Чтение онлайн

Парни обменялись ещё более долгим взглядом.

— Ну а что, я не против, — наконец ответил Шрам. В его руке появился новый меч. Фламберг без Синхронизатора был слишком слаб, так что для боя требовалось другое оружие. Новый клинок был чуть длиннее, с прямым узким лезвием, по которому скользила лёгкая рябь — будто мерцание далёкой звезды. — Только чур весь фокус на меня. Опишешь потом, как старина Шрам в одиночку держал удар и кромсал чудище на ленточки.

— Аргеннар, только держитесь подальше от схватки, — предупредил Тад. — Я буду страховать Вилку и следить за собой. Распыляться на третьего не стану.

— О, обо мне не беспокойтесь, — мягко улыбнулся Аргеннар. — Я веду хроники с четырнадцати лет. Повидал десятки битв и осад, порой чудом оставаясь невредимым. Есть у меня своего рода чутьё, которое всегда подсказывает, где самое безопасное место. А если станет совсем жарко, то у меня есть пара хитростей в рукаве.

Казалось, эти слова успокоили парней.

— Ладно, двинули! — поторопил всех Шрам и, взмахнув клинком, первым направился к расщелине, ведущей вниз.

Первую часть пути они шли по знакомой дороге — той самой, по которой недавно выступал Альянс к Пепельному гнезду. Широкий тракт петлял между холмами и лесами, но у Расколотого камня, где основная дорога сворачивала направо, Шрам свернул на едва заметную тропу, уходящую влево.

Тропа была плохо утоптана, и путешествовали по ней явно нечасто. Воздух был влажным и пах прелой листвой, а кроны огромных деревьев смыкались над головой, погружая тропу в приятный сумрак. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь плотный зелёный свод, ложась на землю редкими, дрожащими пятнами.

Шрам и Тад шли впереди, о чём-то негромко переговариваясь. Вилл не мог разобрать слов, да и не хотел подслушивать беседу товарищей. Аргеннар держался рядом. Он прижимал к груди свою книгу так крепко, словно боялся, что кто-то попытается её отнять. Целитель всю дорогу шёл молча и внимательно смотрел по сторонам. Казалось, он сверял нынешнюю картину с тем, что видел столетие назад.

Спустя полчаса дороги тропа вывела их к странной поляне. Она напоминала плешивую голову: островки хилой, выцветшей зелени соседствовали с выжженной голой землёй.

— Ну что, пришли, — Шрам убрал меч за спину и обернулся к группе. — План не забыли?

— А что тут забывать? — с иронией отозвался Вилл. — Ты бьёшь босса. Я держусь на расстоянии, лечу и снимаю дебафы. Ещё дальше стоит Тад, который делает то же самое для меня и для себя. А в самом дальнем углу — Аргеннар, который записывает в хроники подвиги великого Шрама.

На рассечённом шрамом лице стража мелькнул хищный оскал.

— Лучше тебе отойти ещё дальше, — строго бросил Тад, глядя на Аргеннара.

Тот молча кивнул. В его руках появился небольшой блокнот в потёртом переплёте — исключительно для отвода глаз. После битвы Шрам явно попросит посмотреть на записи, поэтому у Аргеннара будет своя работа.

Шрам неспешно двинулся к центру «лысины». По выжженной земле были разбросаны кости — от мелких птичьих косточек до массивных бедренных костей, явно принадлежавших чему-то крупнее человека. Некоторые были обглоданы дочиста, другие всё ещё несли на себе клочья почерневшей плоти.

В правой руке стража материализовался Призывной ключ — особый предмет, который для каждого призывного босса он был своим. Для этого он выглядел как огромный, почерневший ломоть мяса на ржавой цепи. Даже на расстоянии ощущался тошнотворный запах падали. Поморщившись, Вилл открыл системный прицел и оценил расстояние. Если босс появится прямо среди груды костей, лучше отступить ещё метров на пять.

