Чтение онлайн

Единичная вещь следует из другой единичной вещи, иначе она обладала бы всеми свойствами Бога. Используя математическую аналогию, можно сказать, что пространство не есть действующая причина геометрических фигур. Также и Бог не есть действующая причина вещей. Вещи-модусы существуют двух типов: одни относятся к сфере мышления (идеальные образования), другие – к сфере протяжения (материальные тела). Они между собой никак не связаны, но существуют строго параллельно: порядок и связь вещей та же, что и порядок и связь идей. Если человек обнаруживает у себя телесный недуг, значит, следует искать недуг душевный, поскольку Бог одинаково проявляется в различных рядах модусов.

По-своему С. решает проблему соотношения свободы и необходимости. Бог является причиной самого себя. В нем свобода совпадает с необходимостью. В мире вещей-модусов свобода и необходимость расходятся. Каждая вещь – это ограничение бесконечности, это подчинение внешнему воздействию, это необходимость, понимаемая как несвобода. Проявления свободы в мире модусов – это попытки преодоления собственной ограниченности, расширение сферы своего существования за счет другого модуса, это насилие, основанное на стремлении к самосохранению. Человек – эгоистическое существо, стремление к самосохранению перерастает в нем в стремление к власти: в политике каждый имеет столько права, сколько у него силы. Насилие никогда не освободит человека, но для достижения свободы существует еще одна возможность: в процессе активной борьбы за самосохранение человек мобилизует все свои душевные силы; разум, слитый с волей, освобождается от страстей («аффектов»), мешающих добиваться цели. Другими словами, процесс самосохранения вынужденно ведет человека к самосовершенствованию, к развитию познающей способности.

Человеческий разум неизбежно формирует идеал свободы и обнаруживает, что единственным подходящим воплощением его идеала является Бог. В Боге стремление к самосохранению полностью реализовано, свобода Его никем и ничем не ограничивается, Он – причина самого себя, Его свобода есть Его необходимость. Радость от познания Бога столь велика, что человек отказывается от всех иных земных благ, обуреваемый страстью к познанию, интеллектуальной любовью к Богу как основе его собственной свободы. «Сверхэгоизм» Бога завершается любовью к Нему человека, модуса Бога-субстанции. Для мудреца, философа свобода как явление Бога становится необходимостью.

СПИРИТУАЛИЗМ (лат. spiritualis – духовный) – в самом широком смысле – философское воззрение, рассматривающее дух в качестве первоосновы мира. В этом смысле С. тождествен идеализму и противоположен материализму.

В XVIII в. французские философы-материалисты связывали с понятием С. христианское учение о Боге и бессмертии человеческой души. В XIX–XX вв. возникает так называемое спиритуалистическое направление в философии, разрабатываемое французскими и итальянскими философами (В. Кузен, А. Розмини, В. Джоберти, Ш. Ренувье, Э. Бутру, Л. Лавель, А. Бергсон). Его сторонники противопоставляли С. позитивизму с его обязательной эмпирической проверкой теоретических положений, отсутствием интереса к проблемам свободы и ценностей.

Оформление С. в относительно самостоятельное философское направление связано с пробуждением интереса к особенностям познания человека и общества. Помимо традиционного онтологического учения о Боге, С. дополняется разработкой аксиологических и гносеологических вопросов. Французский философ-спиритуалист XIX в. В. Кузен считал, что необходимой особенностью С. является признание мистического «непосредственного» знания, противоположного как разуму, так и опытному познанию. Человек как свободное и сознательное существо, с точки зрения С., отличен от природы, и познание его также требует особых познавательных процедур. Философия как учение о человеке и его взаимоотношениях с Богом отличается от естественных наук как по объекту познания, так и по методу.

С. имеет также «практический» аспект (Е. Блаватская, Р. Штайнер и др.). Попытки непосредственных контактов с духовной субстанцией (первоосновой) воплощаются в различных магических практиках.

