Чтение онлайн

На Западе, где царила атмосфера упадка и хаоса, весьма выгодная папам, после Валентиниана III один эфемерный правитель сменял другого. За два десятилетия их набралось девять. По-видимому, шестеро из них были убиты: в том числе, в августе 461 г. на реке Ире Майориан и 11 июля 472 г. в Риме Антемий, каждый после неполных четырех лет правления. Казни и отравления стали обычным делом. Все было в руках военачальника и «крестного отца» императоров Рицимера, который, будучи более могущественным чем Стилихон и даже Аэций, подготовил почву для германского господства в Италии. Сам он был арианином, отпрыском князя свевов и дочери вестготского короля Валлии, и поэтому не мог претендовать на трон. После того как последний из эфемерных западно-римских императоров, четырнадцатилетний Ромул Августул, в 476 г, был низложен Одоакром и ему было определено денежное содержание, Одоакр стал первым германским королем Италии (476-493 гг.) и правил всей страной. Он происходил из германского племени скиров, его отец Эдекон занимал высокое положение в армии Аттилы. Вопрос о том, насколько его власть признавалась Византией, остается открытым. Отца малолетнего императора Ромула Ореста, который некогда был секретарем у Аттилы, а также Павла, брата Ореста, Одоакр убил, соответственно, 28 августа и 4 сентября. Бежавший в 475 г. император Юлий Непот еще четыре года сопротивлялся в Далмации, пока не был в мае 480 г. убит в своем имении, в окрестностях города Салоны. Западная Римская империя кончилась, она пала, как писал Эдвард Гиббон/ Edward Gibbon в своем монументальном труде «Закат и падение Римской империи», в результате «триумфа религии и варварства»50.

Правопреемником Империи стала Византия. Скрытый конфликт между западной и восточной частями Империи с течением времени постоянно обострялся, а старая папская тактика использования западных правителей против восточных после смерти Валентиниана III стала невозможной. К тому же Византия смогла и внутри- и внешнеполитически успешно противостоять германцам. Императору Зенону удалось отстоять свой подвергавшийся все новым опасностям трон с помощью «самой невероятной и изначально не имевшей шансов на успех дипломатической изощренности во всей человеческой истории» (Рубин/ Rubin), в первую очередь, потому что ему удалось перенацелить остготов, угрожавших Восточной Римской империи, на Италию51.

Остготы, в 375 г. покоренные гуннами (ср.: кн.1, стр. 349), переселились к началу V в, в бассейн Дуная, на территорию современной Венгрии. После смерти Аттилы в 453 г. и быстрого распада его огромной, казавшейся несокрушимой империи они попали под власть Рима и поселились в Паннонии, вокруг Балатона. Именно тут в середине V в. родился Теодорих (Дитрих фон Берн германских героических сказаний). Он был сыном короля Тиудимера из рода Амалеров (Амелунгов) и, по всей видимости, еще в детстве стал христианином арианского толка. Источники хранят почти полное молчание о его происхождении и ранней юности, так же как и о первых годах его правления. В семилетием возрасте Теодорих оказался в Константинополе в качестве заложника и оставался там в течение одиннадцати лет, скорее всего, в ближайшем окружении императора Льва. Там он занимался латынью и греческим, познакомился с античной культурой и полюбил ее, получил представление о политической и военной ситуации и женился на принцессе императорского дома.

Его самым опасным соперником среди остготской знати был Теодорих Страбон. Зенон годами противопоставлял друг другу двух князей, находившихся в отдаленном родстве, хотя они время от времени и объединялись против императора. Во время путча Василиска, в 475 г., Теодорих Амалер встал на сторону Зенона, а Теодорих Страбон, который был старше его, примкнул к узурпатору. В 476 г. он был лишен всех почестей, однако впоследствии ему были возвращены все его звания и посты. В 481 г. он скончался от раны, которую по неосторожности нанес себе сам. Вскоре после этого были убиты оба его брата, которые унаследовали вместе с его сыном Ре-китахом власть. В 484 г. Теодорих Амалер собственноручно заколол своего племянника с ведома Зенона52.

Поскольку между правителем и Теодорихом, несмотря на высокие почести последнего (он был другом императора, в 476 г. стал патрицием, а в 484 г.
– консулом), постоянно возникали трения, в том числе и из-за опустошительных набегов Теодориха на Фракию - оскудевшая земля на нижнем Дунае уже не могла прокормить его людей - император Зенон официально поручил ему возглавить поход на Одоакра, «тирана», по словам Прокопия53.

