Чтение онлайн

Солнце игриво блестело в отражении декора их новеньких праздничных нарядов. Неподалёку на поляне было видно шумно игравших детей семьи Догарат — старшего, давно уже не ребёнка, двадцатишестилетнего Уолтера в статном удлинённом мундире тёмно-бордового цвета и трёх его младших одиннадцатилетних сестёр в своих цветастых платьицах. А так же в их компании крутился и Колин Стерн, темноволосый мальчик как раз примерно их возраста, последний оставшийся в живых наследник правящей династии в Астелии. А юный талантливый маг Вермиллион де Мац показывал им разные фокусы, коим уже был обучен Орденом Серебряного Кристалла.

Маленький Стерн резво бегал в сложном костюме, в котором редко увидишь ребят его годков. Мальчик был разодет в чёрный с золотым бархатный аби из ткани двойной ширины с весьма высоким воротом, на удивление сшитым под его размер, хотя подобное обычно носили только взрослые, а детям одевали всё же наряды попроще.

На фокуснике Вермиллионе, мальчишке с длинными тёмно-каштановыми волосами и малиновым взором, же красовалось алое мужское платье с манжетами — тоже не самое детское и молодёжное одеяние. Вверху белый воротник придерживал накидку из блестящей кожи в тон такому же кожаному одеянию из составных скрепленных мелким швом частей, с широким декорированным поясом.

Вообще, надо сказать, среди нарядов гостей и знати красный цвет вообще преобладал. Расшитые золотом или светлыми нитями, алые, пунцовые, бордовые, малиновые и огненно-румяные тона и их сочетания с синим, изумрудным или бурым доминировали в общей модной массе над серебристыми, как у Розенхорнов или синими да зелёными, как у Эйзенбергов.

К детским нарядам, впрочем, веяния моды особо не относились. Так, заворожено любующаяся магическими манипуляциями де Маца, маленькая Кирстен Айвель была в цельном густо-сапфировом платьице, напоминая перевёрнутый цветочек. Её светлые волосы были ровно расчёсаны на обе стороны, ровными водопадными нитями струясь вниз по щекам и ушкам, периодически подрагивая на ветерке.

Сидящий неподалёку такой же беловласый, как и его отец-лорд, Кваланар Мельнесторм уже успел изрядно помять свой сине-чёрный детский мундир, предназначенный скорее для эпатажного присутствия на балах и званых вечерах в аккуратном стоячем положении, нежели для ребячества в саду весь день напролёт.

Костюм этот всё равно был скорее шуточным, так как, естественно, ни в каком роде войск маленький мальчик, конечно же, не служил и соответствующий мундир носить попросту не мог. Времена правления Беорегарда Торнсвельда давно прошли. Но подобное было в порядке вещей, когда дело касалось костюмчиков для малышей, особенно лет до десяти. Иногда было принято устраивать целые весёлые карнавалы, когда ребят наряжали менестрелями, скоморохами, принцессами, рыцарями и всевозможными иными профессиями.

Нередко знать даже договаривалась о вечере в костюмах бедняков: мясники, цыгане, горничные, каких только костюмчиков не придумывали. А несколько веков назад особо любящие всякие затеи лорды придумывали разыгрывать даже целые сценки и сюжеты, таким образом выводя уже существовавший жанр уличных развлекательных представлений на совершенно новый театральный уровень.

Шли годы, многие сюжеты признавались не слишком уж «детскими» либо же учить роли малышам было сложновато, и такой придворный театр стал включать в себя артистов постарше, те взрослели, становились мастерами своего дела, открывали личные сцены и заведения, развивая культуру выступления и актёрской игры.

Так и сегодня, ещё до уличных гуляний в саду, в замке Олмара для принцессы и гостей было разыграно несколько сказочных сюжетов: про говорящего гуся, исполняющую желания рыбёшку и совсем уж поучительную историю для малышей о лесной ведьме и послушании. Большинству все эти выступления понравились, но вот изменнице хотелось бы чего-то более романтического.

В её честь, в этот весенний день Крумвельский Сад был приукрашен ещё более эффектно и ярко, чем обычно это бывало. Четырнадцатилетие дочери короля отмечали с размахом. Днём были и дрессированные животные, и привезённые семьёй Лекки жонглёры факелами, несколько пиров — один снаружи замка, небольшой, для затравки аппетита, основной уже внутри, и вот недавний вечерний здесь, в саду, накрытые столы от которого в верховьях, недалеко от входа, по-прежнему могли содержать то, что ещё осталось и не было съедено.

