Чтение онлайн

— Хорошая попытка, Эверсон, но это не от "Джиллетта".

— Вообще-то, опасная бритва. Ничего общего с оригиналом, пока она не решит разрезать тебя на части. Я не смог остановить кровотечение из раны, поэтому и опоздал. Мне очень жаль. Я должен был позвонить.

Ложь поверх лжи. Отличный способ завязать отношения.

— Я просто рада, что у тебя все получилось — Кэролайн перестала внимательно рассматривать рану и взяла меня за руку. Вместе мы оглядели толпу сверхбогатых людей — Я всегда чувствую себя как рыба, вытащенная из воды, когда вижу такие вещи.

— Я думал, это твои люди — поддразнил я.

— По доверенности — ответила она — Но если мне придется выслушивать, как еще один человек жалуется на налоговое бремя владения вторым домом в Хэмптоне или, не дай Бог, итальянской виллой, я разорву себе барабанные перепонки ложечкой для икры.

— Ой.

Я взял с подноса проходившего мимо человека два бокала с шампанским и протянул один Кэролайн. С улыбкой, от которой у нее расслабились плечи, она чокнулась со мной бокалом, и мы пригубили. Местом проведения был пентхаус богатого нью-йоркского застройщика, а мероприятие было посвящено сбору средств для мэра Лоудера или "Баджа", для большинства жителей Нью-Йорка, который собирался переизбираться осенью. Кэролайн не принадлежала ни к состоятельным, ни к политическим кругам. её отец работал адвокатом в мэрии, и она была здесь сегодня вечером в его отсутствие хотя, вероятно, также для того, чтобы освежить свои контакты. Я предположил, что это связано с тем, что она является выдающимся экспертом по городским делам.

Когда я оглянулся, она допила шампанское и передала бокал официанту в белой куртке. Казалось, она собралась с духом, прежде чем повернуться ко мне лицом.

— Секрет общения — советовала она — в том, чтобы постоянно двигаться, как будто у тебя есть какое-то место, куда ты твердо намерен попасть.

Я проследил за её взглядом, направленным на галерею второго этажа.

— Если мы сможем подняться наверх, там есть балкон с потрясающим видом на Центральный парк. Мы выйдем, чтобы перевести дух.

— Звучит как план.

И тогда я решил, что расскажу ей правду о том, кто я такой. Я не мог продолжать скрывать вторую половину своей жизни. Нет, здесь не на что смотреть. Была большая вероятность, что она отвергнет правду, отвергнет меня, но я не собирался больше лгать ей.

— Готов? — спросила она, когда я отставил свой бокал.

Мое сердце билось, как барабан.

— Давай пообщаемся.

Кэролайн кивнула и направилась к толпе. Я последовал за ней, положив руку ей на поясницу. Несмотря на её только что высказанное нежелание изображать светскую львицу, Кэролайн была прирожденной леди. её лицо сияло, когда она обменивалась приветствиями и поцелуями, поворачивалась, чтобы представить меня, пожимала руки женщинам, шутила с мужчинами, заканчивала разговор туманными обещаниями скоро увидеться, а затем переходила к следующей группе.

Я наклонился к её уху, когда мы углубились в толпу.

— Ты уверена, что не собираешься баллотироваться в мэры?

Она повернулась ровно настолько, чтобы закатить на меня глаза.

— Кэролайн — раздался серьезный голос слева от нас. Я не сразу узнал пожилого мужчину с волосами цвета железа и густыми черными бровями. Константин Моретти, глава последней итальянской преступной семьи Нью-Йорка. Он шагнул вперед в темно-коричневом костюме в полоску, держа под руку женщину с пышными каштановыми волосами.

— Мистер Моретти — сказала Кэролайн, и улыбка погасла на её лице — Какой сюрприз.

— На секунду я подумала, что вы пройдете мимо. Каков отец, такова и дочь, я полагаю — Улыбка не коснулась его черных глаз — Вы помните мою жену, не так ли?