Одоакр происходил из племени скиров или ругов (ругиев), во всяком случае, он был германцем и арианином. Провозглашенный королем 23 августа, он никогда не носил пурпурной мантии или диадемы, но в течение тринадцати лет правил Италией от Альп до Этны. В 477 г. Гейзерих за выкуп уступил ему Сицилию. Когда позднее вторжение Одоакра стало угрожать и Византии, где император находился в стесненных обстоятельствах из-за опустошительных набегов Теодориха на Фракию и мятежа Иллоса, воспользовались давно апробированным средством: сокрушить германцев руками германцев же. Ругов начали подстрекать к нападению на Италию. Но Одоакр опередил события и в двух походах 487 и 488 гг. сокрушил страну ругов (современная Нижняя Австрия на левобережья Дуная). Большая часть ругов была уничтожена. Это была война не просто между двумя германскими племенами, но, поскольку руги также были арианами, между двумя германскими христианскими племенами. Зенон, помирившись с Теодорихом и одолев в 488 г. Иллоса, которому он приказал отрубить голову, в том же году послал короля остготов на Одоакра, которого он считал узурпатором и тираном и с трудом терпел его в качестве наместника. Зенон, «мастер политических интриг», согласно Прокопию, пообещал Теодориху, что «после свержения Одоакра власть над готами и всем Западом перейдет к Зенону, а Теодориху, низвергшему тирана члену римского сената, будет гораздо сподручнее повелевать от имени императора Римом и всей Италией, нежели ввязываться в опасную борьбу с ним». Теодорих был чрезвычайно обрадован этим предложением и направился в Италию, а вместе с ним и весь готский народ»54.

Это произошло осенью 488 г.

Теодорих начал свой поход из Мезии, откуда он выступил вместе со своими воинами, шедшими вместе со своими женами и детьми, но отнюдь не со всем готским народом, оставшимся на Балканском полуострове. В походе принимали участие и другие племена; общая численность составляла 100, а может быть и 200 тысяч человек, но скорее всего, гораздо меньше, и уж во всяком случае их было меньше, чем жителей Рима. «Поднялся целый мир, - пишет современник, епископ Эннодий из Павии, - домами им служили повозки, а свои кочевые шатры они набивали всем, что им удавалось захватить». Напомним, что и эти готы были христианами. Они почти полностью истребили в Румынии враждебное им германское племя гепидов, которые также были христианами. В критический момент сражения Теодорих сам встал во главе войска и, согласно древнему источнику, лютовал, «как ливень на хлебной ниве, как лев посреди стада». Началась четырехлетняя, ожесточенная война, в которой военное счастье оказывалось то на одной, то на другой стороне, война с многочисленными изменами и предательствами, война, чудовищно опустошившая север Италии, особенно Лигурию.

Вначале Теодорих во главе большого готского войска, усиленного отрядами других германцев, летом и осенью 489 г. разгромил Одоакра в сражениях при Изонцо и при Вероне, где река Адидже была запружена телами убитых. После этого Милан открыл перед ним ворота, возможно благодаря тамошнему епископу Лаврентию, который с самого начала войны склонялся на сторону более сильного Теодориха (и стал при нем самым могущественным прелатом Италии. В Милане Те-одориху нанес визит и епископ Тицина, современной Павии, Епифаний). 11 августа 490 г. на реке Адде произошла тяжелая битва, в которой Теодорих, при поддержке войска вестготского короля Алариха II, в третий раз одержал победу, хотя и понес большие потери. Как и прежде, Одоакр в отчаянии отступил в Равенну, свой последний оплот. Готы окружили и два с половиной года осаждали надежно защищенный лагунами, болотами и земляными валами город - одну из самых неприступных крепостей той эпохи. Эти события вошли в сказания как «Битва воронов». Осаждавшие не могли прорваться в город, а осажденные отбивали частые приступы, не зная передышки. Но когда нападавшие летом 492 г. захватили в Ариминиуме (Римини) флот, им удалось блокировать Равенну и с моря. 25 февраля 493 г. благодаря архиепископу Равенны Иоанну был заключен договор, согласно которому оба короля должны были разделить власть над Италией. 25 февраля перед Теодорихом были открыты ворота Классиса. 5 марта архиепископ Иоанн во главе процессии с крестами, фимиамом и пением псалмов торжественно ввел его в Равенну. Через несколько дней Теодорих пригласил Одоакра посетить его в императорском дворце ad Lauretum (в лавровой роще) и собственноручно - поскольку люди, которым он поручил убийство, медлили, - заколол своего шестидесятилетнего безоружного партнера-германца: один христианин-арианец другого христианина-арианца. «Где Бог?» - произнес Одоакр, когда первый удар меча поразил его в ключицу. А Теодорих, вторым ударом рассекший Одоакра до пояса, сказал: «У этого чудовища нет даже костей». Семья Одоакра была истреблена: брата Одоакра он сам поразил в церкви стрелой из лука, его сына Телу он приказал сначала сослать, а затем и казнить, а его жена Сунигильда была обречена на голодную смерть. По приказу Амалера по всей стране были беспощадно вырезаны все воины Одоакра вместе с их семьями55.

Теодорих Великий!

