Чтение онлайн

Он сделал паузу, чтобы набрать воздуха для нового залпа, и Мадлон воспользовалась этим и сдержано произнесла:

— Можно, теперь я скажу? Я тебя ни в чем не обвиняю. Думаю, ты поступил единственно верным способом.

Ник подозрительно смотрел на нее.

— То есть ты на меня не злишься?

— Нет. Наверное, ты прав, я бы сделала так же.

— Ну ладно, — неуверенно сказал Ник. — Я рад, если так… Пойдем тогда ужинать, что ли…

По дороге к столовой Мадлон вспомнила:

— Слушай, а Веру достали из-под обвала?

— Да, мы утром летали. Как говорится: лагерь, выходи встречать обломки.

— Она сильно повреждена?

— Все всмятку, — вздохнул Ник. — От головы отдельные куски остались, и все голубое вещество вытекло.

— Что-что?

— И-мозг создается на основе особого геля, это вещество имеет голубой оттенок. У нас в головах серое вещество, а у них — голубое. Очень дорогой материал, поэтому за каждым И-мозгом хорошо присматривают. Новых андроидов даже продавать не планировали, предполагалась только аренда, за большие деньги, само собой. Ну, а Вера не подлежит восстановлению.

— Странно, — вырвалось у Мадлон.

— Чего странного? — не понял Ник. — У них, конечно, кости покрепче наших, но когда сверху привалит тоннами льда…

— Я не про это. Когда я была наверху, мне показалось, что Вера выбирается из-под обвала. И голова у нее была целая, а не всмятку. А потом я слышала, как прилетел глайдер, но меня почему-то не подобрал.

— Ого, хорошие глюки ты словила, пока валялась в снегу! — хохотнул Ник. — Как она могла выбраться в таком состоянии? И никто на гору ночью не летал. Если бы летали, подобрали бы и нас с тобой. Лиза рассказывала, что когда Вера сообщила про обвал, то сперва не было свободных глайдеров, а потом началась метель и вылеты отменили. Наверх поднимался только Ларри, он шел пешком. Пойдем уже, — он потянул Мадлон за руку в столовую. — Ты из спиртного ничего с собой не привозила?.. Жаль. Все-таки последний раз тут ночуем, можно и выпить по окончанию отпуска.

На обратном пути в самолете Мадлон и Ник сидели рядом, но разговаривали мало, каждый мысленно был уже дома. Забравшись с ногами в кресло, Мадлон смотрела в темноту за иллюминатором и вспоминала, как летела в противоположном направлении неделю назад. Каких-то пять дней — и столько произошло! Ей казалось, что она провела в лагере по меньшей мере месяц. Рабочие поездки никогда не казались ей долгими — в них было много привычной рутины, менялись только места, но погулять и оглядеться зачастую не хватало времени.

Внизу лежала непроглядная тьма. Глобализация и стандартизация захватывали все крупные сферы жизни — единое мировое правительство, единый язык и валюта, единые идентификаторы личности, построенные по единому образцу мегаполисы. Они не появлялись на пустом месте, их возводили постепенно, увеличивая и перестраивая уже существующие города. В многоуровневых человеческих ульях жизнь была много легче и дешевле, сами они были проще в управлении и обеспечении, и их строили все быстрее, а люди охотно переселялись туда. Мелкие города, за исключением курортов, вскоре вымерли. Оставались, правда, подобия ранчо для самых отчаянных и богатых индивидуалистов, а в пустынях и джунглях, кажется, сохранились какие-то полудикие племена, уклад которых не изменился за последнюю тысячу лет, но это уже была экзотика. В общем за пределами мегаполисов теперь лежали Необжитые территории — огромные пустые пространства и остатки покинутых городов. Мадлон знала, что раньше в развалинах ютились те, кого не устраивала комфортная обеспеченная жизнь в ульях, но лет пятьдесят назад общины слишком расплодились, и в целях предотвращения нападений на мегаполисы, попытки захвата власти или войны поселений друг с другом была проведена большая зачистка. Людей переселили в города, а их прежние убежища частично разобрали, а остатки взорвали.

