Чтение онлайн

– Уходите отсюда, - хрипло шепнул я. Может, хоть Цербер не утратил разум в пылу схватки?

– Где другие оборотни?
– спросил он, хотя должен был без разговоров уносить ноги, прихватив с собой остальных товарищей.

Я чуть не ответил ему так же, как Реджинальду. Дома!

– Не знаю, - буркнул я.
– Их и не должно быть здесь... Охотников, кстати, тоже не должно быть. Вам их не одолеть.

Он приоткрыл рот, намереваясь возразить что-то, но промолчал. Возможно, собирался указать на то, что на Охотничьей стороне сражается Вервольф, но вовремя вспомнил про клеймо. Я не тешил себя иллюзиями, знал, что Реджинальд не потерпит того, чтоб оборотень уничтожил вампирскую армию. Он находится во власти шока, и лишь поэтому до сих пор молчит. Когда первое изумление отступит, люди, несомненно, потеряют в моем лице помощника.

– Остановись!
– рявкнул голос, будто грянул гром. Состояние ступора, в котором пребывал глава Носферату, завершилось взрывом ярости.
– Подойди ко мне.

Резко развернувшись и подавив вырывавшееся из груди дикое рычание, я направился к вампиру, позвавшему меня. Ноги сами несли вперед, а я не противился. Зачем? Некоторые пустяки не стоят сопротивления, так что иногда разумнее подчиниться. Я подошел, словно провинившийся ученик, вызванный в кабинет директора. Хотелось, с присущей графу Содзмену дерзостью, спросить, чего упырю от меня надо. Слова уже готовы были сорваться, как вдруг вампир ударил меня. Голова покачнулась, хотя сам я твердо стоял на ногах.

– Спрячь когти, - спокойно, но требовательно проговорил Реджинальд.

Этими когтями следовало снести голову упырю - я мечтал с силой полоснуть острыми, как наточенная бритва, клинками по его горлу, расколоть вдребезги это каменное и одновременно с тем хрупкое тело. Желание по-прежнему оставалось неосуществимым. Когти Вервольфа исчезли, будто их и не существовало. Пользуясь тем, что заклейменный оборотень не может ему навредить, вампир со всей силы толкнул меня к стене, где я прежде стоял, обездвиженный его приказом. Под подошвами ботинок хрустнула кафельная крошка, и я прислонился к холодной, кое-где расцарапанной плитке.

– Сядь, псина!
– зло выкрикнул кровопийца, и я снова беспрекословно подчинился. Медленно сполз на пол. Разумеется, у меня была альтернатива. Я мог корчиться от адской боли на том же полу, или же выполнить приказ. Я предпочел второй вариант. Из двух зол, как водится, выбирают меньшее.

Шум битвы понемногу затихал. Я слышал удаляющиеся шаги - кто-то поспешно убегал. Конечно! Охотники, заметив, что потеряли главного бойца - оборотня, поторопились ретироваться. Давно пора! Кое-кто из вампиров помчался вдогонку, но большинство остались поблизости. В конце концов, Реджинальд не давал им указаний относительно преследования. И хотя я чувствовал присутствие пиявок, зал тем не менее опустел. Я вздохнул: не то устало, не то облегченно. Хорошо, что глава клана позволил мне утолить жажду крови - хищник успокоился и не рвался в бой.

Реджинальд подошел и присел рядом. Он смерил меня взором, полным ненависти, к которой примешивалась толика пренебрежения. Несмотря на то, что я неоднократно доказывал силу и присутствие личной воли, вампир считал меня покорным, безропотным псом. Так сложилось, наверное, потому что моя попытка зарезать вампира завершилась полным крахом. Да и вера в собственное могущество оказалась в нем слишком высока. Он пробормотал, задумчиво глядя на меня:

– Ты проиграл. Ты либо убьешь друзей, либо погибнешь. Скорее всего, я не стану тратить время на покорение твоей стаи, а попросту прикажу тебе разорвать твоих товарищей-оборотней.

Я подумал о друзьях. Почему Цербер спросил о них? Они что, собирались появиться тут? Сэм собирается прийти?! Я вспомнил именно о Лютиче, поскольку только Сэм, кажется, общается с Цербером. Почему меня не посвятили в свои планы? Не доверяют тому, кого заклеймили. Что ж, их опасения можно понять. Они, вероятно, тоже считают меня прирученным псом.

Не буду распинаться перед пиявкой, решил я, и объяснять, как он неправ. Я и пальцем не трону никого из друзей, даже если противоборство будет грозить мне самыми жестокими пытками, которые могут существовать во вселенной. А еще я не проиграл. Даже если погибну в этой войне, я всё равно окажусь победителем, потому что моя воля до конца останется при мне. Для всех, моих друзей и врагов, воли Эллиота Содзмена давно не существовало. Только я знал правду: даже с клеймом я способен принимать собственные решения. Кажется, я уже доказал, что могу сражаться с вампирами, как прежде. Я не сообщил всё это главе Носферату потому только, что не собирался больше разговаривать с ним.

