Чтение онлайн

— Почему я не мог быть тем парнем, Франкенштейном? — Салли дергает ткань своего плотного черного костюма.

— Радуйся, что Ти Джей не назначил тебя бабулей, — поддевает его Лола.

Ти Джей запрокидывает голову и хохочет.

— О, точно! Надо было! — Он указывает на другой конец зала. — Вон мама!

Не раздумывая ни секунды, он мчится к Слоан, у которой волосы заплетены в косы, как у Уэнздей Аддамс.

— Даже она смогла выбрать персонажа сама, — уныло протягивает Салли, застывая рядом со мной.

— Не кисни, дружище, — я подталкиваю его локтем. — Разве ты не пытаешься завоевать свою жену?

— Не уверен, что в этом наряде это вообще возможно, — он дергает ткань своего балахона и, тяжело вздохнув, плетется за Ти Джеем.

Прошло две недели с того дня, как мы с Лолой официально начали встречаться и ровно две недели с тех пор, как мы осквернили кабинет Брайана. Сегодня я собираюсь это отметить после вечеринки.

Только не в кабинете Брайана, потому что после того взгляда, каким он одаривал нас всю прошлую неделю, явно пытаясь разгадать, каким образом мы устроили такой разгром, мне хочется держать Лолу исключительно для себя.

Лола приходит к нам ужинать почти каждый вечер и довольно часто сама настаивает на том, чтобы готовить, за что мы все, черт возьми, ей очень благодарны. Ее полезные блюда без глютена куда вкуснее всего, что может приготовить Брайан. После ужина мы читаем Мерфи его книжку, пока он не уснет, а потом я отвожу Лолу домой и провожу с ней немного времени наедине. Мне требуется невероятное самообладание, чтобы уходить от нее каждую ночь, но я никогда не хочу, чтобы Мерфи проснулся и не нашел меня дома.

Не то чтобы он когда-то просыпался и звал меня. Но рисковать я не стану.

Когда какой-то мальчик окликает Мерфи по имени, мой сын оживляется.

— Можно я подойду? Это Джейс.

— Конечно. Да. Иди.

Сердце сжимается, когда я вижу, как мой мальчик разговаривает с другом. А когда вокруг него собирается целая группа детей в костюмах, они все тараторят наперебой, заставляют его смеяться и улыбаться, у меня теплеет в глазах.

Я моргаю, прогоняя предательскую влагу. У него появились друзья. Свои люди.

Лола берет меня за руку и сжимает ее.

— Ты выглядишь уставшим.

Она откидывает мои волосы, временно окрашенные в глубокий черный ради роли Гомеса, и проводит пальцами по щекам.

Я утопаю в ее прикосновении.

— Просто на эмоциях, вот и все.

Это правда, но она и права — я измотан. Мы с Мерфи выходим из дома в шесть тридцать, чтобы успеть в школу вовремя, а мое желание проводить с Лолой вечера наедине оборачивается тем, что я ложусь спать далеко за полночь.

Но сказать ей этого я не могу. Если скажу, она станет настаивать, чтобы я оставался дома, а я даже думать об этом не хочу. Мне нравится, когда она рядом. Я хочу, чтобы она всегда была рядом.

Сегодня утром моя рыбка выглядела почти так же устало, как я. Он даже не плыл, а висел в воде вверх брюхом, будто ему было лень шевелить плавниками. Я уже испугался, что что-то не так, но мои опасения рассеялись, когда я проверил его вечером: он был бодр и весел. Наверное, просто вздремнул днем. Пару часов сна и он словно новая рыбка. Цвет его чешуи стала даже ярче. Я мог поклясться, что раньше он был более синим, но сегодня оттенок явно ушел в бирюзовый.

Кто бы мог подумать, что у меня так хорошо получится заботиться о растениях и рыбках? А это важно, ведь дело по Мерфи все еще не закрыто. Мне нужны любые доказательства того, что я способен о нем заботиться.

— Ты замечательный отец, Кэл, — Лола смотрит на меня, а в ее зеленых глазах — искренность. Это самый дорогой комплимент, который я когда-либо слышал.

— Если вы закончили пожирать друг друга глазами, — вмешивается Слоан, указывая за спину, — вечеринка вон там.

Моя невестка выглядит еще более уставшей, чем я. И явно злой, хотя это и неудивительно, когда дело касается Салли. Но тот гневный взгляд, который она бросает на него, меня все же сбивает с толку. Я думал, у них вроде бы намечалось потепление.

Видимо, я слишком надеялся.

Дверь на другом конце холла закрыта, но каждый раз, когда ее открывают, оттуда доносятся громкая музыка и вспышки света.

— Ах да, думаю, миссис Аддамс и я хотели бы немного потанцевать, — я протягиваю руку Лоле, и когда она вкладывает свои пальцы в мои, вхожу в образ и целую ей костяшки пальцев, а затем двигаюсь выше по руке.

— Господи... — стонет Слоан. — Вы двое просто...

— Очаровательные, — подсказываю я.

Она качает головой.

— Великолепные, — восклицает Лола, улыбаясь так, что сияет весь зал.

Слоан закатывает глаза.

— Раздражающие, — бурчит Салли, снова возясь со своей лысой накладкой.

— Наконец-то хоть в чем-то мы согласны, — Слоан указывает на него пальцем. Вздыхает, качая головой. — Простите, я веду себя как стерва.

— Да уж, — подтверждает Лола.

Слоан встряхивает руками и подпрыгивает на носочках.

— Ладно, все, хватит. Пойдем найдем что-нибудь сладкое, может, это поможет.

Она берет Лолу под руку и ведет к залу.

Мы с Салли идем следом, потому что уж чего-чего, а своих женщин мы любим до безумия.

В Великобритании Хэллоуин не отмечают так масштабно. Но родительский комитет этой школы постарался на славу. В общем-то, неудивительно, хоть и банально, что именно они устроили такое пышное мероприятие.

В одном углу я замечаю экран для фильма, вокруг которого разбросаны пару десятков огромных пуфов.

— Какое кино показывают?

— «Фокус-покус», — отвечает Лола. — Обожаю его.

Слоан кивает.

— Отличный фильм.

— А о чем он? — я засовываю руки в карманы брюк и наблюдаю за происходящим на экране. Герои находятся на вечеринке, очень похожей на ту, что проходит здесь. И музыка у них явно лучше, чем у нас.

Лола пожимает плечами.

— Там три ведьмы. Все начинается где-то сто лет назад, когда их повесили за убийство ребенка.

Салли издает неразборчивое ругательство.

— Это же не для детей!

— Это Диснеевский фильм, — Слоан отмахивается.