Чтение онлайн

– Верю, что деревенские так и думают, и Орёл в это верит. Простая душа.

Хоргал достал из своей куртки стеклянный пузырёк.

– Вот.

Внутри пузырька плавал какой-то комочек чёрной слизи.

– Это болотная плоть. Приносят её воды Арны и Станки. Именно она делает Арнакталь и Хегль богатыми, а Мальвикию - независимой, не сокровища. Артефакты - очень полезные предметы, но торговля ими не может быть постоянной. Сегодня они есть, а завтра их нет, и нельзя сказать, когда появятся новые. Находятся умники, бросающие в Болото, или в саму Чёрную Топь вещи, чтобы потом достать их обновлёнными. Привязывают верёвку, вбивают кол, а после нескольких дней вытаскивают. Два раза достанут играющие светом одежды, третий раз - откушенную верёвку, а в четвёртый сами пропадут.

Магистр поболтал слизь в пузырьке.

– Магам артефакты очень нужны. Зачарования на них легко ложатся. Демоны их любят, многие ритуалы без болотных сокровищ не провести. Но изменённые вещи, животные и растения - диковины и редкости. Кто только не пытался поставить это дело на широкую ногу, да ничего не вышло.

Хоргал развязал один из кошельков, вытащил кусочек сахара и капнул на него из пузырька. За пару минут сахар полностью почернел и начал собираться в плотный шарик.

– Болотная плоть превращает многие обычные вещи в необычные. Каменная соль обретает свойство предохранять пищу от порчи, дерево перестаёт гнить, одежда не мокнет под дождём. Лучшие лекарства - из болотной плоти, сильнейшие яды - из болотной плоти. В Арнактале и в Хегле целые кварталы сборщиков и алхимиков. А уж какие чудеса творят с ней демоны!

Чародей снова развернул карту.

– Даклиты, скомптоны и веджи давно победили бы каалри, если бы не сила Болота.

Мне стало интересно.

– Если они так могущественны, что же они не захватят Болотный Край себе?

– Империя Скомптонов несколько раз пыталась. Несколько капель болотного яда, и колодец отравлен, да так отравлен, что местным ничего не грозит, а войско скомптонов начинает губить чума. Капля огненного зелья на наконечник стрелы, и железо горит, сыпля искрами от которых вспыхивает и мокрая ткань, и кожа. У Его Величества много разных средств запасено.

Малонаселённый край в моём представлении быстро набирал очки, но я всё ещё не понимал: как я со всем этим связан?

Маг улыбнулся.

– Ты угодил в самый неподходящий момент в большую политику. После смерти Хифуса Вепря герцогство достанется первому принцу. Он станет новым хозяином Болотного Края и господином Арнакталя. Хегль подчиняется короне, как и Орёл. Если же Орёл вернёт себе Хегль, то обретёт слишком много силы. Не случайно же он лишился города! Викор Орёл слишком самоуверенный и боевитый. Ему кажется, что стоит подкопить сил, как город к нему вернётся. На самом деле Его Величеству нужен контроль и над одним из двух источников болотной плоти, и над границей с Болотом. Усиливать ни принца, ни Орла он не намерен.

Магист Хоргал собрал вещи, оставив на столике шарик и карту.

– Твой случай - это прекрасная возможность для герцога. Он может разгромить Орла, или захватить Хегль. При удаче - и то, и другое. Хифус не может передать герцогскую корону наследнику, и ему остаётся только покрыть себя неувядающей славой. Скоро в бою сойдутся два упрямца, и оба будут лишь фигурами в политической игре столицы. Совет не рискнёт вмешиваться в такие дела. Снадобье - мой подарок. Оно защитит тебя от любого яда. Если сможешь обрести демона, то Совет тебя поддержит.

Волшебник встал, хлопнул в ладоши и попрощался. Передо мной лежали глянцевый чёрный шарик и целый мир, помещённый на бумагу. Я немного помедитировал над ними и ушёл к себе. Одна возможность закрылась, оставалась другая. В ближайшие дни мне предстояло договориться с бургомистром Хегля и создать все требуемые условия для побега. Охота казалась удобным вариантом, но меня никогда не оставляли одного. Всё время вне замка я находился под надзором. Следующие дни пронеслись галопом, я проводил на охоте дни и ночи, выматываясь физически и морально. Меня учили различать животных и растения, следы и пути. Мы ходили по обычным болотам графства, готовясь к штурму Чёрной Топи, слушали советы, отрабатывали групповые упражнения. Время сыпалось у меня меж пальцев. Прошла неделя, мы заночевали в замке, когда в мою дверь тихонько постучался Херви. Мальчик стал надёжным связным между мной и Ылгой, избавлявшим меня от необходимости проводить на кухне слишком много времени. Прибыл посланник от бургомистра.

