не любит она пси-хакеров, и, как оказалось, не зря! Лейла, кажется, и сама тогда не очень-то огорчилась, ей нравится учиться в гагаринском...

– Не волнуйся, тебя эти ужасы в любом случае не касаются!
– выпалила Юля, одновременно со страхом подумав о сестре.

Лейла только мотнула головой и скрылась в своей каюте. Друзья, не глядя друг на друга, последовали её примеру.

Оказавшись одна, Юля первым делом схватила коммуникатор и нашла номер Эвелины. Но аппарат подсказал, что сейчас на Эдеме глубокая ночь. Придется подождать хотя бы часа три.

***

Андрей вернулся на яхту примерно через два часа. Альберт как-то услышал его появление и первым выскочил из каюты. Юля, Лейла и Кир пошли уже на голос ученого.

– Судя по столь внезапному захвату, Маргарет тоже нашла какой-то способ, - голос у Альберта опять стал бодрым, как на старых видеолекциях, - вы представляете, что боссы "Сильвер стар" могут сотворить с технологией межпланетной телепортации?!

– Что-то, не многим лучшее, чем пираты, - сурово заметил Михаил Максимович, - а вы раньше об этом не задумывались?

Меер страдальчески застонал.

Все быстро собрались на камбузе, Таисия к тому времени сообразила приготовить всем чай и разогреть сухпайки.

– Сначала вы, - Смирнов обратился к Андрею, - поговорили с ним?

Андрей молча сел за стол, равнодушно глянул на походный обед. Потянулся было к папиросам в кармане, но всё-таки передумал.

– Встретились. Он предложил мне работу.

– Какую работу?
– растерялся Смирнов.

– Пилотом, разумеется, - Андрей невозмутимо пожал плечами, - сказал, им в "Сильвер стар" нужны опытные пилоты.

– Он за этим вас тут искал?
– возмущенно воскликнула Таисия.
– Это и есть ваши "общие дела"?

– Я - ценный специалист, представьте себе, - язвительно ответил Андрей, но тут же опять помрачнел, - он как-будто уверен, что мне непременно захочется летать вблизи Чако, - Андрей махнул рукой на Альберта, - и, похоже, господин академик прав, он знает, что ты живее всех живых.

– С чего ты взял?
– вздрогнул Альберт.

– Слишком удачное совпадение, - Андрей нехотя кивнул Смирнову.

– Но тогда зачем он выдал себя?
– не понял Меер.
– Мог бы следить за нами незаметно. И если он знает, то и Маргарет знает?

– Не факт. У этого типа секретов может быть больше, чем у самой Голдфилд. Очень скользкий субъект.

При этих словах Юля почему-то подумала, что у её брата секретов тоже не мало. Что-то он опять не договаривает!

– И что теперь с ним делать?
– спросил Альберт.

– А что с ним поделаешь?
– Андрей опять ехидно скривился.
– Я обещал подумать и на всякий случай выбросил в море свой коммуникатор. Теперь давай обсудим, что делать с тобой.

Альберт слегка втянул голову в плечи, будто опасаясь, что пилот его всё-таки ударит. Но Андрей оставался зловеще спокойным:

– Вы дали ему прочитать ту записку от секты?
– спросил брат, глянув на Юлю.

– Нет еще, сейчас.

Лейла быстро передала Мееру свой планшет. Смирнов и Зайка, которым уже рассказали про "Новых" по пути на Бразилию, терпеливо ждали мнение ученого.

– Если это было у Фебоса, то вполне возможно, пираты-пси-хакеры - это и есть "Новые люди", - Альберт быстро прочитал и отложил планшет в сторону, - "Память камня", так мы назвали чакский механизм. И Фебос как-то при мне обмолвился, что мы, мол, присутствуем при новом витке эволюции. Но я тогда не обратил внимания на его слова.