Чтение онлайн

— Простите, милая Лунет, простите меня! — мужчина кажется таким виноватым, что на мгновение мне представляется, что он сейчас рухнет на свои колени и начнет целовать мои.

— Как можно меньше говорить, а побольше слушать, — вспоминаю я совет Генриетты Петровны и свято ему следую.

Я ничего не отвечаю на извинения господина, просто милостиво киваю.

— Вы напуганы! — восклицает мужчина. — Не бойтесь! В моем лице вы встретили самого верного и преданного защитника!

Хотелось бы знать, от кого. Но спрашивать до поры, до времени не буду. Защитник лучше, чем нападающий.

— Но почему ваш опекун не предупредил меня? — непонимание в голубых глазах мужчины довольно искреннее.

О! У меня и опекун есть? То есть, у этой самой Лунет.

Распахиваю глаза с горячим желанием продемонстрировать невинный и ничего не понимающий взгляд.

— Что вы! — тут же реагирует он на мой взгляд. — Я не обвиняю. Ни в коем случае! И даже понимаю, почему ваш опекун был так скрытен и взял такую скромную сумму! Просто сейчас неловко мне! Но я готов! По первому требованию! Нет! Я сам! Сам предложу вашему опекуну приличную доплату, достойную вашего статуса!

Известие о том, что я много стою в этом странном сне, не поднимает мою самооценку, а пугает по-настоящему. Я еще раз киваю. Мужчина воспринимает мой кивок как небесную милость и даже расправляет плечи.

— Позвольте проводить вас к столу, моя милая! — радостно выдыхает он.

Но я медлю в раздумьях, собеседник понимает мое бездействие по-своему.

— О боги! — всплескивает он руками. — Простите мою бестактность! Ваш Gardien! Хранитель Андрэ Бошар. Я предполагал, что буду Хранителем Обещанной… Но вы… О боги! Мой отец был бы счастлив! Как жаль, что он уже умер! Я, его сын, рожденный Хранителем для Дестинэ, становлюсь Хранителем Sorciere. Быть Хранителем для Promis — честь для нашей семьи, но для единственной на все миры Sorciere… Моя голова идет кругом! Вы же простите мою бестактность, милая Лунет!

— Давайте завтракать, — решаюсь предложить я, устав стоять.

На то, чтобы не качаться из стороны в сторону и не сгибаться от усталости, я трачу последние силы. Очень хочется получить опору под пятую точку.

— Прошу! — торжественно приглашает меня за стол Хранитель меня Андрэ Бошар. — Завтрак сегодня недурен!

За завтраком нам прислуживает только Нинон. Чтоб я так жила! Это не завтрак! Это званый ужин на десять персон. А персон только две: я и мой Хранитель.

Икра трех цветов: белая, черная, красная. Мясная нарезка, красно-розовая, сочная, аппетитная. Тарелка с сырами: от нежно-белого до темно-оранжевого. Свежеиспеченные булочки, несколько десятков то ли полублинов, то ли полу-оладьев.

Нинон наливает мне кофе, густой, черный-черный, потрясающе ароматный, пахнущий чем-то пикантным, вроде имбиря.

— Благодарю вас за честь, мне оказанную! — продолжает свой панегирик Андрэ (буду называть так). — Простите за пафос, но одно осознание того, что я единственный на все миры Хранитель Sorciere…

Мило улыбаюсь, такой же улыбкой поблагодарив Нинон за кусочек сыра с медом. Мерси Генриетте Петровне за столовый этикет!

— Удобно ли вам в вашей комнате, дорогая Лунет? — любезно интересуется Андрэ. — Не хотите ли вы что-нибудь в ней изменить?

Хотя я и не собираюсь задерживаться в этом костюмированном сне, предусмотрительно не спешу отказываться, кивая.

— Прекрасно! — Андрэ доволен моей реакцией. — Завтра же сообщите ваши пожелания Нинон. Она мне передаст.

Киваю.

— Первый ваш бал через два дня, — смакуя бекон, сообщает мне Андрэ. — Для подготовки катастрофически мало времени. Предлагаю его пропустить, сославшись на ваше легкое недомогание. А уж к балу у нашего короля Базиля, который будет через неделю, мы успеем подготовиться!

Киваю.

Меня, надеюсь, через несколько минут тут и не будет. Бал так бал. Как скажете, Хранитель!

— По закону я обязан поставить в известность короля о том, что у меня в доме находится Sorciere. А он известить императора. А уже тот — самого Решающего, — неторопливо рассуждает Андрэ, отдавая должное то ли блинам, то ли оладьям, на которые Нинон намазывает икру.

Ага! Получается, что Решающий узнает о моем появлении в его мире последним. Прикольно! Теперь мне любопытно, что именно он решает. И почему ему должны отдать Колдунью, за которую меня принимают все. Кстати, почему принимают сразу, сходу? И отчего все так радуются, узнав, что я Sorciere? Детектив, а не фэнтези!

— Королю я напишу сразу после завтрака, а вы, дорогая Лунет, отдыхайте, готовьтесь к балу в тишине и спокойствии, — тепло, по-отечески обращается ко мне Андрэ. — Вы же понимаете, что, кроме Нинон и меня, пока, до первого представления Решающему, никто не может ни видеть вас, ни общаться с вами?

Киваю.

— И вашему опекуну я напишу, не медля ни минуты! — горячо обещает Хранитель. — Он достоин высокой награды, этот удивительно скромный человек!

Киваю.

— Главные драгоценности привезут завтра, остальные доставят, когда будут готовы все наряды на бал короля, — как само собой разумеющееся, сообщает мне Андрэ. — Не скучайте, дорогая! И не волнуйтесь! Ваших институтских познаний должно вполне хватить для первого бала.

Киваю.

Моих институтских познаний? Прекрасно! Я тут еще и в институте учусь… или училась. Институте благородных Колдуний или потенциальных невест Решающего?

Мне катастрофически не хватает знаний об этом мире. Если бы перемещения существовали в реальности… Смешно получилось: нереальность в реальности! Так вот… Если бы перемещения существовали в реальности, то первой моей задачей должна была бы стать добыча информации.

Киваю для верности дважды. Пора бы и этому сну закончиться.

Далее завтрак проходит в тишине, слышны только легкий звон столовых приборов и звуки мягких движений Нинон вокруг стола.

— Дорогая Лунет! — проводив меня до моей комнаты, прижимается к моей руке губами Хранитель. — Ваша красота и скромность наполняют мое сердце гордостью! Та стойкость и то терпение, которое вы, по словам вашего опекуна, проявили во время обучения в институте, то усердие, которое вы продемонстрировали наставникам, восхитили меня еще до встречи с вами! Но теперь я нахожусь в состоянии полного восторга и благоговения! Вы, будучи Sorciere, обучались наравне с Promis! Это ли не сила духа? Это ли не истинное благородство? Это ли не пример для подражания?

Киваю, стиснув зубы.

Пока Нинон снимает с меня платье, заменяя его пеньюаром и шелковым халатом, прикидываю, как мне получить информацию от этой девушки, не выдав себя. Время идет, а сон не прекращается. Анекдот затягивается. Если бы это была очередная встреча с Фиакром и его бабами, еще куда ни шло! Но Хранитель, опекун и милая, но странная служанка на одну девятнадцатилетнюю Любу Тихомирову — это явный перебор!

— Госпожа Лунет! — Нинон собирается унести мое платье в соседнюю комнату. — Вам удобнее принять портниху до обеда или после?