Чтение онлайн

Молчание. Мне придется спровоцировать его. Итан патологически ревнив, и я знаю, что это несложно.

— Как давно ты знаешь, что я в Нью-Йорке? Дни? Недели? Месяцы? Ты был здесь в то утро, когда я трахалась с Дереком? Видел его в моей постели?

Если он здесь, он долго не выдержит.

— Дерек лучше тебя во всем. И я говорю не только о сексе. Он добрый и заботливый, а ты – извращенный садист, который получает удовольствие от избиения женщин. Ходят слухи, ты убил нескольких. Думаешь, это делает тебя сильнее? Нет. Ты – самый слабый мужчина, которого я знаю.

Старые напольные часы начинают отбивать время – самый зловещий звук, который я когда-либо слышала. Скрип старых половиц заставляет вздрогнуть. Паника сдавливает грудь, я резко поворачиваюсь на звук.

Итан стоит, прислонившись к дверному косяку подсобки.

— Привет, Джиа.

Окидываю его взглядом. Итан всегда был хорошо сложен, но сейчас… я никогда не видела его таким неопрятным. Волосы в беспорядке, глаза темные, дикие, запавшие, лицо покрывает трехдневная щетина. Его вид заставляет усомниться в решении противостоять ему. Он выглядит как сумасшедший – и я действительно не представляю, на что он способен.

Мой инстинкт «бей или беги» грозит взять верх. Драка – единственный вариант, если хочу, чтобы всё это закончилось. Ради этого я сюда и пришла. Расправляю плечи, не желая показать ни капли страха.

— Итак, когда ты узнал, что я в Нью-Йорке?

— Я всегда знал, где ты, Джиа. Признаю, потерял тебя на день или два, но следил за тобой с тех пор, как ты переехала сюда, — он указывает на пространство вокруг себя и с отвращением морщится, глядя на потертый диван. — Не думал, что ты вернешься в трущобы.

Итан делает шаг вперед.

— Да, ну, у меня не было особого выбора. Может, это и не Ritz[71], но мне нравится, — отвечаю, отступая назад и не сводя с него глаз.

— Ты доказала свою находчивость, отдаю должное. Даже использовала свою пизду, чтобы заманить нового мужчину – как будто он мог заменить меня, — говорит он пугающе спокойным голосом. — Я уже давно знаю про этого Дерека-мудака. И да, я был здесь в тот день, когда ты раздвинула перед ним ноги, как шлюха. Хотел вернуть тебя себе, туда, где тебе самое место, но теперь уже нет – после того, как ты позволила ему использовать тебя. Слышал, как ты кончала с ним, как выкрикивала его имя. Смотрел, как ты отсасывала ему, — он указывает за спину. — Сидел за баком с горячей водой. Ты всегда хорошо делала минет.

Хотя я подозревала, что он был здесь, никогда не подумала проверить подсобку. Желудок скручивает от непреодолимого желания вырвать. Не хочу думать, что он запятнал то, что у меня было с Дереком. То, что произошло между нами, было чистым, особенным, настоящим.

— Ты больной ублюдок! — выплевываю.

— «Ибо из сердца исходят злые помыслы, убийства, прелюбодеяния, любодеяния, кражи, лжесвидетельства, хуления»[72], — он качает головой и цокает языком. — Твоя дерзость – отчасти моя вина. Мне следовало бы научить тебя Слову Божьему, и, возможно, нас бы сейчас здесь не было.

Моргаю, не понимая, о чем он говорит, но уверена: это связано с тем ужасом, о котором рассказывал Дерек.

— Ты сумасшедший.

Итан делает еще один шаг в мою сторону – теперь он всего в нескольких футах от меня. Поднимаю руки в защитной позиции, и он смеется.

— Что это? Обмотала руки? Мы уже проходили это, Джиа. Ты ничему не научилась? Ты не можешь драться со мной.

— О, нет?

