Чтение онлайн

— Ты сама нежность. Я наконец-то нашел ту, которую давно искал. Он содрогнулся. — Взгляни на меня, Нинель.

Нина с трудом ухитрилась выбраться из новых дивных переживаний, усилием воли заставив веки подняться, она взглянула в потемневшие серые глаза. И в это мгновение Олег вонзился в нее с силой, вырвавшей слабый крик из горла девушки, вынудившей судорожно дернуться от нестерпимой боли. Олег с очевидной чудовищной ясностью понял, что только сейчас лишил ее невинности, и застыл от неожиданности, прикрыв глаза. Напрягая руки и плечи, он продолжал, однако, оставаться в ней спокойный, недвижимый.

— Как?.. — ошеломленно пробормотал он, немного придя в себя.

Нина, неверно истолковав вопрос как очередной упрек своей неопытности и застенчивости, вздрогнула и поморщилась:

— Вот так, — ровно сказала она. — Не нашлось того, с кем бы мне хотелось сделать это раньше. Этот прямолинейный ответ заставил Олега распахнуть глаза, и в них Нина не увидела ни отторжения, ни скуки.

— Но как ты могла скрыть такое от меня? Мне очень жаль, если я сделал тебе больно.

— Мне двадцать, — напомнила она, переждав пока боль стихнет. — И ты видел Сережу. Ты все равно не поверил бы. А вообще я надеялась, что ты не заметишь, но ты оказался опытным, а все это неприятнее, чем я ожидала.

— Дура, — прошептал он и принялся целовать ее лоб, глаза, нос, осыпал поцелуями щеки, а когда пришло окончательное понимание, почему она перед ним вчера так по-детски спасовала, Олег потерял голову.

— Дура… — простонал он, водя ладонями по ее лицу, щекам и шее, зарываясь пальцами в ее волосы, вновь прижимаясь губами к лихорадочно горящему рту.

— Ты точно дура… — бормотал он, крепко ее стискивая и словно пытаясь защитить от всего мира своим телом.

Погладив колючую щеку, Нина ответила с нежной, воспарившей улыбкой. — Чем возмущаться, лучше делай что следует. Только делай это зная, что до тебя я словно дремала, а не жила.

И эти откровенные слова заставили его застонать. Олег припал к губам Нины в исступленном поцелуе и с бесконечной осторожностью начал двигаться, то почти полностью выходя из нее, то медленно вжимаясь, и волнение утраивалось от глухих стонов восторга и ее прикосновения к пояснице. Совершая глубокие ритмичные движения, он, с неверным вздохом ощутил, что Нинель наконец-то начинает попадать в такт. С сердцем, заколотившимся от захлестнувшей его нежности, Олег нырнул глубже.

Быстрые волны пронзительного желания прокатывались по ее телу, и теперь Нина двигалась вместе с ним, бездумно стремясь к тому, что Олег хотел ей подарить, незаметно увеличивая темп возбуждающих настойчивых выпадов, опьяняя ее, и Нина окончательно обезумев, в какой-то момент беспорядочно забилась под ним. Она чувствовала на щеке его быстрое глубокое дыхание, ее ногти все глубже впивались в спину, пока сокрытое глубоко внутри, не вырвалось таким бешеным взрывом острейшего наслаждения, что все тело сотрясалось от нахлынувших один за другим импульсов. Олег с колотящимся сердцем дождался, пока Нина утихнет и схватив ее в объятья и прижав к себе, погрузил пальцы в копну рыжих волос. Самозабвенно целуя Нину он бросился вперед, не в силах больше сдерживать мощь ударов, пока не сделал еще один, последний толчок и обмяк, излившись в нее.

Сумасшедший неутолимый голод этого поцелуя, то, что происходило с ней, подтолкнуло Нину прижать Олега к себе еще сильнее и застонать от невыразимого блаженства.

С бешено бьющимся сердцем Нина, не разнимая рук, вместе с ним перекатилась на бок, по-прежнему прижимая его голову к груди, чувствуя, что Олег продолжает обнимать ее.