Нас привлек шум. Это было похоже на борьбу: удары о камень и тихое сопение. Вампир и человек. Дверь, ведущая из зала в темноту туннелей, была приоткрыта, и мы оба машинально взглянули на нее. Реджинальд поднялся. Он тоже ждал чьего-то появления и, кажется, был слегка взволнован. Можно было подумать, что вернулись Охотники, но запах за дверью был чистым и без примесей. Это был человек, но я сильно сомневался, что вернулся Цербер.

Пошатываясь, в зал ввалился вампир. Он выпучил покрасневшие глаза, но на нас внимания не обращал - смотрел лишь на дверной проем, из которого появился секунду назад. В нос ударил едкий запах бензина. Следом за вампиром в помещение шагнула девушка. Чиркнула спичка, взвился огонек. Через мгновение маленькое пламя превратилось в огромный пожар, охвативший ошалелого кровопийцу. Смрад разнесся по залу, вызывая приступ тошноты. Но столь чувствительным к запаху оказался только я, а девушка улыбалась, будто рядом с ней не горело гниющее болото. Реджинальд тоже уставился на девушку, а огненный столб не удостаивал вниманием.

Она всегда отличалась весельем и жизнерадостностью, так что было бы даже странно увидеть ее опечаленной и озабоченной. Кучерявые волосы она на сей раз предусмотрительно собрала в тугой узел на затылке. Я не поверил своим глазам. Это была девушка, которую Бекки оставила мертвой в квартире! По крайней мере, все считали ее погибшей. Видимо, и вампиры, и Ребекка ошиблись. Сейчас в подземке была Глэдис, и она только что доказала, что слух о ее безвременной кончине был сильно преувеличен.

– И это вся твоя охрана?!
– удивилась девушка, обращаясь к вампиру.
– Привет, Эл.
– Я не мог и слова в ответ вымолвить. Только таращился на нее с глупым видом.

– Сейчас все без разбора идут в Охотники, - презрительно сказал вампир.

– Я не Охотник.
– Глэдис качнула головой.
– Я лишь посвященная во многие тайны мира.

– А теперь унесешь эти тайны в могилу!
– яростно воскликнул Реджинальд.

Он шагнул к ней. Она - навстречу. Он, угрожающе рыкнув, выпустил клыки. Она стремительно занесла руку для удара. Неужели Глэдис собиралась драться с вампиром? Я в очередной раз поразился: она всего лишь слабый человек! Реакция вампира была молниеносной - он не позволил кулаку девушки обрушиться, а перехватил и выгнул ее кисть так, что та хрустнула. Рука вряд ли оказалась сломана, но Глэдис вскрикнула. Реджинальд отпустил, одновременно отталкивая девушку. С приглушенным стоном она упала. Вампир наклонился, чтобы поднять и прикончить человека.

– Не прикасайся к ней!
– выкрикнул я, вставая на ноги. Я нарушаю приказ? Плевать на приказ, и на боль тоже.
– Не трогай ее, мерзкий упырь!

Он повернулся, медленно и в недоумении. Как его покорный пес посмел ослушаться хозяина? Он вперился в меня раскрасневшимися от гнева глазами. Теперь вампир-Крептон совсем не был похож на Конрада. Он сверлил меня испепеляющим взглядом, от которого, впрочем, не было ни жарко, ни холодно.

– Кажется, я велел тебе сидеть смирно, - тщательно проговаривая каждое слово, прошипел кровопийца.

– Чихать я хотел на твои приказы, подонок!
– яростно выпалил я.

– Так вот оно как!
– Реджинальд сурово сдвинул брови.
– Снова желаешь поспорить!

Меня внезапно пронзила уже знакомая боль, словно я выпотрошил себя своими же когтями. Я согнулся пополам, глухо зарычал, пытаясь притупить охвативший меня спазм, и припал плечом к стене, поскольку боялся свалиться наземь. Но мучение продолжалось недолго, и оно того стоило.

Глэдис, воспользовавшись тем, что вампир переключил внимание на Вервольфа, быстро поднялась и стрелой умчалась в коридор, вдоль которого располагались клетки. Почему она не побежала к выходу в метрополитен? Ах да, она ведь не могла отказаться от заранее намеченного плана! Глэдис явилась в вампирское логово с единственной целью: освободить подругу. Однако на мой субъективный взгляд, сейчас гораздо безопаснее было именно в клетке.