Дни с тридцать первого по тридцать третий.

Замок Орла стал преградой только для меня. Шпионы герцога и бургомистра, короля и первого министра проникали в замок без особого труда, делали свои чёрные дела и покидали его в тот же вечер. Кто угодно мог войти и выйти, но не я. Проверить это удалось простейшим образом ещё в первые дни, отправившись погулять с младшими Орлами. Их выпустили, а меня - нет. Мой путь наружу лежал через стену, и только так.

Ылга нашла для переговоров укромное место и стала на страже. Посланец бургомистра передал письмо от начальника. Мне удалось его сохранить. Опасаясь разоблачения, он писал экивоками. В некотором смысле образец шпионской литературы.

'Дорогой братец,

спешу заверить Вас, что предложение Ваше понравилось и невесте, и её отцу. С их стороны нет никаких препятствий для брака. Невеста уже начала прихорашиваться к Вашему возвращению. Работы по дому много, но такой труд нам только в радость. Вам остаётся указать дату своего возвращения, и через пару дней все приготовления к свадьбе будут готовы.

Касательно денежного вопроса нет никаких сомнений, что Вашего наследства будет достаточно и для свадьбы, и для безбедной жизни в нашей деревне. Замечу так же, что вода Станки и правда творит чудеса, как Вы и писали, мельнику стало лучше, сейчас он вместе с плотником подбирает место для новой мельницы.

Передаю письмо с соседским мальчишкой, которому полностью доверяю. Можете обговорить с ним все забытые мною вопросы и приготовления.

Ирма.'

Соседскому мальчишке было лет сорок пять, он был честным торговцем, с негласными приработками. Ылга расставила на столе разной снеди, и случайный посетитель принял бы нас за тайных выпивох и разорителей винных подвалов графа, не более.

– Бургомистр будет рад принять у себя Меченного Хозяйками Топи.

Я немного поморщился. Меченным меня называли те, кто желал отправить назад в Топь. Если вся разница между графом, герцогом и бургомистром лишь в том, кому я буду таскать каштаны из огня, то граф выглядел не худшим вариантом.

– Бургомистр хочет, чтобы я ходил на Болота?

– Это было бы желательно, но не обязательно. Лишая графа добытчика, город защищает себя. Как мне объяснил господин Телти, у Вас в голове Хозяйки оставили ценностей не менее, чем можно добыть руками. Возможно, Вы сможете подсказывать другим добытчикам.

Осторожная сладковатая радость стала заполнять мою грудь: только бы не ошибиться. Если кто-то оценит мои знания выше способностей к ориентированию в Топи, то это успех.

– Всё упирается в деньги, не буду от Вас скрывать. Подготовка к походам, выплаты участникам, компенсации родственникам раненых и умерших - всё это расходы. Кроме того, продать артефакт за хорошую цену не просто и не быстро, а сама добыча для города незаконна. Риски, сроки и расходы. Если знания, которыми одарили Вас Хозяйки, смогут приносить больше, городу нет никакой выгоды от экспедиций.

Я решил поинтересоваться.

– О какой сумме идёт речь?

– Примерно тысяча золотых в месяц.

А у бургомистра губа не дура. Двенадцать тысяч серебром. Я даже дышать перестал. Теперь ещё одно уточнение.

– Фунтов?

– Побойтесь богов, конечно, нет. Денег.

За Ричарда Львиное Сердце император Священной Римской Империи потребовал выкуп в сто тысяч марок серебром, т. е. примерно двадцать тонн металла. Деньги и весовые единицы всегда соотносились примерно один к сотне, шатаясь в разные стороны, согласно экономической необходимости и политическому произволу. С меня требовали не две-три сотни килограмм золота в месяц, соответствовавшие нескольким тоннам серебра, а в сто раз меньше. Ещё одно уточнение.