Чтение онлайн

– Именно, это ты и хотел сказать. – сделав большой глоток, глубокомысленно продолжил Роман. – Но тебе легко рассуждать. У тебя есть база, стартовая позиция. А тут такая безнадега… Но ничего. Я выгребу. Даже если придется плыть против течения. Это как дважды два! – с шумом выдохнув воздух, поморщился он. – А водка все равно лучше, чем эта клоповая настойка.

Андрей, тем временем, открыл крышку проигрывателя и поставил пластинку.

– Дед у меня «старик» современный. У него музыка на любой вкус! – дождавшись первых аккордов блюзовой мелодии, он упал на кровать.

– Это мир принадлежит мужчинам! Джеймс Браун! – узнав мелодию, радостно воскликнул Роман.

– Да! – равнодушно отреагировал Андрей. – Но я предпочи-таю Пинк Флойд или Лед Цеппелин.

– Твой дед, скоро будет? – Роман сполз на шкуру белого медведя, подложил руки под голову и с наслаждением закрыл глаза. Приятная волна легкого опьянения накрыла его с головой.

– Кто, дед? Нет. Но в любом случае, он без стука не войдет. Расслабься.

– Ну, да! Конечно! – понимающе кивнул Роман.

– Хочешь сигареты? Справа от тебя шкафчик. Помельче был, коллекционировал. Хотя, коллекционировал – это громко сказано. В аэропортах набирал. Как то, в Амстердаме, дед в табачную лавку за нюхательным табаком заглянул. Лучше бы он этого не делал. Кто что, а я с тех пор сигареты собираю. Хотя, сам не курю…

– Ты был в Голландии? – перебирая яркие пачки, Роман подозрительно покосился на товарища.

– И еще в Бельгии, Германии, Франции, Италии, Англии, Швеции… Это не считая соцстран, конечно. Один дед меня воспитывал и таскал по Союзу; другой, другой просвещал и возил по Европе.

– Догадываюсь, с кем тебе было интереснее?

– С ними не могло быть неинтересно. Единственно, на всё, два противоположных мнения. Но они, как бы дополняют друг друга. С их помощью, я всегда мог составить достаточно полную, биполярную картину мира… – Андрей пригубил коньяк и кивнул на шкаф. – Альбомы с фотками там, на полке.

8\

«Англичанка».

Саратов 1979г.

Просмотрев пару альбомов с фотографиями, Роман перестал скрывать восторг.

– Вы только посмотрите на него! – комментировал он, чуть ли не каждую страничку фотоальбома. – Женевское озеро…. Эйфелева башня…. Кельнский собор…. А здесь я был! – поднял он над головой фотографию лондонского Тауэра и поймав недоверчивый взгляд, добавил. – Во сне…

– А…а! Ерунда все это!– небрежно махнул рукой Андрей. – У нас не хуже. Просто надо исторические центры сохранять. Туристические зоны… А к Европе очень быстро привыкаешь. Там все так, как должно быть. Чисто. Опрятно. И люди, вежливые до неприличия. В общем, все так, как у нас было…, до совка. Я после первой вылазки за кордон, в капстраны, долго под впечатлением ходил. Испытывал чувство дискомфорта, пока меня продавщица не припечатала на родном и великом… Сразу полегчало. Родина…

– Да. Теперь я понимаю, почему к тебе бабы липнут. Ты так изящно треплешься! – усмехнулся Роман.

– Ничего я и не треплюсь. Просто принимаю гостя.

– И это у тебя неплохо получается. Ты меня впечатлил. Не дом, а музей; вокруг все, как в магазине «Березка». Французский коньяк, сигары, заморские пляжи с твоей физиономией во всех ракурсах. И все это, как бы в порядке вещей…

Роман неожиданно почувствовал раздражение и, сжав кулаки, подумал, что неплохо бы съездить этому самодовольному красавчику по физиономии. Но вместо этого только улыбнулся.

– Я что, должен испытывать угрызения совести? По моему, жить достойно, должно быть для всех в порядке вещей. Ну, извини, если что ни так….

– Только вот этого не надо! – От твоей вежливости меня еще больше коробит! – не сдержавшись, зло выпалил Роман. – Ты всегда такой…. пряный?

– Я нормальный! – недолго подумав, ответил Андрей.

– Тогда, не все потеряно.

Поняв глупость своего поведения, Роман поднялся и медленно засеменил к дверям.

– Слушай, а что ты тогда нашей «англичанке» ляпнул? А? Она просто вылетела из класса, со слезами на глазах…

Мысли о молодой учительнице, не просто волновали его. Стройная, всегда модно одетая учительница, казалась ему верхом совершенства.

– Да так! – отмахнулся Андрей. – Иногда, она заговаривается! Для нее урок – это спектакль, где она обязательно должна быть главной героиней. Но, бывает, что она увлекается.

– И что?

– А то, что превращается в напыщенную провинциалку, пафосно декламирующую Офелию… Зуб даю, она сейчас, как на игле, сидит на Шекспире.

Держа перед собой бокал, Андрей водил пальцем по его ободку, прислушиваясь к издаваемому гулу.

– А то, что она тащится с тебя, знаешь?

Андрей промолчал.

– Это все заметили! Она ведь не просто училка, она кумир всех девчонок и пацанов школы. Любит, одеться по последнему писку и все такое. А походка? – Роман зажмурился, и поцеловал сложенные в горсть пальцы. – Какие попкой кружева плетет? Так что, если закадришь, у тебя все шансы стать героем нашего поколения.

– Да! – задумался Андрей. – Женщина она, действительно, что надо.

– Какая женщина? Ей и двадцати трех нет. Она с Урала к нам приехала. Отец там, шишка большая. Из партийных… Под папиным крылышком не захотела. Вот, по распределению к нам и укатила. К ней, здесь, такое внимание? Разве что на руках не носят…

– Ты тоже вижу на нее запал! Глаза горят…

– О! Самым, что ни на есть, синим пламенем. Она не женщи-на, она мечта. О таких грезят… Только, подобные ей красотки не для нас смертных. Они дозволяют любить, наслаждаться собой, но на расстоянии… для них, мужские взгляды, как зарядка. Можешь, пялиться на них сколько угодно и получать, так сказать, эстетическое удовольствие.

– Она, конечно, не дурна, но не такая и красавица. Но ты не отчаивайся. Шансы всегда есть; нужно верить в себя.

– И чем, по-твоему, я должен ее поразить? Своей прыщавой физиономией? Или, нет – атлетической фигурой! Да, что это я, конечно, широтой кругозора и энциклопедическими знаниями! Постой, дай выберу, одно из своих бесконечных достоинств. Загадочность души, неотразимое обаяние, демоническая натура! Окстись, парень! – Роман махнул рукой. – У меня дневной бюджет тридцать копеек на буфет, а остальное амбиции, амбиции, ни чем не подкрепленные, голые амбиции. Даже на джинсы не могу собрать.

– Слушай! – неожиданно вскочил с кровати Андрей, – Дед мне джинсовый костюм подарил, а он мне мал. Точно твой размер.