Чтение онлайн

Отойдя уже подальше от стола синих, Верба проводила Элен взглядом, а после осмотрела свой стол и тяжело вздохнула. Тут сидели дети лет десяти — двенадцати, не старше. Все они о чем-то весело разговаривали, в то же время, поедая вкусности.

Верба еще раз разглядела всю еду. Тут было все: говядина, запеченная курица, утка, картошка, гречка, рис, тушенные овощи, разные свежие овощи и напитки. Заметив, что все уже налаживают себе полные тарелки, Верба взяла себе запеченную курицу, картошку, тушеные овощи и обычную воду.

— С овощами осторожнее, — вдруг услышала девушка. Она обернулась и заметила, что с ней заговорила маленькая девочка. С виду ей было не более десяти, но, помня слова директора о возрастном ограничении в академии, засомневалась.

— Духи не умеют готовить тушеные овощи, — продолжила девочка.

— Мне все равно, — отозвалась Верба, чуть не добавив, что в лесу случалось есть и похуже, но вовремя сдержалась.

— Меня зовут Роза, — девочка решила не сдаваться.

Девушка ничего не ответила. Она не желала ни с кем здесь знакомиться, а тем более с младшими учениками.

— Ты завтра будешь на уроках? У нас будут боевые искусства весь день. Говорят, ты хорошо дерешься, правда?

Верба не ответила, но все же улыбнулась. Вдруг в ней проснулся интерес, что от нее этой девочке нужно было.

— Зачем спрашиваешь?

— Научи и меня драться, — неожиданно выпалила Роза.

От таких внезапных слов Верба поперхнулась. Ей не приходилось слышать подобного от таких маленьких детей. Она не ожидала, что девочка, которая даже вилку держала неуверенно, сможет когда-то драться.

— Просто Лео только мальчишек учит, — объяснила девочка, увидев, что Верба не спешит с ответом.

— Я никого не учу, — резко ответила Верба, веря, что этих слов вполне достаточно. Ей не хотелось никого учить, а тем более маленьких детей.

Чтоб показать, что разговор окончен, Верба перевела взгляд на остальные столы. Элен раздраженно сидела среди своих новоиспеченных однокурсников и ковыряла еду. Наверное, в нее уже кусок в горло не лез. За самым первым столом сидели чересчур угрюмые ученики по сравнению с остальными. Они только тихо перешептывались и свысока поглядывали на остальных. Среди них Верба даже узнала троих: двоих мальчишек, которых видела в коридоре, и Самиру. Девчонка даже мысленно порадовалась, что тогда они с Элен сели не туда. За вторым столом никто знакомым не был, за исключением того гордого парня, который требовал от них пересесть.

В зал все еще заходили ученики, но уже в меньшем количестве. К их столу подходили только три-пять человек из ста и все маленькие дети, кроме одного.

Верба подумала, он просто ошибся, но тот уверенно зашагал к их столу, а сзади была одета желтая накидка. Девушка мысленно обрадовалась, что она не одна была такой глупой, но также подумала, что коль он такой тупой, то, может, не следовало бы особо радоваться.

Мальчишка уселся прямо перед ней, а возле него тут же образовалась толпа из мальчиков. Все они кричали:

— Лео, чур я первые!

— Поздно, он сказал, что научит меня!

Вербу удивило столь бурное внимание окружающих. Мальчишка спокойно сидел, будто не обращал на все вопли вокруг внимания. Он медленно налаживал себе в тарелку всякую всячину и изредка улыбался. Вербе даже почудилось, будто он в невидимой пробирке сидел.

Внезапно прозвучал звон колокол, и малышей как ветром сдуло. Все вокруг притихли. Верба проследила за их взглядами и увидела сидящего за тем самым роковым стулом, который она встретила в переходе.

Арлеина была в своем неизменном черном наряде. Даже колпак не забыла. Она встала и спокойно сказала, но слышно было прекрасно на всю залу:

— Добрый вечер. Я хочу вас всех познакомить с двумя новыми ученицами: Моникой Картэр и Элен Вертридой. Да прославят они нашу академию!

