Чтение онлайн

Попробовать сбежать можно было всего раз. Либо получается, и ты бежишь как можно дальше на юг, либо люди Гига ловят и убивают. В лучшем случае. Но если и пытаться сбежать, то лишь при соблюдении некоторых обстоятельств и не сейчас. Не хотелось так рисковать. Пока. Этот шаг требовал тщательного планирования на основе любой добытой информации. Разговаривать с другими обладателями ошейников, в том числе ярко-изумрудных, не запрещалось, но внутренний голос шептал, что такие разговоры нежелательны. Люди Гига внимательно следят за самыми важными пленниками, и если они увидят, как двое или, что ещё хуже, несколько важных узников о чём-то шепчутся, то это лишь приблизит конец. Было непросто найти союзников и среди Призванных. Кто-то сочувствовал тяжёлому положению жителей, но эти Призванные, скорее всего, помогут тем, у кого бронзовые или хотя бы золотые ошейники, но никак не узникам с ярко-изумрудными ошейниками, которые живут в невероятной роскоши и под постоянным наблюдением. Да и нет гарантии, что тот, кто согласится помочь, на самом деле не будет одним из людей Гига или не захочет продать ему ценную информацию. Необходимы другие пути, иные способы сбора информации, и благо, уроки у мастера Аластара не прошли даром. Он научил не только разрушать печати, но и некоторым другим, опасным, но полезным магическим техникам.

Вспоминать одну из них пришлось по обрывкам былых воспоминаний и оставшимся записям от учителя, и лишь на теоретическую подготовку ушло чуть больше трёх месяцев. Лишь после этого всё было готово рискнуть и обраться к этой технике на практике. Она создавала между двумя точками пространства несуществующий на плане реальности мост, и он позволял подойти на другую сторону, чтобы услышать всё, что там происходит. Эту технику невозможно было обнаружить при помощи магии, но она была невероятно сложна и опасна в использовании. К тому же, мост можно было открыть не чаще, чем раз в сутки, и открывался он на короткое время. Важно было поймать нужный миг, в который Гига не просто засядет в покоях, но и озвучит что-то важное. С этим была проблема — Гига редко бывал в своих покоях, как редко общался с кем-то внутри них. Часто он использовал их как место для сна, место для работы или уединённое логово, в котором он оставался наедине со своими мыслями или завораживающе играл на лютне. Мост в зал для собраний Гига с его офицерами не протягивался. Проложить его из другой точки дворца также было нельзя, поскольку выделенные покои — это единственное спокойное место, в котором таинство можно было творить без риска быть обнаруженным. Призванные присматривают снаружи, но внутри контроля нет.

Немногие вылазки по незримому мосту ничем не закончились, но сегодня судьба решила вознаградить за труд и терпение. В покои Гига вот-вот должны были привести Призванную, которую он выкрал несколько месяцев назад и держал здесь же, во дворце, в ещё более роскошных покоях. Если уж и тратить на что ежедневную попытку, то на этот разговор.

Сигил щедро ополоснул лицо несколько раз. С подготовки прошло уже больше получаса, но казалось, что они пролетели за один миг. Шаги были более твёрдыми, но вскоре в ногах вновь будет неприятная слабость. Вернувшись в центр покоев, Сигил опустился на ковёр и подобрал под себя ноги. Ковёр был очень мягким и тактильно приятным. Сигил провёл ладонью по его поверхности и прикрыл глаза, отсекая всё посторонние мысли, как скульптор отсекает неровности от своего творения. Руки сами собой грациозно двигались в воздухе, выводя замысловатые узоры, а с губ слетали заклинания, которые словно произносил кто-то другой. Всё случилось внезапно. Темнота перед глазами стала ещё гуще, и безграничная тьма забрала в свои цепкие объятья. Вокруг не было ничего и никого, и лишь тоненький волос света под ногами вёл вперёд. Сигил отважно ступил на спасительную тропу, вкладывая в каждый шаг всю внутреннюю концентрация, магию и даже физические силы. Сигил брёл, шёл, скользил, бежал и полз по тонкому волосу, и казалось, что продолжалось так целую вечность. Наконец, бесконечная тропа закончилась. Едва Сигил ступил в точку, после которой волос обрывался во тьму, как раздался чужеродный звук: стук в дверь, настолько громкий, будто стучали прямо над правым ухом.

— Входите, — раздался несколько приглушённый, наполненный властными нотками голос.

Такое состояние позволяло уловить каждый звук. С едва лёгким скрипом входные двери мягко приоткрылись, и за ними в пустоту ворвались звуки шагов нескольких пар ног.

Иногда, в блужданиях по королевскому дворцу, удавалось пересекаться взглядом с Грати. Как и у всех Призванных, у неё не было ошейника, но сероглазая друидка с длинными волосами цвета потускневшей меди не выглядела счастливой. Она была похожа на невольную пташку, которую заперли в большой клетке. Её всегда сопровождали двое бойцов в ярко-изумрудных ошейниках. Их имена узнать не удалось, и что-то подсказывало, что это знание опасно. Им была поручена всего одна задача — присматривать за пленницей. В свою очередь, за двумя бойцами всегда следовали люди Гига. Обычно сопровождение состояло из пяти человек — два бойца ближнего боя, один лучник или арбалетчик, один волшебник и один целитель, и эта пятёрка присматривала за конвоирами девушки. Для чего нужна была такая странная цепочка, было не до конца ясно, но почему-то Призванные не могли навредить друг другу внутри дворца. Люди Гига не могли воздействовать на Грати грубой силой или магией, зато это могли сделать рождённые в этом мире, которым уже могли навредить Призванные. За счёт такой сложной цепочки девушку и удерживали во дворце. Ей выделили самую просторную и роскошную комнату дворца, вот только сбежать из этой большой клетки девушка не могла.