Кэролайн повернулась к женщине средних лет, от которой, несмотря на строгое черное платье, веяло какой-то дикостью. Она окинула Кэролайн оценивающим взглядом с оранжевыми зрачками, прежде чем протянуть руку.

— Рада снова видеть тебя, Анита — сказала Кэролайн.

Анита кивнула и взяла Кэролайн за руку, её ноздри раздулись.

— Так что же нужно сделать, чтобы твой старик перезвонил мне? — спросил мистер Моретти.

Шея Кэролайн напряглась.

— Вы спрашиваете не того человека.

Мистер Моретти огляделся.

— Он здесь?

— Нет. Он... он плохо себя чувствовал.

— Может быть, вы сможете передать ему сообщение?

— Я не его автоответчик.

Мистер Моретти сверкнул еще одной недоброй улыбкой.

— Расслабься. Я просто хотел сказать, что, если ему что-нибудь понадобится, обязательно дай мне знать. Мы с твоим стариком выросли в одном районе. Он когда-нибудь упоминал об этом? Нет причин, по которым старые соседи не могли бы время от времени подбадривать друг друга, верно?

— Я могу вспомнить несколько — пробормотала Кэролайн.

— В любом случае передайте ему привет — сказал мистер Моретти — Я позвоню ему еще раз на этой неделе.

— Спокойной ночи — сказала Кэролайн и отошла от него.

— Что все это значило? — Спросил я, когда мы оказались вне пределов слышимости.

— О, Моретти отказывается признавать, что старые времена прошли. Его семья контролировала строительство и грузоперевозки в городе. Именно так они построили свою империю. Но когда мэрия разорвала эти связи, и другие криминальные семьи стали доминировать в сфере нравов, доходы Моретти сократились.

Я понимающе кивнул.

— И он хочет получить доступ к офису мэра, чтобы попытаться возродить свой старый бизнес.

— Совершенно верно, но он лает не на то дерево. Мой отец никогда бы не стал работать с такими, как он.

Ее взгляд скользнул мимо меня и посуровел. Она изменила курс, как будто пытаясь скрыться из виду.

Я оглянулся, ожидая увидеть, что Моретти следует за нами по пятам. Вместо него выделялся другой мужчина, в основном благодаря своему высокому росту, широкоплечему телосложению и, да, потрясающей внешности. Его медные волосы и лицо, словно высеченное из камня, были бы уместны в мужском фитнес-журнале. Несмотря на то, что он был занят разговором, он явно наблюдал за нами или, по крайней мере, за Кэролайн.

Старая любовь? Подумал я, и узел ревности скрутил мои внутренности.

Кэролайн сжала мое запястье.

— Это Эверсон Крофт — сказала она.

Я растерянно обернулся и чуть не уронил трость. Я стоял перед улыбающимся мэром Бадж Лоудером и его женой Пенни. Я, конечно, видел и по телевизору, и в газетах, но никогда не видел лично.

Бадж схватил меня за руку и начал растирать.

— Что ты на это скажешь, Эверсон?

Несмотря на то, что Баджу Лоудеру было далеко за пятьдесят, он выглядел по-мальчишески. Это было сочетание мешковатого смокинга, круглолицего лица и темных кудрей, которые он то и дело зачесывал пальцами, чтобы они не падали на круглые очки. Вид у меня был почти комичный, но я вспомнил, как Кэролайн однажды сказала, что только дурак будет судить о мужчине по внешности.

— Для меня большая честь познакомиться с вами — сказал я.

— Эй, когда ты появляешься с таким сногсшибательным результатом — ответил мэр, кивнув в сторону Кэролайн — это большая честь для меня.

Он хлопнул меня по плечу и разразился искренним смехом, от которого мне сразу стало легче.

— Веди себя прилично — сказала Кэролайн мэру, неодобрительно нахмурившись — Эверсон, мой коллега.

— О, да? В Мидтаунском колледже? — Словно кто-то щелкнул выключателем, и Бадж из приятеля по бару превратился в трезвого дядюшку, в его больших карих глазах появился интерес. Когда Кэролайн завела разговор с женой мэра, мэр придвинулся ко мне поближе — Чему вы учите?