Кто твой папочка
Шрифт:
— Спасибо.
— Все, что угодно, — это одно слово звучит как клятва.
— А вдруг ты сможешь избавить меня еще и от ужина? — спрашиваю я с надеждой.
— Вряд ли, — он чмокает меня в губы и отстраняется. — Но если ты не против, чтобы Мерфи пошел с нами, мы можем присоединиться.
Очень заманчиво, но Мерфи, скорее всего, умрет от скуки.
— Парней сегодня вечером не будет дома?
— Салли едет в город на встречу с терапевтом Ти Джея, а у Брайана ужин с Беркширами.
Я тяжело вздыхаю. Ненавижу тащить Мерфи куда-то, но не могу отрицать, что хочу, чтобы они были рядом.
— Если Мерфи будет не против, я бы очень хотела, чтобы вы пришли.
Он одаривает меня своей убийственной улыбкой и произносит свою любимую фразу:
— Чего хочет Лола.
Эти слова словно проникают в меня, обвиваются вокруг моего сердца, и у меня предательски щиплет глаза, а в носу появляется характерное жжение.
Глава 39
Кэл
Я врываюсь в кабинет Брайана, прерывая какой-то телефонный звонок, и киваю в сторону кабинета Салли.
— Собрание партнеров. Срочно.
Кажется, Брайан чувствует надвигающийся крах моей психики, потому что мгновенно заканчивает разговор и отодвигает стул.
— Что случилось?
Я качаю головой, не желая говорить хоть слово, пока мы не окажемся за закрытой дверью. Только когда мы втроем оказываемся в кабинете Салли, я выдыхаю:
— Родители Лолы здесь.
Глаза Брайана мечутся между мной и дверью.
— И ты прячешься, потому что?..
— Черт возьми, я только что говорил с Лэнгфилдом, — бурчит мой брат, глядя на телефон, который только что положил.
Я упираю ладони в колени и пытаюсь вдохнуть. Думаю, я реально начинаю гипервентелировать.
— Эй, что происходит? — доносится голос Брайана, будто издалека, потому что в ушах у меня стоит звон.
— Воды, — сиплю я, хватаясь за горло.
— Черт, — Салли вскакивает и сует мне под нос бутылку. Я подозрительно на нее смотрю, а потом все же хватаю, когда понимаю, что она запечатана. Руки трясутся, пока я залпом выпиваю половину.
— Черт — что? — спрашивает Брайан. — О боже, ты уже успел сделать что-то, чтобы ее обидеть? Я же тебя предупреждал.
Салли усмехается и поднимает руку.
— Спокойно, это не то.
— Так кто-нибудь мне скажет, что происходит?
Я закатываю глаза и пытаюсь хоть чуть-чуть расслабиться.
— Он никогда не встречался с родителями девушки, — с насмешкой поясняет Салли.
— Правда? — Брайан смотрит на меня, будто это невозможно.
— Я не встречаюсь. Я не... — я отчаянно машу руками. — Не делаю такого!
— Понятно, — протягивает Брайан медленно, с таким осуждением, что хочется сквозь землю провалиться.
— И это не просто девушка, — говорю я. — Это Лола. Она пригласила меня и моего сына поужинать с ее родителями.
У Брайана округляются глаза.
— Серьезно? Это не похоже на Лолу. Она... — он резко обрывает себя, понимая. — Ни хрена себе. Так это ты тот самый парень!
Я жалко киваю, потому что да, это я. Каким-то чудом, каким-то гребаным образом, я добился того, что эта девушка — та, что всегда всех отталкивает, даже меня — не только согласилась быть моей девушкой, но и ищет у меня поддержки, даже когда рядом ее родители. Она пригласила нас на ужин. Это огромный шаг. Да, для кого-то такие вещи ничего не значат, но только не для Лолы.
— Так что мне делать?
Салли пожимает плечами и, сунув руки в карманы, опирается о стол, изучающе глядя на меня.
— Что — что тебе делать? Просто идешь на ужин. Очаровываешь их, как ты умеешь очаровывать всех. Если кто и справится с этим, то только ты.
Брайан кивает.
— Честно говоря, это как раз твое амплуа. Не понимаю, чего ты боишься. К тому же, ее родители простые, легкие на подъем. Они тебя всегда любили.
Я стискиваю зубы. Для меня этого недостаточно. Я хочу, чтобы все прошло идеально.
Салли отталкивается от стола и похлопывает меня по спине.
— У тебя все получится. Слушай, даже родители Слоан меня любили. Так что у тебя все в кармане.
— Только вот Слоан ненавидит своих родителей. Много пользы тебе это принесло, да?
Салли снова опирается на стол, но уже без энтузиазма.
— Понятия не имею, что теперь делать. Кажется, она полностью меня отрезала.
Я тяжело сглатываю. Мне это совсем не нравится. Но сейчас я могу справляться только с одним семейным кризисом за раз. И мой приоритет — сделать так, чтобы Лола сегодня чувствовала себя хорошо, чтобы ее семья относилась к ней с уважением. А уже потом я помогу Салли.
— Я правда ценю, что ты согласился, — говорит Лола Мерфи. Мы сидим за столиком, ждем ее родителей, которые, естественно, опаздывают.
Мерфи пожимает плечами.
— Кэл сказал, что я могу заказать что угодно. А ты все не перестаешь говорить про стейк в этом месте, так что я выберу самый большой, — он кивает на блюдо со стейком за стеклом прямо возле нашего столика.
Я забронировал столик в «Бернсе», ведь мы с Лолой так и не дошли сюда вместе, да и, как она говорит, ей нужна доза безглютеновых дрожжей — странная у меня девушка. И еще это место идеально подходит для знакомства с родителями... если они вообще появятся.
— Даже огромный стейк не стоит того, что мне предстоит пережить из-за моих родителей, — бурчит Лола. Потом смотрит на Мерфи, словно оправдывается. — Они просто не совсем такие, как я. Их... слишком много.
Мерфи, этот маленький дьявол, ухмыляется, и черт, я горжусь тем, как сильно он сейчас похож на меня. Потом он указывает на меня.
— Мои — тоже.
Лола неожиданно громко смеется, и этот звук — самый сладкий из всех, что я слышал. И это чувство в груди... наблюдать, как они подшучивают надо мной вместе, как он только что снова назвал меня своим родителем... Да, пока я для него просто Кэл, но мы движемся в правильном направлении. Один день за раз.
Сегодня Лола распустила волосы. Она все чаще носит их так, и я без ума от этого. Не потому, что ей надо было меняться, а потому что она сама стала счастливее. И эти чертовы веснушки сводят меня с ума под мягким светом лампы над столиком.
Черт, я просто одержим ею.
— Боже, простите, что опоздали, — раздается голос ее матери у меня за спиной.
Я бросаю взгляд на Лолу, беззвучно говорю «ты справишься» и жду, пока она улыбнется, прежде чем встать. Затем поворачиваюсь и дарю ее матери свою самую обаятельную улыбку.