— Ты хотя бы осознаешь, — неровным голосом пробормотал он, чуть касаясь губами ее шеи, — что делаешь со мной?

Нина не ответила, ибо реальность того, что сейчас произошло, начала медленно проникать сквозь чувственный туман, а она сопротивлялась этому. Пока сопротивлялась. Просто удивительно как за пять дней их знакомства, она смогла пройти этот путь до конца. Просто удивительно как она смогла извлечь столько удовольствия от секса с этим, по сути, посторонним.

Тени спальни постепенно обретали форму; ветер стукнул о подоконник, отчего по нему хаотично разлетелись снежинки и Нина зажмурилась, стараясь сосредоточиться на той восхитительной нежности, которую Олег дарил ей, продолжая гладить по щеке, чуть щекоча большим пальцем кожу.

Странно, но молчаливой ласки ей казалось недостаточно, Нина в тот момент желала лишь одного — чтобы он сказал «Я люблю тебя» или снова заговорил тем же хриплым и сбивчивым голосом: «Ты точно…»

И словно вняв ее желанию, Олег заговорил, но произнес совсем не то, что она желала услышать всей душой. Сдержанно и ровно он поинтересовался:

— Хочешь, чтобы я что-нибудь купил?

Она потрясла головой и со второй попытки смогла выдавить:

— Нет.

— Я готов, если хочешь.

— Нет.

— Ты слишком хороша, чтобы не вознаградить.

Слезы выступили у нее на глазах, спазм возмущения перехватил горло, она повернулась на другой бок, пытаясь высвободится из его рук, но он быстро схватил ее, прижавшись к ней всей грудью. «Хочешь, чтобы я что-нибудь купил?», тоскливо думала Нина, слишком мало напоминает «Я люблю тебя».

Олег знал это, как и знал, что безумием было бы даже подумать сказать подобное кому — либо кроме той, единственной. Той, бывшей. «Прямо сейчас, уже да… свободен», — подбодрил он себя, а перед его мысленным взором возник образ женщины, на которой он когда-то был женат. Он не видел никакой проблемы в том, что отодвинув на второй план воспоминания о ней занимался любовью с Ниной, поскольку действительно освободился от груза прошлого, хотя сила, с которой сейчас рвались из груди чувства, оглушила его и доставляла дискомфорт.

В этот миг Олегу пришло в голову, что даже если бы Нина обиделась, все равно не смог бы рта раскрыть. Лицо первой жены Марины, гордое и красивое, в обрамлении золотисто-рыжих волос, стояло перед ним. В постели Марина была страстной и неутомимой. Она сама, улыбаясь ему в глаза, признавалась низким насмешливым голосом: «Ты красавчик, Олег, к тому же в тебе много мужской энергии. Были бы деньги, сама тебя содержала, обувала и кормила, лишь бы ты только был мой. Только мой». А расплачиваться за секс, приучила его Ира.

Глядя на пламя светильника, Олег лениво гадал, почему ему так сложно от того, что он не может взять под контроль свои чувства к Нине, а про Иру, вторую жену, он вспоминать не захотел.

— Наши отношения завязались не по моей воле. Но я по своей воле нахожусь в этой комнате. Потому что… ты мне нравишься, — нервно пробормотала Нина.

— А бедным я бы тебе нравился?

— Ты мне нравишься такой какой ты есть, с деньгами.

— О, боже, — лениво сказал он, а затем закатил глаза, перестав искать в женских поступках логику.

— Можешь и дальше надо мной язвить. Сколько влезет. Нина заерзала в его руках, пытаясь высвободиться.

— Не сердись, — уговаривал он. — Сама ты пока не можешь и я расскажу тебе вместо тебя. Ты не можешь, а я скажу, что ты любишь не за деньги, а потому что я талантливый. Я гений.

Она отчего-то вздрогнула. Тем временем Олег потянулся к брюкам, зажег и дал ей сигарету. Потом приблизил свои губы к ее, и тихо-тихо вдохнул вишневый дым.

— Я не потерплю, если ты будешь обращаться со мной как с безмозглой куклой, подкупая меня украшениями.