Чтение онлайн

– Так ты все равно не успеешь. Сказали, больше не занимать, они на обед закроются. А обед уже скоро.

Покупательница выбросила вперед левую руку, тем самым задрав рукав, и взглянула на часы.

– Я и говорю – полпервого. Чуть не опоздала. Ну, пора.

– Что пора-то? – хотела спросить Вера, но собеседница забилась в угол.

«Ненормальная что ли?» – Вера наблюдала за ней боковым зрением. Покупательница запихала сверток в сумку, из сумки достала термос, налила в крышку-чашку белый напиток. Выпила. Еще налила. Выпила вторую порцию.

– Все, больше не могу. Щас стошнит. Ты тоже чай с молоком пьешь?

– Никогда не пробовала, – Вера представила вкус чай с молоком. К горлу подкатил комок.

– Ну и зря. От чая с молоком сразу молоко прибывает. Если порознь – долго, а так – сразу. Вот прямо пью и соками наливаюсь. Ага, приливает. Это ничего, я марлю в лифчик подкладываю. Ну ладно, я побежала. Ваську кормить пора.

От таких интимных подробностей Вера покраснела. Разве можно рассказывать постороннему человеку, как функционирует твой организм? В голове не укладывается. Такое даже слушать стыдно, а рассказывать – это ж надо было додуматься?

Очередь Вера все-таки заняла – закроются, так закроются. Подойдя к прилавку она увидела, за чем стояла. Ну, не глупая? Конечно, это же детский отдел. Детский товар и выкинули. Недаром тут мамочки топчутся.

На прилавке в развернутом виде лежал крохотный комбинезончик цвета топленого молока. Сантиметров пятьдесят в длину. Как на куколку. Вера потрогала: какая прелесть! Плюшевый он, что ли? Мягкий, короткие ворсинки послушно ложатся под рукой. На груди нашивка с мордочкой медвежонка.

Вера гладила, гладила комбинезончик и вдруг побледнела. Это знак судьбы! Так и вела ее дороженька в этот магазин. Она вдруг ясно осознала, что совсем скоро тоже станет мамой. Будет ходить по детским магазинам, покупать ребенку пеленки, распашонки, чепчики, погремушки, подгузники.

Все прошлые размышления о материнстве как о чем-то странном и далеком мгновенно материализовались в этом крохотном комбинезончике. Она успела. Ее обслужили последнюю. Вера купила комбинезончик и бережно убрала бумажный кулек с покупкой в сумку. Как все другие покупательницы. В глубине души плескалась радость. Такую вещь отхватила! А мозг цепенел от переполнявших его тревожных мыслей. Дело в том, что на всем белом свете о ее беременности знала она одна.

Мысль о том, чтобы с кем-то поделиться радостной новостью, внушала ужас. Вера посмотрела на талию, и ей стало себя жаль. Под пальто ничего не разглядишь, а в обтягивающей одежде скоро не скроешь. Прямо на улице она развернула комбинезончик и еще раз его погладила. Приятный такой, мягкий.

– Хорошо тебе, комбинезончик. Всем ты нужен, все тебя хотят купить. А мне-то что делать? Тоже стать комбинезончиком?

Вера замедлила шаг. Глаза заблестели.

– Мне кажется, что я никому не нужна. Чего хоть делать-то? Танька с Ленкой узнают – на весь институт разболтают. К врачу, наверное, сходить надо, на учет встать. Анализы сдать. А маме как сказать?

Вера остановилась. На лбу выступила испарина.

– Это конец. Пока не буду говорить, еще время есть. Да и ладно. Можно воспитывать ребенка одной. Как в фильме «Москва слезам не верит». Там тоже Катя в одиночку всего добилась. Учила по ночам, когда Александра родилась. С рабочей начинала, директором стала. Ей повезло – у нее подружки настоящие были. Точно – у меня же есть Светка! Надо позвонить ей в Москву. Светка что-нибудь придумает».

Вера большими шагами пошла домой. По дороге съела хрустящий картофель. Обе пачки. Вкусно! С улыбкой поприветствовала соседа. Продолжая улыбаться, переступила порог родного дома.

Глава 3

Одуванчиковое варенье

«Вера, зайди, пожалуйста, ко мне» – как только Вера услышала мамин голос, от улыбки не осталось и следа. Мама сразу среагировала на звук открывающейся двери. Мама ждет дочь. У мамы все под контролем. Она должна быть в курсе событий.

Вера превратилась в послушного кролика. Робко постучавшись, она отворила дверь маминой спальни.

Эмма Владиславовна сидела в широком приземистом кресле нога на ногу и листала журнал «Педагогический вестник». Она не сразу уделила внимание дочери.

Наконец, вздохнув, Эмма Владиславовна закрыла журнал и, откинувшись на спинку кресла, жестом пригласила Веру присесть на диван. Сняла очки, давая отдых уставшим глазам. Устремила взгляд в окно.

– Вера, мне не дает покоя странный телефонный звонок.

Эмма Владиславовна выдержала паузу.

– Час тому назад позвонила женщина. Не представилась.

Вера превратилась в струну. Ей не понравилось такое начало разговора.

– И что было дальше? – спросила она как можно спокойней. – Мало ли кто мог позвонить? Может, номером ошиблись. Или кто-нибудь из твоих коллег. У тебя их столько – всех не упомнишь. Или вообще – хулиганы.

– Не думаю. Склерозом я пока не страдаю, как и слабоумием. Позволь, я продолжу. Собеседница спросила: «Эмма Владиславовна, Вы в курсе, что Ваша дочь в интересном положении?».

Вера приподняла брови. У нее задергалось правое веко. Мама положила журнал на столик, подалась вперед и посмотрела дочери в глаза. Секунд пять продолжалось противостояние взглядов, и эти секунды показались Вере вечностью.

– Вера, я не знала, что ответить. Я не могла отреагировать, не проверив информацию.

– И что ответила? – вопрос прозвучал чересчур бодро.

– А ты на моем месте как бы отреагировала? Мне важно знать. Конечно, это могла быть злая шутка. Или посторонние люди владеют информацией лучше, чем я?

– Откуда я знаю. Кто тебе позвонил, что сказал? Может, ты что-то неправильно поняла. Я и так устала, еще не ела ничего. И вообще, мама, извини, но у меня завтра экзамен по психологии. Мне надо учить.

– Экзамен – это святое, – четко произнесла Эмма Владиславовна и снова раскрыла журнал.

На трясущихся ногах Вера покинула мамину спальню.

Эмма Владиславовна погладила сухие, как палочки, ноги – болят. Раньше она ходила дома исключительно в туфлях, но под натиском варикоза пришлось сдаться. Да, в меховых тапочках гораздо удобней. Но в остальном без поблажек. В халатах пускай возлежат сибариты, а уважающая себя женщина обязана и дома выглядеть достойно. Эмма Владиславовна поправила прическу, пригладив и без того ровно зачесанные назад короткие седые пряди, слегка оттененные фиолетовой краской. Сегодня была в темно-зеленом платье с поясом, белым кружевным воротником и длинными рукавами. Скромно, аккуратно, удобно. Образ завершали очки в широкой оправе с толстенными стеклами.