Чтение онлайн

Мини-автобус «Мерседес» с тонированными стеклами и с кондиционированием воздуха, повинуясь словам песни, с энтузиазмом катил по асфальтовой дороге в сторону далекого горизонта, увлекая «веселую компанию» навстречу серовато-голубым зазубринам Уральских гор.

Несмотря на глобальный финансово-экономический кризис, поразивший Россию, и вчерашние допросы в милиции, жены и подруги друзей, встав в эту пятницу пораньше и надев легкомысленные шляпки и панамки, сарафаны и сандалии «мужественно» приняли предложение закатиться для празднования дня рождения Зорина Андрея Ивановича на дачу у лесного озера.

Непосредственно перед выездом Валенда попросил всех участников предприятия в интересах следствия не драматизировать ситуацию и относиться к Лукьянову так, «как будто ничего не произошло». Все пообещали вести себя соответствующе. Только задумчивый Зорин вызывал некоторое опасение.

Веселая компания, в соответствии со словами песни, комфортно расположившаяся в прохладном, затемненном пространстве автобуса, действительно состояла из друзей, и к тому же одноклассников. Причем, одноклассниками были только мужчины, и выглядели они очень импозантно, включая и совершенно лысого Лукьянова. Все были в шортах, в белоснежных просторных майках и кроссовках и в модных прическах. Просто «спецназ» для выполнения задач по отмечанию дня рождения в условиях лета.

А если кто-нибудь догадался бы выстроить мужчин по ранжиру, то «лестница дураков» получила бы радикальное подтверждение своего существования.

Первым значился Павел Васильевич Валенда – темноволосый гренадер, и ширина его плеч соответствовала заявленной атлетической пропорции. Валенда служил в Федеральной службе безопасности и совсем не курил. Далее шел сухощавый, почти на голову ниже первого номера, узкий, но крепкий очкарик – Юрий Петрович Лукьянов – обритый «под ноль» разведенный интеллигент, недавно уволившийся из средней школы по собственному желанию.

Затем следовал виновник торжества – Андрей Иванович Зорин – без очков, сантиметров на семь ниже Лукьянова, но зато и шире. Андрей Иванович давно уже был директором и главным акционером крупного транспортного предприятия города и, соответственно, самым обеспеченным среди одноклассников. И замыкал этот почетный квартет миниатюрный с самого детства Евгений Семенович Тимошкин – тоже в очках. Эрудит от рождения и экономист во втором поколении. Он скромно трудился на автотранспортном предприятии Зорина. Однажды Тимошкин попросил Андрея Ивановича о продвижении, но получил жесткий отказ. С тех пор они остались только одноклассниками.

По случаю такого торжества «оргкомитет» в лице жены виновника торжества – Веры Николаевны, выполнил все приготовления в соответствии с наивысшими стандартами, нормами и требованиями проведения столь ответственного мероприятия. И чтобы окончательно поразить размахом своих друзей и их подруг, на полных три дня был арендован в старинном доме отдыха корпус с прохладными коридорами и большим холлом с лестницей. Для четырех пар были приготовлены четыре комфортабельных номерами «люкс» с ванными и туалетами. Была своя, скрытая от посторонних глаз, пляжная приватная зона со столиками и стульями, шезлонгами и массажными столами, мангалом и массивной лестницей, спускавшейся прямо к уютному, огороженному пляжу с причалом, лодкой и маленькой банькой.

Прямо райский уголок, была бы только погода! А погода на этот раз не подкачала: последнюю неделю парило нещадно. С утра до вечера – минимум тридцать градусов, а вечером, после пяти, как по заказу, ливень с грозой. И опять солнце. Просто собственные мини-тропики в условиях резко континентального климата Южного Урала.