Верба мысленно прокляла директора. Большего на свете позора ей не приходилось испытывать. Все взоры учеников обратились к ним, хоть никто понятия не имел, как именно кого звали. Они лишь заметили новые лица. Внезапно Верба почувствовала резкий прилив злости. Она не понимала, для чего это сделала директор. Этим словами она только доказала, что Вербе не посильно ничего выше желтого уровня. Верба заверила себя, что этими словами директор хотела унизить ее, приструнить. Но девушка никогда не позволяла такого обращения с собой.

Верба резко встала и вышла из-за стола. Все еще прибывая в гневе, она вышла к площадке, откуда было видно все четыре стола. Она хотела как-то возместить ущерб, нанесенный ей. Она не хотела, чтобы все думали, что если она на желтом уровне, она слаба.

— Ignis, — заклинание было выпалено в резком порыве злости.

Все вкусности, которыми были покрыты столы, внезапно полыхнули пламенем. Все ученики, в особенности младшие, привстали. Арлеина встала и плавным движением рук потушила огонь. Верба заметила дрожь в пальцах, который был последствием злости. Но директор тут же сделала переход, очутившись возле девушки.

— Ты что творишь? — скрипя зубами, спросила Арлеина.

— Вы знали, кого берете в академию, — злостно ответила Верба. — Пожинайте плоды.

— Неблагодарная девчонка, — возмутилась директор. — Тебе дали крышу над головой, накормили, дали обещание обучить.

— И унизили, предоставив желтую накидку, — возмутилась Верба. — Я не просила ничего из того, что вы сказали. Зачем я вам? Зачем со своим никчемным уровнем?

— Ты всегда была вспыльчивой, но начинаешь переходить границы. Я научу тебя быть благодарной, — говорила Арлеина, а голос ее от гневного переходил в серьезный. — За твое непослушание ты будешь наказана. Сегодня ты убираешь все тарелки, все приборы вместо духов. Научим сначала проявления уважения к бездушным существам, а после поговорим и за колдунов. Не выполнишь — отберу нож. Если кто-то попытается ей помочь, — Арлеина обернулась к остальным ученикам, — завтра проделает такую же работу.

Верба чуть ли не захлебнулась от порыва возмущения.

— Лучше было б сдаться страже. Меньше бы позора пережила, — огрызнулась девчонка.

На ее слова Арлеина еще больше выровнялась, удовлетворенная нанесенным уроком. Не ожидая больше ничего, она покинула зал.

Только сейчас Верба заметила, что все взгляды были обращены в ее сторону. Все смотрели на нее, как на шута, который выступал в бродячих театрах. Внезапно она поймала взгляд парня с черного стола. Это был тот самый, что дрался с Марианом. В его взгляде Верба почувствовала некоторое понимание и согласие. Но девушка тут же отвернулась, посчитав свои идеи последствием перепалки с директором. Чтобы отозвать от себя ненужное внимание, Верба решила вернуться за свой стол и уткнуться носом в тарелку, раздумывая, как быстрее всего все убрать, но утешительных вариантов не находила. Она не готова была расставаться со своим ножом, поэтому не видела другого варианта, как повиноваться. Порыв гнева прошел, и Верба уже сильно жалела о содеянном. Она считала правильным, что заступилась за собственную честь, но сильно себя винила, что в итоге получила еще большее унижение.

Скоро ученики стали покидать зал, напоследок глядя на Вербу. Она не понимала, что они собирались в ней увидеть, но она заметила, что кто-то смотрел с сожалением, а кто-то с насмешкой. Но все они не вызывали у Вербы уважения: первые были слабыми, вторые — гордыми.

— Я тебе помогу, — сказала Элен, на что девушка привела аргументы того, что не хочет, чтобы ее сестра завтра тоже подвергалась такому же наказанию. Еще некоторое время Элен возмущалась, но позже все же покинула зал, напоследок пожелав удачи и легкости в работе.