Чтение онлайн

— Как в вашу комнату пробрался Жюлиан? — удивляется Нинон. — Кухарка его обыскалась! А ну, брысь!

Рыжий Жюлиан презрительно смотрит на Нинон и зевает еще раз.

— Ну, я тебе покажу! — Нинон наступает на кота.

Жюлиан, взглядом оценив расстояние от нее до себя, неожиданно ловко спрыгивает с туалетного столика и бросается под кровать.

— Сейчас я позову слуг, и этого проходимца вытащат из-под кровати! — верещит Нинон.

— Да пусть сидит, сам вылезет, — говорю я, ничего не соображая.

Где старик?

— Но… при кошке вы не сможете провести ритуал, госпожа! — растерянно отвечает служанка. — А через час придет портниха! Я принесу швабру!

Нинон, не дождавшись моего ответа и согласия, выбегает.

— Руку дай! Помоги! — дребезжащий старческий голос из-под кровати заставляет меня вздрогнуть.

Решившись, тяну за морщинистую ручку. Чихающий старец выползает на свет.

— Припадочная! — кратко, но емко характеризует Нинон маленький незнакомец.

— Где кот? — строго спрашиваю я. — Что вы с ним сделали?

— С Жюлианом? — фыркает старичок, натягивая спавшую с ноги туфлю. — Дрыхнет на кухне, а скорее всего, в кладовой на полке с колбасой! Тьфу! Полный рот волос кошачьих!

Старикашка начинает отплевываться, потом говорит мне:

— Сейчас эта полоумная вернется, выстави ее вон! Скажи, что сама кота выпустила из спальни! Пусть идет в кладовую и проверит! И чтобы час тебя не беспокоила!

— Зачем мне это делать? Вы кто? — упираю руки в боки. — Кто? И что сделали с котом? Сожрали?

— Скудоумие — женская черта, достойная воспевания! — гневно отвечает старичок, источая сарказм.

Стук в дверь.

— Не входи! Мешаешь! — громко и строго кричу я. — Выпустила я вашего кота! Дай отдохнуть!

— Прошу прощения! Умоляю не гневаться! — лепечет за дверью Нинон.

Звуки быстрых удаляющихся шагов скоро смолкают.

— Ну?! — грозно спрашиваю я, не меняя позы.

Старичок копирует ее, раскорячившись напротив.

— Кто вы?! — настаиваю я.

— Тебе решать! — снова грубит он. — Сама призвала, теперь хамит!

— Кого я призвала? — невольно смеюсь я. — Я не военкомат!

— Последнего слова не понял! — сердится старичок. — Призван, как положено, горячим призывом Хозяйки!

— Я никого не призывала! — нервно спорю я. — Где кот?

— А кто призывал вот так? — старик вытягивает губы и насвистывает романс.

Я подпеваю мычанием:

В часы одинокие ночи

Люблю я, усталый, прилечь -

Я вижу печальные очи,

Я слышу веселую речь.

— Вот! Это и есть призыв! — ворчит старичок. — Что скажешь, Хозяйка?

— Хозяйка? — поражаюсь я. — Чья? Ваша?

Старичок досадливо морщится, словно ему неприятна сама мысль о возможности иметь Хозяина, но всё-таки отвечает:

— Именно!

— Вы Фамильяр?! — осознание кипятком ошпаривает мой мозг. — Настоящий?

— Естественно! — небрежно и недовольно отвечает старичок. — Зачем призывала? Чего хочешь?

— Я вас не призывала! Я этого даже не умею делать! — возмущенно сопротивляюсь я. — Я сплю сейчас, а вы мне снитесь. Заметьте! Я вас на «вы» называю, а вы…

— Фамильярничаю? — усмехается он, потирая маленькие ручонки. — Так на то я и Фамильяр!

— Поди высший? — устало спрашиваю я, временно смиряясь с ситуацией.

— Да куда там! Высший… Нет. Так. Скромнее гораздо! — сетует старичок, махнув на меня сморщенной ладошкой.

— И что вы можете для меня сделать? — интересуюсь я. — Польза от вас какая?

— Почти любая! — хвастливо отвечает он. — Например, с ритуалом, который ты не знаешь, как провести!

— А ты знаешь? — решаю и я перейти на «ты». — Докажи!

— Да легко! — фыркает он. — Тебе, как Sorciere, надо поменять цвет глаз, верно?

А! Теперь понятно, почему все так удивленно смотрели на меня! Зеленые глаза! Поэтому они и считают меня Колдуньей!

Вспоминаю всех, кого видела в этом многосерийном сне. Ни у кого не было зеленых глаз. Даже в их храме-соборе, где должно было состояться венчание Фиакра и Селестины, среди нескольких десятков людей я не видела ни одного зеленоглазого.

Хорошо. Пусть так. Стало чуть-чуть понятнее. Для этих людей зеленоглазая женщина — единственная на все миры Колдунья. Мило! Некстати вспоминаю, что Мымра Борисовна тоже зеленоглазая и прыскаю от смеха. Вот кто Колдунья так Колдунья!

— А ты можешь поменять цвет моих глаз? — подначиваю я нахального старичка.

— Почему я? — хитро улыбается он. — Ты сама это сделаешь. Я просто расскажу, как.

— Это точно надо сделать? — сомневаюсь я.

— Не обязательно, — беспечно пожимает он худыми плечиками. — Если не боишься смерти, можешь и не менять.

— Смерти? — мне кажется, что я ослышалась. — Почему смерти?

— Живая Колдунья, заметь, последняя Колдунья, нужна только Решающему, королю и императору и всему этому миру, — зевая, отвечает Фамильяр и, услышав мой облегченный выдох, ехидно говорит. — Кроме… всех Обещанных, их опекунов, второго королевского Хранителя Лефевра и пары тысяч фанатов культа Непрощенных.

— Как это? — по-настоящему пугаюсь я, что за хреновый сон у меня получается.

— Слушай! — заинтересованно смотрит на меня Фамильяр. — А ты меня в свой мир пригласишь? Когда возвращаться будешь?

Его вопросы настраивают меня на оптимистичный лад. Если сам Фамильяр догадался, что я не отсюда и могу вернуться домой, у меня есть шанс. Хотя бы проснуться…

— А я вернусь? — с надеждой спрашиваю я старичка. — Ты уверен?

— Ничего невозможного не бывает, — лениво пожимает он плечами. — Захочешь — вернешься. Даже рекомендую. Тут неуютно. Не зря же все ваши сгинули.

— Сгинули? — нервничаю я. — Почему?

— Так их Непрощенные извели! — недоуменно, как умственно отсталой, говорит мне Фамильяр.

— За что? — не понимаю я.

— Точно чужая, — устало вздыхает старик, потирая глазки кулачками. — Приляжем?

И первым оказывается на моей кровати. Осторожно ложусь рядом.

— Сейчас я покажу тебе, что делать с лепестками, — дружелюбно предлагает Фамильяр. — Ты пообещаешь от меня не отказываться, если что, и я расскажу тебе про все заморочки этого мира. А ты, глядя в зеркало, пообещаешь мне взять меня с собой в свой мир, если что…