Главным атрибутом этого праздничного предприятия должно было стать чувство реальной свободы и неподдельного счастья, создаваемое общением с природой без посредников и сторонних наблюдателей. Это должно было радовать, согревать души и тешить уязвимое самолюбие собравшихся. Хотя бы на три дня, но тешить. В этой зоне безопасности можно было делать все: загорать, в чем хочешь и когда хочешь, лишь бы было солнце. Есть и пить, что пожелаешь, лишь бы это имелось в холодильнике. И плавать в теплой воде маленького, круглого озера с островком посередине, сколько сможешь. А еще за дорогой был лес, известный грибными угодьями.

В свое время Зорин стал главным акционером крупнейшего в Уральске автотранспортного предприятия, и поэтому расходы, связанные с выездом с друзьями и праздничным фейерверком были для него сущими пустяками. Вся компания просто изнемогала от мысли о праздничном застолье с напитками и яствами, соответствующими представлениям среднестатистического россиянина о мероприятиях такого рода и сформированным телевидением, гвоздем которых являлись вечные шашлыки (бедные хрюшки, сколько их полегло в те годы!) и пивом с водкой.

Вера Николаевна отнюдь не собиралась нарушать эту традицию, и все перечисленное было закуплено в должном количестве и объеме. И сам поздний обед был приготовлен согласно русским традициям и кухонным стандартам: разнообразные холодные закуски и салаты, горячие блюда: рыба – мясо, устрицы – креветки, раки – крабы, фаршированные блинчики и маленькие пирожки. И многое другое с соответствующим ресторанным сервисом и тремя официантами. Все было продумано до мелочей.

Оставалась самая малость – добраться до места и приступить, но дорога к озеру была неблизкой, поэтому каждый имел возможность думать о своем. Итак, виновник торжества – Андрей Иванович Зорин со своей законной женой Верой Николаевной – статной шатенкой, всю жизнь проработавшей в общепите, с правильными чертами лица и приобретенными манерами, в кремовой, брючной летней паре и легких туфельках в тон, находился на переднем двойном сидении. Он, несмотря на все вышеперечисленные достоинства предстоящего мероприятия, был рассеян и, можно даже сказать, расстроен не в меру. А причиной тому был престранный сон, который если не напугал именинника накануне ночью, то вывел его из обычного равновесного состояния. А приснилось в то утро Андрею Ивановичу, будто бы он умер.

Причем, вся процедура умирания была настолько реалистичной, что Андрей Иванович еле проснулся и еле выкарабкался из этого липкого ночного представления. И только утром, утирая холодный пот с лица обоими руками, юбиляр, наконец, осознал, что все это приснилось.

– Какое счастье, что это был только сон! – шептал Андрей Иванович, – какой кошмар! Я не хочу вот так умирать!

Чтобы хоть как-то нейтрализовать увиденное, он поспешил поделиться за завтраком этой напастью со своей половиной, чем неприятно ее удивил, так как никогда не рассказывал о своих сновидениях.

– И что? Будем отменять поездку? – Вера Николаевна решила привести мужа в чувство скоропостижной атакой.

Но такая атака не помогла.

– Ты, знаешь, Вера, – Зорин сидел за столом в огромной кухне, смотрел в одну точку и бледнел, – это было по-настоящему: у меня от ужаса остановилось сердце и вытянулись ноги. И мне почему-то теперь все время чудится какая-то зима. Такой тихий, тихий дворик, все в снегу: дома, скамьи и деревья. Утро, и уже солнце встало, но на небе густые облака, и свет такой желтый. Снегу на дороге много-много, а наступишь – под снегом темная вода… и такая тоска на душе, хоть плачь! И все, как сказать – липко…

– Может, вызовем «скорую помощь»? – забеспокоилась, наконец, жена, ощупывая Зорину пульс. – Вдруг у тебя какой-нибудь приступ был? А, вообще, когда умираешь во сне, это означает: ты от чего-то освободился. Сбросил душевный груз. Я специально посмотрела в соннике. Может, все же отменить мероприятие? Я сейчас же…

– Нет, поедем. Я тех капелек выпил, что мне прописали. Мне, по-моему, уже лучше, – стал возражать Зорин, но не очень решительно, усердно растирая грудь слева. Затем быстро проговорил в телефон: