Чтение онлайн

— Делать-то что? — кричу я ему вслед.

Тишина.

— Чудненько… — бормочу я в растерянности, оглядываясь вокруг. — Ну хотя бы седушки есть…

По периметру зала стоят большие стулья с резными спинками и подлокотниками. Много. Десятки. Я сажусь на ближайший стул. Вытягиваю ноги. Разглядываю атласные туфельки, которые уже слегка протерлись от быстрой ходьбы по коридорам дворца.

— Стоптала? — ироничный вопрос, заданный знакомым голосом, заставляет меня вздрогнуть от неожиданности.

— Франц! — восклицаю я таким тоном, что мой фамильяр-предатель, возникший ниоткуда в паре метров от меня, болезненно морщится.

— Если что, я вообще ни в чем не виноват! — выкрикивает он в ответ, и воздух в зале начинает легко вибрировать.

— Предатель — и не виноват?! — злюсь я, и вибрация усиливается.

— Я был связан клятвой, которую не нарушишь… — Франц переходит на шепот, нервно поведя тонким плечиком.

— Ты был связан со мной! — тоже шепотом возражаю я и вдруг вспоминаю. — Или ты соврал, что средний? Я поняла! Ты высший!

Франц нехотя кивает.

— Да… Но…

Он осторожно приближается ко мне.

— Она очень сильная Колдунья… Была… Я должен был отработать, чтобы получить свободу.

— Получил? — горько усмехаюсь я. — Проваливай!

— Ты поклялась взять меня с собой, — тоненьким голоском отвечает Франц, приняв облик шоколадной Аленки. — Ты не можешь нарушить своего обещания!

— Не могу? — возмущаюсь я.

— Можешь, конечно, — огорченно сознается Франц и тут же добавляет с воодушевлением, льстиво. — Но ты великодушна и сильна, поэтому не станешь мстить.

— Я? — смеюсь совершенно искренне. — Я стану! Еще как стану!

— Ну ладно… — неискренне смиряется он. — Тогда справляйся одна с последним испытанием.

— Каким еще испытанием? — пугаюсь я.

— А ты думаешь, по щелчку в свой мир попадешь? — криво улыбается Аленка и гладит пухлым пальчиком лакированную поверхность черно-белых штиблетов в стиле двадцатых годов двадцатого века. — Тебе какую инструкцию дали?

— Дурацкую! — психую я. — Сказали, мы тебя спрячем, а дальше — сама! Типа, пользуйся своей силой…

— Тебя хорошо спрятали, — серьезно подтверждает фамильяр. — Оставили в том же дворце. Надеются, что искать тебя будут вне его. А это время. Но переправиться ты сможешь только сама. Между мирами могут путешествовать только Колдуньи и Великий Надзирающий. Ну… и их фамильяры…

— Как? — нетерпеливо спрашиваю я.

— Это знание мне почти недоступно… — вздыхает Франц, вернувшись к облику Хоттабыча. — Если бы я знал все подробности, мы с тобой давно были бы у тебя дома!

— Справился бы без меня, — понимающе вздыхаю я в ответ. — Что посоветуешь? И сколько у меня есть времени?

— У нас… — осторожно поправляет Франц. — Ты не сможешь переправиться, не выполнив клятву.

— Точно? — строго переспрашиваю я.

— Приблизительно… — увиливает он. — Я так думаю… Елена тоже только со мной переправлялась.

— Как ты вообще с ней связался? — удивляюсь я.

— Как? — пожимает он плечами. — Мечты… Желания… Запросы…

— Что ж ты за фамильяр такой? — грустно смеюсь я. — Ты должен жить мечтами и желаниями хозяина.

— Это пусть низшие так живут! — хмурится он и напоминает. — Чтобы спрятать тебя, два королевских офицера уже нарушили присягу! А сколько падет Великих Магов и Магических семей от кары Его Высокопревосходительства и Их Величеств! Они сейчас удерживают этот зал общим пологом тишины и обратной силы. Это делают несколько сотен Магов. А ты тратишь время на пустую болтовню!

— Да не знаю я, как это сделать! Меня никто этому не учил! — почти плачу я.

Действительно. Всё зря. И помощь Культа Непрощенных, и обман вновь обретенных родителей.

— А как это делала Елена? — спрашиваю я, с надеждой глядя на Франца. — Ты же только что намекал про "почти" знаешь.

— Это важное "почти"! — Франц смотрит на меня честными черными глазами. — Точно знаю, что с большим трудом. Она долго концентрировалась, возвращала себе какими-то неимоверными усилиями зеленый цвет глаз и смотрела в зеркало.

— Приехали! — психую я. — Где ж я это зеркало возьму?

Франц оглядывается по сторонам, будто за нами наблюдают сотни глаз, и вытаскивает из кармана халата небольшое серебряное зеркало.

— Офигеть! — громко возмущаюсь я. — Это я трачу время на пустую болтовню?!

— Елена тебе передала со словами «Бессмысленно всё, кроме любви», — говорит Франц.

Беру в руки старое мутное зеркало. Франц бросается к моим ногам и цепляется за правую ногу ручонками и ножками, как годовалый малыш.

— Я с Еленой так… передвигался, — умоляющим шепотом объясняет он.

— Черт с тобой! — соглашаюсь я дрожащим от страха и предвкушения голосом. — Может, отвалишься по дороге.

Неужели сейчас, посмотрев в это зеркало, я смогу вернуться домой… В мой мир… Мир, в котором я выросла. К Шурке, к Полинке, к Мымре Борисовне… Мама. Папа. Простите… Но ваше решение — не мое решение.

— Отрешись от всего, — советует Франц. — Не думай о прошлом, не думай о будущем. Помни только о том, куда и к кому тебе надо.

— Прости, папа… — бормочу я, чувствуя боль в сердце и горечь в горле. — Спасайте с Фиакром свою Империю сами.

— Это вряд ли… — торопит меня Франц, дергая за подол платья. — Империя теперь обречена — и черт с ней, как ты говоришь!

— Выкрутятся! — парирую я. — У них тут Магов, как собак нерезаных, пруд пруди.

— В твоем мире режут собак? — испуганно спрашивает Франц.

— Не то чтобы режут… — отвечаю я, не решаясь смотреть в зеркало. — Хотя… некоторые даже едят…

— Брр! — морщится Франц брезгливо. — Ну что ж… Идеальных миров не существует… Этот долго и достойно сражался за свое существование.

— Они тут все бессмертные! — напоминаю я. — Почти все… Или чертовы должгожители…

— Как и ты! — напоминает он.

— Вернусь домой — всё изменится, — уверена я. — В моем мире нет ни бессмертия, ни таких фантастических долгожителей.

Воздух вокруг как будто теряет прозрачность и опять дрожит, как речная вода, легкой рябью.

— Действуй! — снова торопит фамильяр. — Это защита Магов Культа Непрощенных дрожит под силой Решающего, Надзирающего и Их Величеств. Долго они не смогут удерживать этот зал.