Анна и Фред на волшебное представление Вермиллиона смотрели не с таким интересом, как младшие дети, а подошедший к ним Джеймс и вовсе не остался ни у скамейки, ни возле ярких фокусов де Маца, а направился по другую сторону фонтана, где на поляне, стоя к остальным спиной, оживлённо беседовали другие ребятишки.

Двое рыженьких, разодетых в тон волос броские и полосатые костюмчики, были Фабиосом и Миленой из рода Ферро, довольно сильно одарёнными в навыках магии огня. Близнецами брат и сестра не были, мальчик был почти на год старше, но они, однако же, были весьма похожи меж собой, имели идентичные лазурные глаза и сейчас носили на больших пальцах правых рук даже одинаковые вытянутые кольца из золота с крупным ромбовидным рубином, окружённым маленькими гранёнными гранатами. И больше всего на свете любили о чём-нибудь спорить, состязаться и соревноваться друг с другом, выяснять, кто лучше. Кто первый поест за столом, кто первый куда-то добежит, кто осмелиться коснуться какого-нибудь жучка или паучка, залезшего в дом и в руке вынести на улицу или там, выпустить-выбросить из окошка. В общем, с Гвен и Горацием Виалант такие легчайшим образом находили общий язык.

Их родители Альберто и Камила были как раз из тех, кто стремиться сыграть свадьбу своих детей быстро и выгодно. Они пытались договориться уже со знатными родами, заранее заключив союз на будущую женитьбу и замужество, но получали вежливый отказ. Не в силу возраста пока ещё юных волшебников, а с просьбой повременить со свадьбами обоих, пока те не завершат обучение стихийным премудростям в Ордене Пламени.

Единственное что — над предложением руки Милене размышлял Ричард Аркхарт, который как раз был сейчас с ними, в свои пятнадцать, будучи к тому же после смерти отца Веринга, бывшего короля, уже самостоятельным герцогом своих земель, вполне мог жениться и даже заключить заранее подобный договор с семьёй Ферро. Пожалуй, один из немногих, если не единственный сегодня, разодетый в белое. Его эффектный атласный фрак с серебристыми пуговицами и такие же с широкой прошивкой лампасы резко выделяли его на фоне остальных.

Каких-то ярких чувств к Милене у него не было, но он находил её посимпатичнее многих остальных юных леди своего общества. К тому же считал чародейку огня хорошей стратегической пассией, в то время, как, например, дочки Мейбери и Виалантов ему казались не слишком подходящей кандидатурой, а сблизиться получше с сегодняшней именинницей как-то не получалось. Дайнеры с Аркхартами вообще обычно не ладили, но у него был шанс всё исправить, показать, что он не такой, как родители, вот только какого-то подходящего повода не было.

Гвендалин, дочь Дианы и Ролана, тоже была здесь, кстати, присутствовала, выделяясь в золотистом платье пот тон глаз с пухом на плечах и у воротника. В свои девять она была молчаливой и скромной девочкой, предпочитающей свои мысли оставлять при себе, но воспитанной с высоким самомнением и любящей на манер отца бросать какие-нибудь вызовы и проверки окружающим. Не совсем пари или споры на что-то, это больше походило на вызов или даже подстрекательство в духе «а ты не сможешь тайком испить из чаши короля» или там «а ты не словишь вон ту бабочку» в зависимости от места и ситуации.

Но строить глазки и провоцировать на участие в таких действиях она уже умела, не раз заставляя попадать в неприятности и своего братца Горация, сейчас стоящего рядом в шляпке горчичного цвета, и других мальчишек, в том числе и Джеймса, успевшего подойти сейчас сюда на оживлённые детские голоса.

Кроме Ферро и Виалантов здесь была миленькая брюнетка Нора Лендридж и увязавшийся за ней, словно влюбленный, Колин Стерн. Присматривавший за сиротой маг-наставник сейчас где-то вдалеке у высоких кустарников общался с некоторыми членами Высшего Совета, похоже, что набиваясь туда или хотя бы предлагая тем поразмышлять над представительством Академии Гор Вечной Зимы из Астелии, раз уж главы Стихийных Гильдий теперь там активно заседают.