Чтение онлайн

Правда, католическая церковь стоит на том, что эти слова являются «богодобавленными». Она не может иначе. Она твердила это вот уже два тысячелетия. Ныне многие из ее теологов капитулируют. Некоторые при этом развивают нечто на первый взгляд совершенно новое (на самом же деле, запоздало повторяя консервативных протестантов). Это позволяет им, с одной стороны, хотя бы отчасти сохранить «научное» лицо, а с другой - не потерять всего в глазах их высокого начальства. Вот что они говорят о недостоверности «изречения об основании церкви»: дескать, Матфей - не докладчик-историк, но теолог-созидатель. Или трактуют «пассаж о камне» как добавление, которое поручил произвести евангелисту «воскресший из мертвых Христос». Менее же изворотливые истолковывают «пророчество Петру» просто как позднейшую вставку, как чистый вымысел евангелиста10.

Не исключено, что Петр и обладал чем-то вроде главенства, некоей руководящей функцией. Возможно, она принадлежала ему только на время, или только на определенных территориях, но во всяком случае, лишь до первого собрания апостолов без своего Учителя. Павел, который в Антиохии прямо противостоял Петру и в лицо обвинял того в лицемерии, кроме того, по-видимому, и закулисно оспаривал притязания Петра на первенство. И в иных местах «Священного писания» наличествуют «антипетрианские» тенденции. Упоминание же о том, что Петр удержал первенство, если таковое когда-либо и имело место, а не является легендой, созданной «петрианца ми» - в «Новом Завете» отсутствует. Об этом нет ни слова".

Но даже если допустить недопустимое, а именно: «слово о первенстве» произнесено самим Иисусом - Церкви все равно никогда не удалось бы объяснить, каким образом оно распространяется на пап. Ей никогда не удалось бы доказать, что оно относится не только к самому Петру, но и ко всем его «преемникам по должности». Ни Библия, ни какой-либо иной исторический источник не содержит указаний на то, что Петр назначил себе преемника. И речи быть не может об исторической непрерывности «рукоположения».

В свете этого иной католик находит «дискуссию по толкованию библейских текстов крайне схоластической», и это открытие ввергает его «в некоторое смущение, если он пытается исторически и критически подойти к достоверности Библии как источника для обоснования папства» (Штокмейер/ Stock-meier). Несколько более отважные теологи этого лагеря тем временем соглашаются, что о преемничестве Петру «речь не шла» (Де Врие/ de Vries), что этого не удалось «обнаружить нигде в Новом Завете» (Шнакенбург/ Schnackenburg). Йозеф Бланк/ Joseph Blank считает роль Петра как камня в основании Церкви не только уникальной, не только не подлежащей обмену или передаче по наследству и неповторимой, но чувствует внутреннюю несуразность идеи о непрерывно растущем фундаменте и отказывается принять ее даже образно. Следо-вательно, и папство не может рассматриваться как нечто, стоящее на Петре-камне церкви. Более того, этот католик ничтоже сумняшеся заявляет: «Смотря на историю церкви ретроспективно, надлежало бы сказать: даже папству… не удалось разрушить церковь». И наконец, теолог задается вопросом: как понималось это изречение в раннем христианстве? Соотносили ли его с Римом или с верховенством римского епископа как преемника апостола Петра? «Ответ предельно прост: нет!»12

Апологетика, правда, приводит в доказательство и другие слова Иисуса, а также его указания Петру: он будет ловить человеков; получит ключи Царства Небесного; и то, что он свяжет на земле, то будет связано на небесах; и то, что он разрешит на земле, будет разрешено на небесах. А также: «Укрепи своих братьев» и «паси моих овец». Но ко всему этому в Евангелиях имеются параллельные места, из которых следует: пять заветов Христа не были адресованы Петру персонально. И еще раз о главном. О преемнике, а тем более о предстоятеле римской общины как о руководителе церкви в целом речь не идет ни в одном из ранних христианских текстов13.

Петр никогда не был епископом Рима. Но это абсурдное предположение легло в основу всей петродоктрины, превозносимой буквально до небес папами и обслуживающими их богословами. Не установлен даже факт пребывания Петра в Риме.

