Чтение онлайн

Редко процессы казней были такими затяжными. Это могло касаться наказаний типа порки плетьми и кнутом, довольно редко заканчивавшихся летальным исходом провинившегося, если на то не было особого приказа, мол, забить палками или даже камнями до смерти, но чтобы именно расправа обращалась в такое представление, как на льду, случалось весьма нечасто.

Джеймс даже как-то хотел урегулировать список разрешённых и запрещённых видов наказаний и казней, согласно законнику, но этим заняться решила как раз его мать, любящая всё чётко структурировать. Пообещала привести всё в должный вид, да пока по сей день не предоставившая королю обновлённого табеля о том, как и за что следует карать на территории Энториона.

Более того, в каждом регионе законник мог дополняться на вкус и обычаи местной власти. Так, например, нигде кроме Карпат не было распространено бесчеловечной казни с насаживанием на кол, когда проткнутый и задранный на заточенном стволе человек ещё очень долго мучился и страдал у всех на виду.

Частокол вокруг замков, на который натыкались воины — это одно, метание кольев, если заканчивались копья, — тоже, но именно в таком виде, как пыточной казни подобное вне владений Кромвеллов практически не встречалось, кроме редких случаев в поселениях Астелии и Ракшасы.

— Распорядиться, чтобы им принесли еду? — заговорила Клорис, пытаясь унять гнев короля со своей подруги-кухарки, не двигаясь с места, но стоя от них обоих неподалёку среди прочей прислуги.

— Пустое, — махнул рукой король, — «Поступай с врагом твоим, как он сам хотел с тобой поступить», — проговорил он цитатой знаменитого барона-генерала Хосе Варгаса из его великого труда «Победа или смерть», после чего отправился обратно за стол.

Милдред вытерла слёзы, приходя в себя, а когда её поманили подруги едва заметными движениями рук к себе, вернулась на своё прежнее место, скромно поглядывая в пол на дивные узоры помпезных толстых ковров, не смея поднимать глаза ни на монарха, ни на его мать, ни на кого-то ещё из присутствующих.

— Ваше величество! — в обеденный зал вошёл измотанный за день Вайрус с потемневшими глазами, — Работы под холмом закончены! — доложил он к радости своего короля.

— Отлично! — поднялся тот из-за стола, подняв винный кубов и допив остатки, подняв тот как бы в честь принесшего благие вести Такехариса, — Идём, посмотрим на это вместе, — направился он к выходу, а камерарий, поклонившись королеве-матери, тут же последовал за ним.

Вскоре они в компании Эйверя и связных слуг поднялись на правую относительно разбитой бреши в стене башню, куда то и дело прилетали снаряды от выставленных на холме вражеских катапульт. Те были уже в тени, никаких факелов и освещения, помогавшего работать обслуживающему их персоналу. Преступники уже отточенными движениями грузили и запускали настроенные и нацеленные машины. Ремонтировали вышедшие из строя, приводя в порядок, чинили или заменяли отдельные части поломанных орудий, и продолжали снова крошить второе кольцо обороны крепости, не давая сегодня там вести никакие восстановительные работы и возводить новые барьеры, угрожая засыпать и раздавить всех, про приблизится к расщелине.

— Приступайте, — дал отмашку король, и связные начали передавать отданное добро его приказом, сообщая это с поста на пост, перебегая с башни вниз ко дворам, потом в катакомбы, в тоннели, на охранные посты разрытых ходов и так далее.

— Лучницы, дать свет! — приказал Вайрус, немного прождав, и выбрав, как ему показалось, должный момент.

Заряженные и подпалённые стрелы взмыли в воздух в направлении вражеских махин, хоть и не долетали до них, но зато в воздухе и при приближении к подножью хорошо те освещали для взора собравшейся честной публики. Однако никакого эффекта пока не последовало.

Наоборот, неудачная попытка и недолетавшие стрелы спровоцировали лишь усерднее работать и копошиться на возвышенности войска неприятеля, с явным воодушевлением и полной уверенностью в своей недосягаемости и безнаказанности взводящих орудия.

Вайрус повторил приказ, и девушки-стрелки снова со свистом пикирующих горящих стрел осветили пространство в стане осаждающих, где собралось ещё больше народу. Можно было в свете огней хорошо рассмотреть различные детали, но отнюдь не это сейчас интересовало Джеймса Дайнера.

Прошло несколько мгновений, прежде чем и монарх и его приближённые в свете полыхающих стрел стали свидетелями, как изрытый холм, держащийся всё последнее время на установленных диверсантами короля подпорках, выбитых теперь по его повелению, обрушился во внутрь, погребая в себя и катапульты и всех, кто был с ними рядом, придавливая тяжёлыми осадными устройствами и их обломками всех занятых в их обслуживании.

Пологий широкий холм справа в одно мгновение разрушился изнутри, став погребальным курганам для множества воинов неприятеля. Поднявшееся с земли облако песка и пыли долгое время не желало оседать, а когда, наконец, потихоньку развеялось, уже потух свет от арки горящих стрел с оборонной башни. Но одно было ясно точно, большая часть орудий, что находилась там, была отправлена в негодность.

— Пусть выживших добивают диверсанты, — проговорил король, — они должны быть сейчас по периметру холма, раз так чётко выдернули опоры. Пусть двигаются к центру, ликвидируя всё живое. А на отходном пути, засыпая тоннели, пусть заберут хоть несколько снарядов для катапульт, пополнят наши запасы.

— Да у нас хватает, — усмехнулся Вайрус, — Да ещё внизу в разломе стены целая гора набросана, сейчас пошлю отряды их собирать, за брешь заделывать.

— Верно, пусть тащат в замок, лишними не будут, — сказал ему Джеймс, и отошёл к краю башни, потащив с собой Эйверя.

— Зверь, изголодался по крови? — поинтересовался монарх у своего паладина.

— Ха, да есть немного, — отвёл взгляд тот, изучая творящееся внизу башни, — Всё стрелы да маги, командование катапультами, никаких живых сражений, — отзывался он, жалуясь на скуку.

— К тебе особое поручение. У нас в данжеоне сидят и гниют такие же, как те, что нападают. Если темницу разрушат, того и гляди засядет сбежавший недруг, вонзит нож в спину. Нельзя допустить, чтобы кто-то из преступников вдруг сбежал, — объяснял ему король.

— Понял, это мы устроим, — кивнул Эйверь своими белёсыми космами, сжимая рукоять красивого меча, — Может, в том-то их цель? А? — спросил он, направив серо-зелёный взор на лик Его Величества.

— Думаешь, они здесь за кем-то? Хотят кого-то вызволить и освободить? Требований они не ставили, так что вряд ли, — пожал плечами Джеймс, — Тем более, тогда лучше дать им понять, что вести переговоры и выпускать разбойников на свободу мы не намерены, тем более после такой наглой осады и убийства наших дозорных.

— Вы король, вы начальник, — усмехнулся паладин, обнажая зубы с правого края широкого рта плотных губ, — Будет исполнено, — кивнул он монарху и отправился на ночь глядя исполнять своё кровавое поручение.

Ночь после совершённой успешной диверсии прошла спокойной, но не особо тихой. Вдали у прилеска даже в темноте стучали молотки, ревели пилы, кряхтя пронзая древесину, собирая новые приспособления из подручных средств и сплавленных по реке запасов. Плюс весь лес под рукой, если нужны брёвна или хотя бы дрова для костров и переносных кухонных печей лагеря неприятеля.