Чтение онлайн

Использование битко•на сыграло ключевую роль. Криптовалюта обеспечила относительную анонимность и трансграничность переводов, позволяла обходить национальные запреты и привлекала людей обещанием «новой финансовой эпохи». Для многих участников из развивающихся стран битко•н в тот момент был чем-то непонятным и магическим: они верили, что именно эта технология делает комбинацию надёжной и защищённой.

На деле же блокчейн лишь фиксировал движение средств между кошельками, а логика пирамиды оставалась прежней. К середине 2016 года она фактически прекратила существование.

В марте 2022 года крипторынок всколыхнул проект, который сулил объединить спорт, геймификацию и финансовую свободу. Его название — StepN. Два сооснователя, китаец Янтин Сюй и австралиец китайского происхождения Джерри Хуан, представляли его как «приложение, которое платит тебе за то, что ты ходишь или бегаешь». В мире, где люди устали от спекуляций и искали «продукт с пользой», идея зазвучала свежо.

Люди обычно тратятся на здоровье. Тут — платят тебе, соблазнительно!

Чтобы участвовать, требовалось купить NFT-кроссовки. Самые дешёвые стоили около 800-1000 долларов, а более редкие и прокачанные уходили и за 5000–7000 долларов. После покупки игрок выходил на пробежку, и приложение начисляло ему токены — GST (Green Satoshi Token). Эти токены можно было обменять на доллары или реинвестировать в новые кроссовки. Второй токен проекта — GMT (Green Metaverse Token) — использовался для голосований и обещал стать долгосрочной ценностью.

Вы, наверное, подумали, что игрок получал супертехнологичные кроссовки для бега, со встроенными датчиками, связью с блокчейном и другими прибамбасами? Нет! NFT-кроссовки в StepN и других подобных историях — это не реальные кроссовки, а цифровые объекты, которые существуют только в приложении и на блокчейне. Картинки.

У каждой «пары» есть характеристики: скорость, энергия, редкость, возможность улучшать или чинить. Владение ими — только в приложении или через криптокошелёк. Никакой физической пары обуви к этому не прилагается.

Покупая NFT-кроссовки за сотни или тысячи долларов, люди приобретали всего лишь цифровую картинку с функциями внутри игры, которая позволяла зарабатывать токены.

На старте всё выглядело как сказка. Цена GST весной доходила до 8–9 долларов, а GMT держался выше 3 долларов. На YouTube и в Telegram множились ролики: блогеры из России, Украины, Китая, США показывали скриншоты заработков по 100–200 долларов в день за простую прогулку. Крупные ин-флюенсеры, такие как BitBoy Crypto или китайские криптоканалы, называли StepN «будущим фитнеса».

В чатах появлялись сообщения вроде таких:

— Алексей из Санкт-Петербурга вложил 2000 долларов в одну пару кроссовок и «отбил» их за три недели.

— Молодой трейдер из Сингапура купил 10 пар, собрал «ферму», и зарабатывал до 1000 долларов в сутки.

Яркие истории разжигали азарт. К проекту присоединились десятки тысяч. По данным самой компании, к июню 2022 года в StepN было зарегистрировано 3 миллиона аккаунтов.

Но за ширмой успеха накапливались проблемы. Экономика StepN держалась на бесконечном росте числа участников. Новички покупали кроссовки, толкали спрос и цену токенов вверх, а старые игроки продавали свои GST за реальные деньги. Модель была классической пирамидой: пока силён поток, все довольны. Как только он ослабевает, система рушится.

К тому же разработчики предпринимали шаги, которые многие назвали манипуляциями. В мае команда внезапно объявила о блокировке пользователей из материкового Китая, где находилась огромная часть аудитории. Решение объяснили «регуляторными рисками», но для рынка оно стало шоком: миллионы игроков лишились доступа, и цена токенов обвалилась.

Уже в июне 2022 года GST стоил меньше 1 доллара, к августу — меньше 10 центов. GMT просел до 0,7 доллара и продолжал падение. NFT-кроссовки, за которые люди ещё весной платили тысячи, продавались за копейки. В русскоязычных чатах стали появляться подобные сообщения о потерях: «Вложил 5000 долларов, вывел 300, всё остальное сгорело».

Особенно тяжело оказалось тем, кто поверил в «пассивный доход» и взял кредиты. В социальных сетях стали появляться истории о долгах и депрессии.

Сами основатели — Хуан и Сюй — продолжали делать заявления о «развитии экосистемы». Они вводили новые механики, обещали «сжигание токенов», запускали внутриигровые события. Но доверие было подорвано. Многие в сообществе стали говорить, что команда сознательно «слила» рынок, заранее выводя прибыль. В отчётах блокчейн-аналитиков фиксировались крупные транзакции с кошельков, связанных с проектом, именно в периоды пиковых цен.

Мировые медиа подхватили тему. Bloomberg и Financial Times писали о StepN как о примере «move-to-earn [63] пузыря». Китайские издания прямо называли «ловушкой для розничных инвесторов».

Конечно, были успевшие выйти вовремя. Одни «отбили» вложения и остались в плюсе. Другие просто относились к StepN как к игре и продолжали бегать даже после краха токенов. Но для десятков тысяч людей по всему миру это стало историей обмана — пленительной, но разрушительной.

StepN всё ещё существует, но уже как тень самого себя. GST торгуется в районе сотых долей доллара, GMT держится около 0,2–0,3 доллара. NFT-кроссовки можно купить за смешные суммы. Историю вспоминают как символ наивности и алчности.

Когда стало понятно, что схема StepN пирамидальна по своей сути, нашлись российские бизнесмены, запустившие аналогичный проект — Amazy. За запуском стояли Сергей Косенко, известный сомнительной активностью в соцсетях, и Артём Николаев — один из основателей игровой компании Azur Games.

Систему построили вокруг двух токенов на блокчейне Binance Smart Chain: AMT (Amazy Move Token) — внутриигровой токен вознаграждения, с неограниченной эмиссией; AZY (Amazy Token) — основной токен, с ограниченной эмиссией в миллиард штук.

На сайте Amazy значились более сотни имён и фотографий известных блогеров с Instagram [64] , YouTube, TikTok. Предполагалось, что эти люди будут продвигать аферу среди подписчиков. Так, в разделе «Знаменитости и артисты» находились Никита Мазепин, Клава Кока, Валери Кауфман, Максим Сапожников [65] .