И всё это было необычно. Гига хоть и жесток, но без веской причины он не вредил другим Призванным. Тут же он не просто выкрал девушку с южных земель, но и заточил её. Тем важнее было подслушать их разговор. Вновь послышались шаги, но уже удаляющиеся, и дверь снова скрипнула.

— Надо же, неужели…постой, как ты себя называешь? Господин? Властитель? Доминатор? Ах да, прости, Хозяин. Неужели сам Хозяин Северных земель испугался хрупкой девушки и спрятался от неё за грудой артефактной брони?

Её голос казался острой рапирой, что безжалостно жалила врага с разных сторон, однако защита Гига оказалась крепка.

— Не зря хороший доспех называют второй кожей рыцаря. Но вообще, я только вернулся. Многие дела требуют личного присутствия, и порядок в своём доме спокойнее наводить самому.

Было непривычно слушать такого Гига. Обычно его голос был холоден и суров, но здесь он говорил более спокойно, и между слов проскальзывали даже едва уловимые тёплые нотки.

— Вот как. Я уже подумала, ты хочешь проткнуть меня этим жутким рогатым шлемом. Что-то ты нетороплив, ведь сколько месяцев уже прошло. Или всё настолько плохо? Не было даже минутки поговорить с той, кого ты выкрал, держа не только в неволе, но и в неведении? Разочаровываешь меня, Хозяин.

Последние слова Грати настолько были наполнены ядом, что казалось, ещё немного, и он просочится в окружающую пустоту.

— Я могу повторить — многие дела требовали личного присутствия, — Гига словно принял мощное противоядие. — Ты неглупая девушка, и должна понимать, что для создания сложной системы, которая не обрушится от любой мелочи, требуется время. Много времени и ещё больше вложенных сил. Стоило подуть на старых Невозвращенцев чуть сильнее, как они рассыпались в пыль, и я не хочу повторять их судьбу.

— Как здорово. А сегодня, ни с того ни с сего, на тебя снизошло озарение, и ты вспомнил про свою пленницу? И что ты хочешь? Спросить, как у меня дела? Со лживой любезностью поинтересоваться, как со мной обращались?

— Нет, — отрезал Гига.

— А почему? Вдруг твои ручные псы ослушались приказа и были со мной не слишком нежны?

— В этих вопросах нет нужды. Я знаю, что никто к тебе и пальцем не прикасался без веской причины, как никто тебя не обидел грубым словом.

Повисло молчание, и лишь лёгкий шорох возле правого уха успокоил, что таинство не оборвалось.

— Да, ты прав, — более спокойно ответила Грати. — Со мной действительно обращались как…с королевой? В чём дело? Ты настолько запугал своих псов, что так уверен в них?

— Я уверен в железном кулаке дисциплины, — непоколебимо ответил Гига. — Вот оно, то, чем я занимался последние месяцы. На пепелище уничтоженных Невозвращенцев я создал полную их противоположность. Никакого хаоса. Никаких вольностей. Только строгая дисциплина, иерархия и беспрекословное исполнение приказов, впрочем, некоторые идеологические нотки мы сохранили и приумножили. Нас не интересуют мораль и средства — только результат. И основа этого — жёсткое соблюдение приказов вышестоящих офицеров и лично моих, слово в слово. Если я приказал не трогать тебя и относиться к тебе как к королеве, значит, так оно и будет. Тех, кто вступал к нам и не понимал эти принципы, мы воспитывали через страх и мою тяжёлую руку, но любой, у кого была хоть капля мозгов, схватывал всё на лету.

Сигил слушал, затаив и без того существующее на ином слое действительности дыхание. Гига здесь не врал. Он был строг и безжалостен, а местами его жестокость выходила за рамки, но в целом нельзя было его упрекнуть в безумии или в чём-то, что шло во вред процветанию Призванных на Северных землях. Они настолько прочно осели здесь, что казалось удивительным, что каких-то полгода назад здесь царила вполне обычная жизнь, с королём, придворными, жителями, что и подумать об ошейниках не могли. Теперь здесь были земли Призванных, и всякий, у кого была не только голова на плечах, но и готовность откинуть в сторону эмоции и частичку своей доброты, добивался хороших высот при новых порядках. Поток желающих примкнуть Гига не ослабевал, и особенно хорошо ручеёк тёк с юга, где королева Трелорин, по слухам, придерживалась совершенно других взглядов.

— Ну…что ты хочешь услышать? Молодец, вместо одной кучки психов создал другую, более сильную. Но к чему такая забота? Давай честно — красавицей, ради которой в древности развязывали войны, меня не назвать. Я и знать тебя не знаю, даже лица твоего ни разу не видела, разве что ник кажется немного знакомым. Ради чего всё это?

Раздался лёгкий шорох, а за ним столь же лёгкий стук, словно что-то поставили на стол или другую поверхность.

— А так узнаёшь? — спросил Гига, и голос его был чуть другим, не таким приглушённым.