Римская христианская община основана не Петром и не Павлом, по словам Иринея, «блаженными апостолами-основа-телями». которым архиепископ VI в. Дорофей Фессалоникий ский приписывал даже двойное епископство, но безвестными иудео-христианами. Причем они и ортодоксальные иудеи выясняли свои отношения столь бурно, что император Клавдий в середине I в. приказал высылать из Рима и тех и других без разбора: «Judaeos impulsore Chresto assidue tumultuantes Roma expulit» (Светоний). Акила и Прискила, супружеская пара изгнанников того времени, повстречалась с Павлом, когда он во второй раз направлялся в Коринф. Согласно Тациту, христиане Рима - это преступники родом из Иудеи14.

И на сегодняшний день, когда христианские церкви сближаются на базе экуменизма и даже многие протестантские ученые полагают, что Петр был в Риме, доказательств его пребывния там по-прежнему не существует. Ведь предположение не является доказательством. Легенды, приписывающие Петру мученичество в Риме: драматическое распятие на кресте, подобно его Господу и Спасителю, но только по собственному желанию и в знак особого смирения вниз головой - тоже ничего не доказывают. И пусть некто Гай почти полтора столетия спустя «уже» считал, что знает место казни, а именно: «под Ватиканом» (читай: в Нероновых садах) - Евсевий впервые сообщит об этом только в IV в.! И даже тот, кто попытается доказать факт посещения Петром Рима с таким же рвением как Даниель О'Коннор/ O'Connor, который уже названием своего труда однозначно утверждает: «Peter in Rome the Literary, Liturgical and Archaeological Ecidence» 8, no-лучит весьма скудный результат: это пребывание «more plausible than not» 9.15

На самом деле, этому нет ни одного надежного доказательства. Прежде всего, об этом ничего не известно Павлу, который якобы вместе с Петром основал римскую общину и именно в Риме пишет свои последние послания, но ни разу не упоминает в них Петра - своего противника. Ничего об этом не написано и в «Деяниях Апостолов». Важнейшее 1-е Послание Климента Римского, очевидно, относящееся к концу I в., ничего не знает ни о предопределении Иисусом миссии Петра, ни вообще о какой-то решающей и особой роли этого апостола. В нем всего лишь весьма невнятно сообщается о мученичестве Петра. Короче говоря, все первое столетие молчит об этом. Молчание еще долго длится и во втором столетии16.

Дионисий Коринфский, самый ранний из тех, кто твердо убежден в пребывании Петра в Риме, впрочем, вызывает подозрения. Во первых, потому что его свидетельство датировано 170 г. Во-вторых, потому что этот епископ пребывает в отдалении от Рима. И в-третьих, поскольку он утверждает, что Петр и Павел совместно основали церковь не только в Риме, но и в Коринфе. Что, в отношении Коринфа, противоречит собственному утверждению Павла. Можно ли, исходя из римского права, доверять такому свидетелю?17

Но тот, кто усомнится - лжец! Он возводит «позорный памятник своему невежеству и фанатизму» (католик Грене/ Grone). Быть может, все-таки наоборот? Или среди скептиков фанатики и невежды встречаются чаще, чем среди верующих? Разве как раз не благодаря фанатикам и невеждам существуют религии, христианство и папство? Разве их догмы не зиждятся на том, что противоречит разуму и логике, разве не опираются они на веру в сверхъестественное? Разве они не боятся как огня истинного просвещения и настоящей критики? Разве не они ввели жесткую цензуру, индекс запрещенных книг, контроль церкви за книгопечатанием, антимодер-нистскую присягу 10, наконец, костры?18

Визит Петра и соответствующая деятельность этого мужа в Риме необходимы католикам. Ведь он в качестве «апостола-основателя» открывает список епископов Рима, возглавляя череду своих «преемников». Прежде всего из этого исходит «апостольское» предание и догмат о верховенстве римских пап. Они витийствуют, особенно в научно-популярных изданиях, о пребывании Петра в Риме: «вне всякого сомнения доказано историческими исследованиями» (Ф. Й. Кох/ F. J. Koch); «является общепризнанным результатом исследований» (Кестере/ Kosters); «с несомненностью установлено» (Францен/ Franzen); «засвидетельствовано всем раннехристианским миром» (Шук/ Schuck); «никогда не было более надежных сведений из того времени» (Кун/ Kuhn)». Не убедительны и попытки заставить читателя наглядно представить «восседание Петра на епископском престоле» или «расположение его римской резиденции» (Шпехт/ Specht и Бауэр/ Bauer)19.