Чтение онлайн

– На что ты жалуешься?
– возмутился Крептон, обращаясь к Роберту.
– Тебе предоставлена возможность наглядно понаблюдать за действием новых патронов. Посмотрим, насколько эффективно твое изобретение. А может, ты и вовсе достиг желанной цели! Кажется, ты хотел найти лекарство для оборотней. Что, если ранение сделает из Вервольфа человека?

– Нет, - поникшим голосом произнес Роберт Лейн.
– Серебро не лечит ликантропию, а лишь уничтожает кровяные тельца, превращая клетки в пустоту.

– Значит, нам остается лишь зафиксировать время, за которое серебро обернет его кровь в воду.
– Крептон иронично усмехнулся. Вероятно, он имел в виду не воду, а плазму, но для меня, как не назови исходный и конечный материал, результат останется тот же.
– Может, Эл поведает, что испытывает от воздействия серебра на организм?
– Он кинул взор на меня и снова ухмыльнулся.
– Это ради науки.

– Ничего кроме разочарования, - бесцветным голосом откликнулся я. Конечно, был еще легкий холод и общая слабость, но всё это меркло перед тем чувством, что я отметил.
– До сегодняшнего дня я считал тебя хорошим парнем, Конрад.

– Да-да, - дрожа от негодования, выговорил он. Крептон вновь схватил револьвер.
– Может, всадить еще одну пулю? Так, чтобы она снесла тебе полчерепа!

В этот момент усталость взяла верх, и я смежил веки. Для меня была абсолютно непонятна причина его ярости. Я даже абсолютно уверен: что ни один оборотень ни разу не посягнул на его жизнь или на жизнь его друзей. А тот Лютич просто сбил Конрада с ног, не причинив вреда. Пусть стреляет, если хочет. Вряд ли пуля пробьет черепную кость. Если пробьет, Белле представится новый повод для возмездия. У меня не осталось сил сражаться, поскольку я даже не мог подняться на ноги.

Я видел направленный на меня револьвер перед тем, как закрыл глаза. Теперь я не ведал, что происходит, но до меня донесся грохот падающего предмета. Кто-то отнял у Охотника оружие, или Крептон решил повременить с убийством. Он не спешил увидеть меня мертвым, поскольку был совершенно убежден: яд очень скоро прикончит противника. Я тоже не знал, присутствует ли в доме хоть кто-нибудь, сомневающийся в том, что раненный оборотень - без пяти минут покойник. Сам-то я ни чуточки не сомневался.

Я не заметил, как все звуки стихли - похоже, я потерял сознание, а когда очнулся, обнаружил, что нахожусь не в гостиной, а в какой-то темной комнате. Здесь полностью отсутствовала какая-либо мебель, помещение представляло собой пустую коробку с маленьким окном под потолком. Я по-прежнему сидел на полу, не связанный как опасный пленник. Кажется, Охотники больше не считали меня бойцом. И правда, я с трудом мог шевелиться. Что уж говорить о превращении и побеге!

Спустя пять минут после того, как я пришел в себя, я услышал, что кто-то приближается. Дверь, петли которой давно не смазывали, с тихим скрипом отворилась, и в комнате появился человек. Я давно пытался запомнить и научиться распознавать запахи различных людей, но пока я мог лишь утверждать, знаю ли я этого человека, которого учуял, или нет. Всё-таки оборотни - не совсем собаки, нос которых различает миллионы нюансов и способен найти конкретного человека в толпе или на расстоянии десяти километров. Возможно, с годами обоняние становится острее. Веллинги, например, неподражаемые следопыты. Особенно, Дезире.

– Живой?
– прозвучал вопрос. Я узнал Крептона по голосу. Тут было темно, и Охотник видел еще хуже, чем я. Он спросил и тут же притих, чтобы прислушаться к дыханию пленника.

– Да.
– Мой ответ прошелестел подобно сухой листве, более глухо и хрипло, чем я предполагал. Яд продолжал оказывать губительное действие, и жизнь постепенно угасала.
– Зачем ты хочешь убить меня?

– А ты, правда, не понимаешь?!
– Конрад был изумлен до глубины души.

Я отрицательно помотал головой, потом вспомнил, что человек не видит меня, и ответил вслух:

– Разумеется, я не знаю. От того, что я Вервольф? Моя стая не причинила вреда ни одному человеку. Мы воюем лишь с вампирами.

– Моя жена!
– выкрикнул вдруг Крептон. Он сильно нервничал, и его голос дрожал, словно это он медленно таял от смертельного яда, а не я.
– Маргарет постоянно упоминает о тебе. Когда ты появляешься, смотрит только на тебя. Я не могу это терпеть!

– Ревнуешь?!
– искренне удивился я.
– Она любит только тебя, а я встречаюсь с Бекки!

– Не важно!
– яростно воскликнул Конрад.
– Когда тебя не станет, она не будет нас сравнивать.

– Это глупо.
– Я устало вздохнул и попытался встать. Почему-то ноги отказались поднимать тело, и я лишь глухо застонал, отчаявшись сдвинуться с места.

– Ты долго держишься, - заметил Крептон.
– Обычно оборотни погибают после пары-тройки часов с серебром в крови. А пуля, что сидит в тебе, вообще, усовершенствованная и должна убивать гораздо быстрее, чем ее предшественники.

– Сколько прошло времени?
– Я внезапно проявил любопытство.

– Пять часов.
– Его слегка ошарашила моя заинтересованность. Кажется, жертве должно быть безразлично, как долго организм борется с ядом - результатом всё равно станет смерть.

– Значит, скоро наступят сумерки!
– Мой голос выдал волнение.

Во мне неожиданно проснулась совесть. Я не могу умереть и оставить Охотников в неведении. Скоро к ним в дом нагрянет армия вампиров, а они даже не подготовятся к защите! Мне было плевать на Трейси и Крептона и, может, я больше не жалел Роберта Лейна. Но ведь тут еще и Маргарет! Ее гибели я однозначно не желал! А если здесь случайно окажутся посторонние люди, которые не сделали мне ничего дурного?.. Они не заслужили смерти.

– Трейси даже ставки хотел делать, - беззаботно, почти что весело, информировал меня Конрад.
– Он утверждал, что ты не протянешь и часа. Нужно было с ним спорить! Но Даг заявил, что жизнь товарища - не повод для пари. Вот зануда! Представляешь, - усмехнулся Охотник.
– Он на самом деле назвал тебя, Вервольфа, другом!

Дополнительный повод, чтобы предупредить о нападении кровопийц! Даг был одним из немногих, кого я хотел бы спасти.

– Он тоже здесь?
– спросил я.

– Да. После захода солнца отправимся на охоту. Ты, как выясняется, не годишься для объективных опытов, так что найдем других для тестирования нового оружия. Счастливо оставаться!
– Он махнул рукой на прощание, уверенный в том, что я вижу его и при скудном освещении.

– Сюда явятся вампиры!
– выпалил я так резко, что Крептон покачнулся, затормозив на полушаге.
– Армия Беллы!

Охотник повернулся, и теперь я видел его глаза. Черные и блестящие, они широко распахнулись, уставившись на меня. Его поразило заявление, сделанное противником. Кажется, по его мнению, оборотень должен ратовать за кровопийц, а не предупреждать людей об их наступлении. Как плохо он знал Вервольфов! Признаться, меня не волновало, что он думает, и я продолжил:

– Она желает отомстить Говарду и убьет каждого, кто окажется у нее на пути. Я не хочу, чтобы все в этом доме погибли. Не уходи на охоту. Останься, чтобы защищать Маргарет.