Теперь он стал единственным правителем Италии, хотя формально и подчинялся византийскому императору. Этот кровожадный победитель, в совершенстве овладевший христианским искусством резни, устроивший побоище, живо напоминающее кровавую баню после смерти Константина I (кн. 1, стр. 265), который тоже любил пустые фразы типа: «Наша кроткая милость» (pietas), «Наше провидение» (providentia), не сомневался в том, что он король милостью Божьей. Подобно тому, как Констанций II, «первый восприемник Божьей милости» (Зеек/ Seeck), несмотря на то, что он вырезал свою многочисленную родню, мог ощущать себя ниспосланным Богом правителем и «епископом епископов» и заявлять: «Мы желаем прославиться в вере…», так теперь Теодорих, германский король милостью Божьей, говорил: «В Нашей власти милостью Божьей находится все, что Нам угодно» или: «Мы правим с Божьей помощью». Он приказал повсюду содержать арианские церкви, в самой Равенне воздвиг рядом со своей резиденцией церковь Св. Мартина и восстановил базилику Геракла, оставаясь при этом «разбойником и убийцей», причем «большого размаха» (де Фердинанди/ de Ferdinandy)56.

Готы оставались федератами 56, то есть не имели гражданства. Но в армии служить могли только готы. Гражданам бывшей Империи военная служба была запрещена, быть может, только за исключением некоторых воинственных племен в пригра ничных областях. Ни католическим италикам, ни готам-ариа-нам их христианская вера не мешала вести войны. Напротив. По-видимому, к церковным предписаниям относились довольно серьезно, ибо сам Теодорих отправлялся в свои военные походы только после молитвы и исповеди. В его приказе о мобилизации для похода в Галлию значилось: «Готам надо только сообщить о предстоящих битвах, а не уговаривать их на битву, ибо воинственные племена всегда только рады (gaudium) показать свою военную доблесть». (Гундобад, кроткий король бур-гундов, чьи князья были весьма преданы римскому епископу, воспользовался конфликтом между христианами-германцами, которые кромсали друг друга, и предпринял грабительский поход в Лигурию, откуда пригнал множество пленных.)57

Вскоре после победы Теодориха, большая часть Центральной и Южной Италии, не говоря уже о Риме, закрывшем ворота перед обреченным Одоакром, а также Сицилия признали короля, чье остготское государство простиралось от Венгрии до Южной Галлии и до прежних римских провинций к северу от Альп, но которому было суждено просуществовать лишь шестьдесят лет и окончательно рухнуть после сражения при Везувии в 553 г. К районам собственно готского расселения относились Самний, Пицен, Северная Тусция, Эмилия, Венетия и, конечно, область севернее реки По. Вкрапления готов имелись в Далмации, Истрии, на реке Саве и в Паннонии. Теодорих, заключивший союзы со всеми государствами германцев, играл ведущую геополитическую роль. Он женился на сестре Хлодвига из рода Меровингов, а своих дочерей отдал в жены королю вестготов и королю вандалов, а племянницу - королю тюрингов58.

Когда Амалер вторгся в Италию, между Востоком и Западом продолжался вызванный Генотиконом раскол, другими словами, вражда между Константинополем и папством. Это было на руку готу, которого его собственное влияние на Рим интересовало, естественно, больше, чем влияние императора Востока. А в Константинополе трудности в отношениях с Теодорихом объясняли церковным расколом. В действительности, Амалер проводил прокатолическую политику не столько по причине своей природной терпимости, сколько исходя из политического расчета. Арианские правители, как вестготов, так и, в особенности, остготов, вообще были гораздо терпимее и не страдали зудом обращения иноверующих. Романское население не принуждали к переходу в арианство. Оно даже славило великодушие готов, которое, правда, проистекало не из их арианства, а из германского происхождения. В то время говаривали, что проходя между языческим алтарем и церковью не лишне поклониться в обе стороны. Арианский клир, который вплоть до епископов был свободен от целибата и не знал постоянных монастырей, не пытался влиять на собственное правительство и не занимался миссионерством среди своих соседей католиков. Никто не мог упрекнуть короля, что он когда-либо принудил католика стать арианином или подверг преследованию хотя бы одного их епископа. Его мать Герелева приняла католичество и при крещении получила имя Евсевия. Папа Геласий поддерживал с ней отношения, но, с другой стороны, не желал, чтобы епископы посещали короля без его благословения. В Риме Теодорих впервые появился в 500 г. Встрече-ный народом, сенатом и священниками во главе с папой, он сразу прошествовал в собор Св. Петра (за триста лет до Карла Великого), чтобы помолиться у могилы апостола «как католик и с глубоким почтением». Он преподнес в дар св. Петру два серебряных канделябра весом в семьдесят фунтов каждый. К евреям он был, как. по-видимому, и Одоакр, терпим. «Цивилизованные люди, - говорил он, - не должны лишать благой справедливости даже тех, кто еще не обрел истинной веры». Много раз он защищал римских евреев от клириков Рима, где в 521 г. католики сожгли дотла еврейскую синагогу, возведенную на триста лет раньше, чем собор Св. Петра и Латеран. Похоже, это был акт мести католиков за наказание нескольких христиан, убивших своих хозяев-евреев. Римляне неоднократно разоряли'синагогу, прежде чем окончательно сожгли ее при Теодорихе. В Равенне христиане также подожгли синагогу. И именно католики в Равенне извлекли из могилы прах Теодориха и осквернили его. Для отправляющих языческие культы готом, взявшим пример с законодательства императоров Маркиана и Валентиниана, была сохранена смертная казньи.