СПРАВЕДЛИВОСТЬ – категория этики; принцип С. – один из принципов нравственного сознания и поведения. В своем формальном выражении – это «правило равного воздаяния за совершённые поступки». Вместе с тем такое широкое определение выходит за рамки нравственности и становится элементом обыденного сознания, права, нормой распределительных отношений в экономике. В древности смысл понятия «С.» выходил за рамки человеческих взаимоотношений, С. была выражением порядка Вселенной. С. – наиболее «социально нагруженная» категория этики; она непосредственно связывает человека с его местом в обществе: в понятии С. содержится как представление о равенстве всех людей, так и оценка их деятельности, социального положения в соответствии с личными заслугами. Поэтому оценка человеческих поступков как справедливых и несправедливых всегда была элементом идеологий, вдохновлявших революционные движения.

Собственно нравственный смысл С. выражает прежде всего такую черту нравственности, как всеобщность нравственных норм. Нравственные требования применимы ко всем людям без исключения, независимо от их социального положения, образования, возраста, материальных условий и т. п. Кроме того, в принципе С. актуализируется еще одна особенность нравственности: к себе надо относиться так же, как и к другим; надо уважать свободу другого человека. Еще одно истолкование принципа С. заключается в требовании соблюдения особого отношения между должным и сущим, то есть в необходимости применения всеобщих нравственных норм к каждому отдельному поступку. Данный подход требует выявления «меры добра» и «меры зла», содержащихся в отдельном поступке, и, соответственно, определенной меры одобрения или наказания. Нетрудно заметить, что такой подход легко может привести (и приводит на деле) к соблазну произвольного истолкования должного и к желанию взять на себя роль исполнителя справедливого приговора. «Пограничность» категории С. проявляется также в том, что она применима не только к оценке отдельного человеческого поступка, но и к оценке действий общества, социальных институтов, общества в целом. В этом случае общество оценивается с точки зрения того, насколько оно соответствует или не соответствует требованиям равенства, счастья его членов.

СРЕДНИЙ КЛАСС – весьма значительный по объему слой общества, занимающий промежуточное положение между полюсами социальной иерархии, фактор удержания общества в состоянии динамического равновесия. Понятие С. К. использовалось представителем «философии жизни» Г. Зиммелем, значительное внимание ему уделял М. Вебер. О среднем элементе общества писал уже Аристотель, считая его основой для наилучшего общения людей в государстве.

Граждане со средним достатком не стремятся к чужому, как бедняки, им не завидуют богатые. С. К. в современных развитых обществах – это самая многочисленная (60–70 % всего населения), но весьма неоднородная часть общества. Нет единого критерия принадлежности к С. К., между различными группами, входящими в него, нет четких границ. Критерии выделения С. К. – уровень доходов, стандарты потребления, определенный уровень образования, способность к квалифицированному труду. С. К. – это мелкие предприниматели, фермеры, высококвалифицированные рабочие, специалисты сферы обслуживания, административный персонал, представители «свободных» профессий. Внутри С. К. также существует своя иерархия, например, деление на «белые воротнички» и на «синие воротнички».

Это основной потребитель товаров и услуг благодаря своей многочисленности, финансовым возможностям и развитой системе потребностей. С. К. является также опорой политических институтов, он – ядро массы избирателей, поскольку его социальное благополучие прямо зависит от политической конъюнктуры. С. К. – основной объект манипуляций масс-медиа. Он – основной читатель, зритель, слушатель. Одновременно он является носителем некоего социально-культурного стандарта, той незримой точки, к которой стремятся приблизиться низшие слои населения, и отойти от нее – высшие. С. К. – это желаемое будущее низших слоев, это достижимый идеал, приближение к которому не требует чуда или сверхчеловеческих усилий.

Чем разнообразнее, динамичнее С. К., тем больше возможностей само его существование открывает для тех, кто стоит ниже на социальной лестнице. Тем самым средний слой придает обществу устойчивость, трансформирует революционные перераспределительные утопии («кто был ничем, тот станет всем»), «уравнительные» образы лучшего будущего в биографии делового успеха. С. К. указывает направление социального продвижения для низшего класса и сам является источником обновления высшего класса.