Чтение онлайн

— Вот теперь, наконец, всё понятно! А так как мы с вами обсуждали до этого секс, вас и торкнуло на этой почве.

— Нет, сэр! Связаться — это вообще не про секс! Глубже! — Морган сжал руками виски из-за очередного приступа мигрени. — Это уже не просто физическая близость. Это ответственное действие. На всю жизнь! Если ты решил завести с кем-то котят, и даже у вас дошло дело до связки, это означает, что теперь вы будете с этой персоной до конца жизни. Понимаете?

— Не понимаю, — отрицательно покачала головой Мурси. — Что именно вы хотите донести до меня?

— То, что в произошедшем с моей стороны не было и намека на простую грубую похоть. Я не пытался за счет вас удовлетворить потребности! Не знаю почему, но вчера, я решил связать с вами свою жизнь. Теперь понимаете? — и, глядя как вытягивается лицо Мурси, вздохнул и попытался объяснить спокойней, другими словами: — Да, у катар это по взаимному согласию, и будь вы кошечкой, жевание вашей холки показалось бы вам сладким мгновением, потому что, как я и говорил ранее, у нас там самая чувствительная эрогенная зона. Для меня важно, чтобы вы знали! Вы представляете, каким я должен был быть невменяемым, чтобы желать жениться на йонгее?

— Не представляю ни одной вменяемой персоны в Галактике, кто этого бы хотел, — хохотнула Мурси. — Так я зря татуху набила? Вам совсем никогда не захочется, если даже я вот прям сейчас разденусь?

— О, Разум! Какая же вы непробиваемая женщина! Только об одном думаете, да? Вас только это завлекает? Раздеться, поваляться в постели, обмазать друг друга слюнями и ещё чем другим?

— Обмазаться слюнями, я не могу! — согнулась в приступе смеха Мурси. — Морган, вы, вообще, представляете, как происходит этот процесс? Попробовали хоть раз, быстро бы втянулись.

— Ну-ну, ага! За кого вы меня держите? Конечно я пробовал, даже с человеческими женщинами. Что ж я, по-вашему, принял обет безбрачия? Именно поэтому я так категоричен. Всё это чушь! Чушь, на которую не стоит тратить своё время!

— Ах, вот оно что! Вам не понравилось? — смахнула слезу Мурси. — Не, ну логично, если вы не достигли разрядки, какое же это удовольствие? Хотя, конечно, жаль.

— Почему вам жаль? — недоуменно заморгал Морган.

— Мы могли бы с вами уволиться из войск, открыть платную подписку на галатрубе и радовать зрителей вашими спонтанными экспромтами.

— Издеваетесь, сэр?

— Немножко, — язвительно улыбнулась капитан.

— Ха-ха, как смешно! Извращаться над обычаями другой расы. Очень свежо! Я, вообще, не понимаю, что же вы с таким талантом к дирижированию не пошли в режиссеры. Ставили бы спектакли на потеху публике, разыгрывали сценки. Такой дар пропадает!

— А что, Морган! Мне нравится идея. Всё, решено! С завтрашнего дня передаю вам все дела. Вы спасаете Галактику, а я позову на вашу роль канцлера Шнобби и мы с ним продолжим зажигать.

— Оставьте несчастного Шнобби в покое! — выкрикнул Морган.

— Почему несчастного? Может он будет самым счастливым катаром во Вселенной?

— Рядом с вами? Это уж вряд ли! — фыркнул Морган.

— Морган, — тихо захохотала Мурси. — Мне всё же кажется, что вы ревнуете.

— Катары не ревнуют! Нам не свойственны иррациональные эмоции!

— Это вам дед сказал? — вновь зашлась в смехе капитан.

— Какая же вы… — зарычал Морган, обнажая клыки. Но капитан, глядя на него в упор, наклонила голову и указательным пальцем постучала по татуировке. "Кусать тут"- прочел Морган, сразу же помрачнел и виновато уставился в пол.

— Работает, как я и рассчитывала, — удовлетворенно качнула головой Мурси. И совершенно спокойно добавила: — Спасибо за тест драйв. Отдыхайте, дорогой. Завтра, боюсь, у нас не будет времени для игр и веселья.