Показался город Западные Ступени — сплошной массив огней, прошитый артериями самодвижущихся дорожек и скоростных лифтов. Мягким изумрудным сиянием светился верхний ярус — зеленая зона, так называемые Висячие сады. Будь сейчас светло, Мадлон увидела бы зеркальца бассейнов перед виллами, аккуратные пруды в парках, ленты прихотливо извивающихся среди кустов ручьев, рукотворные водопады, небольшие живописные скалы — все слишком красивое, чтобы быть диким, естественным, природным. Все это радовало взгляд, но при том выглядело каким-то миниатюрным, ненастоящим. Городским. Просто примеры высококлассного ландшафтного дизайна. Иногда у Мадлон появлялась мысль обзавестись квартирой или даже домом на верхнем ярусе, так делали многие — покупали коттеджи, окруженные участками земли, и наслаждались травой под ногами на привезенной почве, журчанием искусственных ручейков и прогулками по крохотным рощицам. Некоторые даже выращивали на своих участках овощи и фрукты и называли себя сити-фермерами. Но Мадлон так и не переселилась наверх. Если уж переезжать, то лучше на Зеленое кольцо, туда, где покупают виллы и участки наиболее зажиточные семейства. Считая большой глупостью всякие народные движения типа «Новых луддитов» или «Назад, к земле», она подсознательно стремилась быть поближе к природе и подальше от людей, а на Зеленом кольце природа была почти настоящей, а людей — несравненно меньше, чем в городе.

— Ну и муравейник, да? — произнес рядом Ник. Мадлон с удивлением покосилась на него — была уверена, что тот спит. Он продолжал: — А под землей еще больше. Все эти нижние уровни — просто жуть.

— Я никогда там не была, один раз хотела сходить хотя бы до десятого минусового, но меня завернули на Нулевом.

— Зачем тебе туда понадобилось?

— Интересно.

— Нашла, чем заинтересоваться, — буркнул Ник.

Самолет шел на посадку. Легкий толчок приземления, нарастающий свист ветра за обшивкой, размытые полосы света за иллюминаторами… Движение замедлилось, пассажиры зашевелились. Усталые и бледные после ночного рейса, они переговаривались, сворачивали пледы и доставали вещи — кто самостоятельно, кто с помощью бортпроводников. Мадлон заметила номер на руке стюардессы, легонько кивнула на нее Нику и шепнула:

— Ваша?

Он бросил беглый взгляд на девушку-андроида и мотнул головой.

— Нет, это «Механические друзья». Наша корпорация скоро купит эту фирму, я думаю.

Пассажиры потянулись на выход. По закрытой трубе, обдуваемые потоками воздуха, они прошли в шум, прохладу и многолюдье зала прибытия. Багаж уже появился на ленте, Мадлон подобрала свой рюкзак, дождалась Ника, по дороге в соседний зал спросила:

— Тебя кто-нибудь встречает?

— Да, вроде собирались… Ага, вижу их! — он кого-то заприметил и торопливо похлопал Мадлон по плечу. — Ну все, я пошел, бывай. Еще увидимся, я тебе позвоню.

Она немного постояла, наблюдая, как Ник подходит к двум женщинам. Тех то и дело закрывали проходящие люди, но Мадлон все-таки разглядела, что одна — средних лет, полная и черноволосая, в броском темно-красном платье и теплой накидке, а вторая — тонкая девочка-подросток в яркой ветровке и вязаной шапочке. Должно быть, мать и сестра. Девушка радостно повисла у Ника на шее, а полная женщина, кажется, сразу стала ему за что-то выговаривать. Отвернувшись от счастливого семейства, Мадлон двинулась к знакомому спуску в подземку.

Сидя в кресле, так похожем на самолетное, и потягивая кофе, который принес механический стюард, она снова подумала про Ника. «Еще увидимся, я тебе позвоню». Значит, Ник собирается поддерживать с ней отношения — дружеские или что-то большее… Ей вспомнился короткий разговор с ним на заснеженном склоне под очень чистым горным небом. «Я тебе что, совсем не нравлюсь?». Нравился он ей? Да, пожалуй. Внешне Метени был совершенно в ее вкусе — точно таких парней она всегда выбирала себе в «Экзотических приключениях». Но сейчас это не имеет значения, потому что спать с Метени она не собирается. А кроме внешности? Ник должен быть умным — что бы там он сам про себя ни говорил, а вряд ли в «Киберспейс» стали бы держать посредственность и бездаря, пусть он и чей-то племянник.

Но почему он настолько неуверен в себе и совершенно лишен амбиций? Работает потому, что устроился, ездит в горы просто так. А этот случай на занятиях по скалолазанию! Логично было бы продолжать пытаться, а он вдруг сдался и обиделся, непонятно на что. Он как будто совсем не хочет или боится идти вперед. Если бы добавить ему уверенности, целеустремленности и амбициозности, он, наверное, мог бы добиться гораздо большего.

А ведь хорошие робототехники нужны обществу. Его дядя, скорее всего, прав, и будущее действительно за сотрудничеством людей и андроидов. Елена когда-то говорила то же самое. Значит, будущее одновременно и за такими как Ник. И тогда, если… Ну, скажем так, усовершенствовать Метени, повлиять на него, сделать его более целеустремленным, уверенным в себе и амбициозным, то это в конечном итоге принесет пользу человечеству. А это и есть цель жизни каждого: совершенствоваться самому и совершенствовать других, чтобы в конечном итоге усовершенствовать мир.