В стремительном движении, которое он не замечает, ладонь моей левой руки врезается ему в нос. Почти одновременно правой бью его по рту. Он отшатывается, подносит руку к губам. Когда отдергивает ее, на кончике пальца блестит кровь. Внутренне улыбаюсь – разбитая губа, несомненно, результат самодельного кастета - колец на моих пальцах. Но даже это не кажется достаточной местью за все те разы, когда он делал со мной то же самое.

— Ты за это заплатишь, — шипит он.

— Нет, Итан, не заплачу.

— Ты действительно хочешь играть в эту игру? Ты знаешь, чем всё закончится.

— Знаю. И это не закончится для тебя ничем хорошим. Я знаю всё о Синтии. О ФБР. О твоем маленьком мазохистском логове. О женщинах, которых ты убил. Как думаешь, сколько лет ты получишь за все эти злодеяния?

— У меня есть алиби. У них на меня ничего нет.

Внутренне я дрожу при мысли, что он может остаться на свободе. Но не могу позволить ему это увидеть. Мне нужно держать его в напряжении. Заставить говорить. Отвлечь.

— Я бы не была так уверена. Ты всегда умел выпутываться из любой ситуации, но не думаю, что твое обаяние поможет тебе в этот раз. Может, поэтому ты здесь? Я – последняя зацепка, которую нужно ликвидировать? Уверяю тебя, Итан: я не помогу ФБР. Меня шокировала твоя тайная жизнь. Мне нечего им рассказать. Судя по всему, я даже не знаю, кто ты. Какой смысл пытаться заткнуть мне рот?

— Заткнуть тебя – то, что мне следовало сделать давным-давно.

Он бросается на меня, но я успеваю уклониться и он пролетает мимо. Разворачиваюсь и наблюдаю, как он пытается восстановить равновесие.

— Видишь ли, вот в чем дело, Итан. Ты всегда меня недооценивал. На самом деле, ты недооценивал женщин в целом. У тебя, возможно, есть дружки в полиции, но ты ничего не знаешь о женщинах и их инстинктах выживания. Возможно, Синтия поняла это раньше меня, но это не значит, что в конце концов я не разобралась во всем. Даже если тебе удастся выйти сухим из воды в этом расследовании убийств, которое ведет ФБР – а я в этом сомневаюсь – у меня есть другие способы себя защитить. Я больше не собираюсь бегать и прятаться от тебя. Я написала три письма, два из них уже у Почтовой службы Соединенных Штатов. На самом деле, я опустила их в ящик по дороге сюда. Если со мной что-то случится, получатели этих писем передадут их окружному прокурору. Даже если ты убьешь меня, правда о том, что ты со мной сделал, всё равно выйдет наружу.

— У тебя нет никаких доказательств. Эти никчемные письма – просто твое слово против моего.

— И еще показания нескольких врачей. У меня есть медицинские записи за ту ночь, когда у меня случился выкидыш. А еще – результаты теста на изнасилование после той ночи, когда я тебя бросила, — с удовлетворением наблюдаю, как его лицо искажается от гнева. — Верно, Итан. После того, как ты вышвырнул меня из отеля, Тедди отвез меня в круглосуточный центр неотложной помощи. Я заплатила наличными, зарегистрировалась под другим именем, и, должна сказать, они были очень внимательны. Сделали рентген. Врачи были потрясены следами старых травм, которые так и не зажили.

— Я бы узнал, если бы ты пошла в больницу. Ты блефуешь, — говорит он, губы искажаются в угрожающей усмешке. — Тогда я просто убью тебя.

Он делает шаг вперед. Я отступаю и качаю головой.

— Нет, это не блеф. А еще есть фотографии, которые сделал врач. Синяки на моей шее… — замолкаю, позволяя словам повиснуть в воздухе. — Это будет неопровержимым доказательством. К тому же, благодаря Синтии у ФБР уже куча информации на тебя. Это просто мой маленький вклад.

Слышу, как от злости у него щелкает челюсть, слежу за его кулаками. Он сжимает и разжимает ладонь – верный знак, что он готовится напасть.