Капитан вышла, оставив недоумевающего Моргана одного. Значит, Мурси весь разговор специально вела к такой развязке. Продумала его реакцию, давила на самые больные точки, а он, как всегда, повёлся. Сам задавал вопросы, сам помогал ей. Если эта женщина захочет закопать его живьем, она сделает так, что Морган собственноручно с радостью выроет яму, прыгнет в неё и начнёт засыпать себя землей! Ещё и доказывая, что капитан неправа. Пока не будет слишком поздно.

Пораженный Морган бухнулся на подушку головой. С кем он пытается играть в интеллектуальные игры? О чём он, вообще, думает? А ведь сама Мурси ему уже давно говорит — принять авторитет руководителя! Сдаться! Морган не самый умный на этом корабле, это уж точно. Всё, что он делал до этого, это только ошибки.

Катар закрыл глаза. Неокрепший юноша, пожалуй, так видит его Мурсик, а он и рад вести себя соответствующе. Дурак, каких Галактика ещё не порождала.

В памяти выплыла её наглая самодовольная и одновременно донельзя обаятельная улыбка. Какая, наверное, бывает только у йонгеев. Прав был дед, захочешь один раз с такой связаться, и эта мысль больше не покинет тебя. Интересно, как вчера было? Что он чувствовал, когда отрывал пуговицу от её штанов, когда кусал эту тонкую шею? Прижимал к себе, вдыхал один воздух. "Позволила бы себя приласкать, уж я бы показал, на что способна горячая катарская кровь, что такое настоящая ласка," — уже засыпая, подумал Морган.

***

Капрал резко сел в постели. Его пробудили воспоминания. Внезапно, всё произошедшее нахлынуло одновременно. Он вспомнил каждый свой шаг, каждое движение, каждую мысль до мельчайших подробностей. И как выбил из рук пистолет, и как завалил Мурси на стол, и как пристраивался сзади. И самое ужасное, как запустил руку ей в шорты.

Тошнота подкатила к горлу, дыхание участилось, опять началось усиленное сердцебиение. Пустой желудок потребовал вывернуться наизнанку, и Морган, вскочив с кровати, побежал в туалет. Его вырвало горькой прозрачной жидкостью. От подобного коллапса стенки желудка словно прилипли друг к другу. Мерзкое, гадкое ощущение скверны засело в нём, стояло комом в горле. Хотелось выкашлять, вытошнить, достать руками эту гнусь. Морган чувствовал себя грязным полностью — и внутри, и снаружи. Зудели спина, живот, ноги, даже лицо, а он продолжал справляться с рвотными позывами, наклонившись над раковиной.

Грязь и мерзость. Гнусь и скверна. Внутри, снаружи — всё это должно уйти из него. Капрал посмотрел на себя в зеркало и попытался успокоиться. Душ! Ему срочно нужно отмыться. Соскрести с себя этот позор, избавиться от отвратительной чесотки. Катар включил прохладную воду и залез под струи искусственного ливня. Намылился один раз, второй, третий, но ощущение липкой гадости не отставало. Тому, что он сделал, нет оправдания! Нет!

Накануне, думая, что дальше укуса и небольшой потасовки дело не зашло, Морган и подозревать не мог, насколько разошёлся, позволяя себе чего-то сродни распутству. Ещё и спорил с Мурси после всего. Да он должен на коленях умолять её о прощении. Она его обязана убить — только кровь в силах смыть этот позор! Если в прайде прознают об этом, Моргана приговорят к казни. Как настоящему катару ему, вообще, следует сделать харакири. Это кодекс чести, которую он потерял навсегда.

Морган сел, облокотившись спиной о стенку душа, позволяя воде барабанить по телу. Невозможно, невозможно это пережить! Он, катар, всегда стремящийся к справедливости и благопристойности, обвиняющий Мурси в чрезмерной увлеченности плотскими утехами — сам насильник! Подлинный, настоящий! А если бы она не обладала Силой? А если бы не Ванно? Морган довел бы дело до конца? Это не укладывалось в голове.

Нет, выход у него только один — харакири. Свою честь он запятнал и никогда теперь не отмоется. Но самое ужасное, Морган никогда не будет больше в глазах Мурси достойным мужчиной. Он показал себя ровно таким же, как и остальные. Как все те наёмные убийцы, пираты, канцлеры, окружавшие капитана всю жизнь. Ванно её просто трогал, пока она лежала в отключке, и Мурси сказала, что он не лучше Верненна. А Морган не просто трогал, он пошёл куда дальше. А значит он хуже, хуже космического пирата, от которого Мурси воротит.