Начался разбаф. Вилл поймал на себе завистливый взгляд Тада — Перерождение позволяло накладывать все благословения целителя одним действием. Для обычного хила, вынужденного активировать каждый баф отдельно, это была недостижимая роскошь. Вне боя разница была терпимой, но в разгар схватки возможность мгновенно обновить все усиления могла решить исход битвы.

Вскоре к стандартным иконкам бафов добавились временные значки от зелий и свитков, купленных в сокровищнице.

— Спасибо, — поблагодарил Тад, принимая несколько расходников.

Жадничать не было смысла. Как целителю в тяжёлой броне, Таду пригодится любой бонус к силе лечения, пусть даже по иронии игровой механики прирост от этих зелий для него был самым минимальным.

Аргеннар уже полностью вошёл в роль. Его перо быстро скользило по страницам блокнота. Вилл усмехнулся про себя. Наверняка эти пометки имели двойное дно, и за хвалебной одой Шраму скрывался анализ «боевой системы» Призванных.

— Долго ещё? — нетерпеливо спросил Вилл.

Таймеры на иконках усилений просели уже на две минуты. Шрам не ответил, лишь отмахнулся. Вокруг себя он разложил несколько ритуальных компонентов: большие вытянутые клыки, маленький чёрный мешочек и засохшие хвосты. Остриём ритуального ножа он чертил на выжженной земле сложный узор — несколько пентаграмм, наложенных друг на друга под разными углами. Их центры были смещены, создавая асимметричный, хаотичный рисунок. В точке, где сходились линии трёх главных пентаграмм, покоилось гниющее мясо. От его едкой вони першило в горле.

Наконец, Шрам распрямился и вытащил меч. Стоило ему сделать два шага назад, как в ту же секунду воздух дрогнул. Пространство будто сморщилось, задрожало, искажения пробежали по выжженной земле.

Мясо на пересечении пентаграмм затрепетало, словно содрогаясь, затем вспыхнуло и рассыпалось в пыль, оставив после себя лишь мерзкий жирный след и вонь.

На миг всё стихло. А потом, будто из-под земли, вырвался глухой треск. Прямо в центре круга что-то начало шевелиться.

Сначала показались шесть тонких, изогнутых конечностей, похожих на паучьи лапы, цеплявшихся за землю крюками. Следом выползло тело — перекошенное, покрытое рваными пучками перьев и тёмным панцирем, похожим на спёкшуюся кровь. Из кривого зазубренного клюва тянулись капли ядовито-зелёной слизи. Крохотные, как у мухи, глаза дёргались в разные стороны — бездумно, но голодно, будто выбирали первую цель для атаки.

Падальщик Мёртвой Лощины (Призывной босс)

— Ты посимпатичней кого не мог призвать? — прокричал Вилл, крепко сжимая посох.

— А я думаешь… Железный заслон!

Падальщик не утруждал себя тактикой. Его логика была примитивна, как у любого обычного босса: если цель в зоне агрессии — немедленная атака. Когтистая конечность метнулась к Шраму, но в последнее мгновение сотканные из воздуха клинки — точные копии меча, что был у Шрама в руке — встали на пути атаки. Навык погасил часть урона, а Падальщик замахнулся вновь. В этот раз на пути атаки встал настоящий меч в руках Шрама, но, несмотря на «анимацию» блока, урон прошёл в полном размере — здоровье у стража просело на двадцать семь процентов. Вилл тут же залечил удар.

Шрам не соврал — бой и впрямь оказался несложным. Первые несколько минут были сумбурной мешаниной из инстинктов и адреналина, в особенности для стража, который сражался на передовой. Падальщик был огромен: его раздутое тело еле держалось на тонких паучьих лапах, а редкие клочья перьев, сбившиеся в грязные комки, колыхались при каждом движении. Из-под панциря сочилась вонючая слизь, а каждая атака сопровождалась пронзительным криком, от которого хотелось зажать уши.

Шрам сперва машинально прикрывался клинком и ловко отступал при каждом размашистом ударе чудовища. Потом постепенно привык к ритму боя. Между выкриками навыков он рычал от боли — даже с защитными умениями каждый удар босса снимал ощутимый процент здоровья, но клинок всё реже напрямую вставал между ударами.