Чтение онлайн

очень быстро оправился от шока, но теперь на его лице явно читался испуг и недоверие.

– Что мы делаем?
– отчаянным шепотом спросил Тим.

– Уходим отсюда, - коротко бросила я, чувствуя, как его сухая и холодная ладонь подрагивает

в моей руке.

Джеймс шел впереди, выглядывая из-за углов и выбирая самый удобный путь. Теперь, когда

Тим был рядом со мной, я чувствовала, как буря в моей душе сходит на нет. Петляя по

коридорам и слыша раскаты грома за окном, я четко осознала, что должна делать дальше. Все

это было реально. Мы действительно близки к выходу, и лишь осознание данного факта

заставляет меня стать холодной и расчетливой. Я чувствую каждой клеточкой своего тела, что принятое мною решение — правильное. Вот только не все с этим согласятся.

– Сейчас будет жарко, - предупредил Джеймс, в очередной раз выглянув из-за угла. –

Надеюсь, ты готова, воробушек?

Он обернулся ко мне ради того, чтобы подбодрить улыбкой. Я натянуто улыбнулась в ответ.

Тим, стоящий рядом со мной, сильнее сжал мою ладонь. Я не помнила этой части лечебницы, но Джеймс, видимо, хорошо ее знал. Он вступил в неяркий свет едва горящих ламп, и я тут

же услышала чьи-то быстрые шаги. Спустя мгновение вся лечебница содрогнулась в

пронзительном вое сирены, оповещавшей о побеге. Я выпустила руку Тима, так как

пришлось заткнуть уши, чтобы не оглохнуть.

На Джеймса напало двое санитаров, которые сторожили длинный, едва освещаемый,

коридор, в конце которого была какая-то дверь. Джеймс быстро вступил в схватку, но, несмотря на обезумевших от ярости санитаров, он смог вывернуться из-под очередного удара

и крикнуть мне во все горло:

– Дверь!

Я моментально поняла, чего Джеймс добивался. Сжав в руке связку ключей, я свободной

рукой схватилась за рубашку Тима, и потащила его за собой. Мой друг не стал медлить, и на

удивление быстро пробежал через весь коридор, а затем стал дергать за ручку. Конечно же, дверь была заперта.

Стараясь не обращать внимания на громкие звуки ударов и вскриков, которые, казалось бы, могли перекрыть завывание сирены, я стала лихорадочно искать нужный ключ. Ни один из

ключей в связке не подходил. Я вспомнила, что когда-то Джеймс сам сказал мне, что в таких

связках нет ключа от парадной двери. Мы были в ловушке. Неужели все вот так и

закончится?

Я с ужасом обернулась к Тиму. Джеймс и я с самого начала были покойниками, но теперь я

обрекла на муки и своего лучшего друга. Черт побери, как я только могла поверить, что мне

удастся вытащить его из лечебницы? Ведь отсюда нет выхода!

– Отойди, - приказал Тим неожиданно жестким голосом.

Странно, но на его лице больше не осталось и тени замешательства, страха или

неуверенности. Впервые в жизни я увидела, как он перестал дрожать и будто превратился в

какого-то совершенно незнакомого мне человека. Уверенного. Сильного. Решительного.

Пока Джеймс мерился с силами с новыми, только что подоспевшими санитарами и чуть ли

не танцевал на телах тех, кого уже успел отправить в нокаут, Тим метнулся к массивному

письменному столу, за которым, наверное, обычно сидел дежурный. Я никогда не думала, что

в таком худощавом и измотанном парне может оказаться такая сила. Тим схватил тяжелый

деревянный стул, который, наверное, был вдвое тяжелее меня, и с размаху обрушил его на

дверь, едва я отскочила в сторону. Грохот стоял оглушительный.

Джеймс понял замысел моего друга, и, несмотря на новые травмы, он все же продолжал

задерживать сразу троих санитаров. Время убегало от нас, словно мы были стаей чертей. Я

знала, что с минуты на минуту здесь окажется целое войско санитаров, и тогда даже Джеймсу

не справиться с ними. Мы так же близки к гибели, как и к свободе.

Тим тоже понимал это.

Несмотря на то, что металлическая дверь казалась довольно устрашающей, на деле она

оказалась не такой уж и прочной. Тим снова поднял кресло, и на этот раз оно чуть не

разлетелось в щепки, но и дверь заметно пострадала.

Еще два удара, и путь был открыт. Покореженная дверь едва висела на одной петле.

Перед нами оказался еще один коридор. Гораздо длинее предыдущего, с резким поворотом в

непроглядную тьму в самом конце. Коридор был завален какими-то ящиками, и я быстро

поняла, что это, возможно, служебный выход, через который в лечебницу доставляли еду или

еще что-то важное. Тим схватил меня за руку и дернул внутрь. Спустя секунду к нам

присоединился Джеймс. Он выглядел изрядно потрепанным, но очень довольным.

– А ты не так уж и бесполезен, - хлопнув Тима по спине, одобрительно проговорил Джеймс.

Тим оставил эти слова без внимания.

Мы влетели в коридор. Неожиданно я остановилась, выдернув руку из хватки Тима. Джеймс

тоже замер, и мы все посмотрели на слетевшую с петель дверь. Она едва держалась в

вертикальном положении, но это была единственная преграда на пути у подступающих

санитаров. Не сговариваясь, мы стали подпирать дверь тяжелыми ящиками и мешками с

крупами. Это, конечно, нас не спасет, но, по крайней мере, задержит наших преследователей.

– Откуда ты узнал, куда нужно идти?
– спросил Тим у Джеймса, немного задыхаясь от

нагрузки.

Джеймс привалил здоровенный мешок к большому деревянному ящику и выпрямился. Он

посмотрел на груду всякой всячины, которую мы навалили под дверь, и удовлетворенно

кивнул.

– Нужно уходить, - проговорил он так, будто Тим и не задавал ему никаких вопросов.

Озборн сделал несколько шагов в сторону, но тут случилось нечто, чего я не ожидала. Тим

схватил Джеймса за вороты рубашки и впечатал в стену. Удивительно, но эти двое были

почти одного роста.

– Что ты делаешь?
– крикнула я, слыша, как в коридоре, за забаррикадированной дверью, уже