Чтение онлайн

– Ещё месяц тренировок, и ты научишься неплохо махать деревяшкой.

Он не знал, что Литеви в принципе не признавал тренировочных мечей, полагаясь на свою реакцию, и требуя от меня того же.

Векер вёл себя столь же нагло, как и всегда:

– Деревенщина, знай своё место.

– Моё место подле ног графа.

И понимай, как знаешь. Мы с ним уже пару раз общались, после каждой беседы меня снедало желание выбить из него дурь. Иногда я стал замечать за собой совершенно детские реакции, скорее свойственные подростку, чем такой фальшивке, как я. Только человек, переживающий половое созревание по второму кругу, может оценить как тяжко мне становилось в присутствии Амаис. Она была прекрасна и умна, но её характеру позавидовал бы любой кактус. В первую неделю она просто выбирала меня мишенью своих острот. Во вторую что-то изменилось, и она стала чередовать остроты с довольно милой болтовнёй.

После завтрака, вкушаемого в одиночестве, я любил прогуляться по крепостной стене. Замок Орла выглядел неровным шестиугольником стен с башнями разной высоты и диаметра. Снаружи замок окружал глубокий ров. Вместо подъемного моста был узенький каменный мостик и караулка на другой стороне. В случае угрозы, мост успели бы разрушить: прямо над ним на стене был припасён огромный валун. Промахнуться не имелось никакой возможности, что делало штурм врат заданием для самоубийц. Разрушенный мост в считанные минуты можно было заменить временным деревянным, что хранился в замке вместе с разборными конструкциями для защиты стен. Изнутри замок был застроен и заставлен почти полностью. Деревянные сооружения разного назначения жались к каменным стенам внутреннего и внешнего дворов, оставляя пустыми совсем крошечные пятачки. В случае необходимости все внутренние строения предполагалось порубить на дрова, или взять с собой в поход. Внутренняя стена разделяла замок на две части, и лишала противника малейших шансов взять замок Орла одним штурмом без длительной осады. Последней линией обороны возвышалось центральное здание с огромной прямоугольной башней, в нём же хранились основные запасы. Замок Орла был хорошо подготовлен и для отражения штурма, и для выдерживания длительной осады. Я рассматривал замок с совершенно непредусмотренной его создателями стороны: думал, как из него сбежать и не переполошить весь гарнизон. Мои размышления прервала Амаис:

– Матушка велела позвать тебя, Инизамгор.

Хозяйка замка - это не девица с вечным вышиванием. В отсутствие мужа она вела все дела. Ещё вчера граф со старшим сыном уехал на охоту, и до его возвращения Валотия имела право казнить и миловать. С ней отношения не заладились, она пыталась изображать искреннюю приязнь, но не слишком усердно. Если младшие Орлы были ещё балбесами, подстёгиваемыми товарищами и самолюбием, то Валотия просто не желала растрачивать тепло на такое временное семейное недоразумение, как я.

Мы с Амаис болтали, и я удивлялся её любопытству. Ей явно некуда было девать энергию. Половина её сверстниц уже нянчила детей, а вторая готовилась стать матерями, но не Амаис. Её голова была занята наставлениями Эфиша, чтением, ведением хозяйства и массой других вещей, которые не должны были интересовать ни женщину, ни девушку её возраста. Признаюсь, я думал, что если найдётся на свете мужчина, способный вытерпеть уколы этой розы, то в награду он получит не только прекрасный бутон, но и золото души, скрытое в её корнях. И пока мы не дошли до комнаты Валотии, все шипы были предназначены мне.

– Инизамгор, иногда я думаю, что ты притворяешься. Ты научился читать за несколько дней, машешь мечом не хуже настоящего солдата, Эфиш постоянно пропадает с тобой и мало пьёт. Но ты не знаешь самых элементарных вещей, ты с луны свалился?

– Я ходил на Болото и потерял память.

– Знаю, но не верю. Из болот часто безумные выходят, ты не такой. Тебе прибавили ума. Если бы я верила в Хозяек, то решила бы, что ты сам один из них.

От нервного тика у меня задёргался глаз.

– Ты думай, что говоришь. Ещё ляпнешь такое при мелких.

– Векер и Даклун - два балбеса, а Хитор ещё слишком маленький. Они даже если услышат, не поймут о чём мы говорили. Считают, что я с придурью.

Амаис надулась и некоторое время шла молча.

– Будь осторожнее с Валотией. Она умнее отца, хоть и моложе, вертит им, как хочет.

– Спасибо за заботу, Амаис, но не думаю, что матушка может что-то изменить в моей жизни. Всё в руках отца.

На этой ноте меня передали с рук на руки. Валотия Орёл была занята чисто женским делом: вышивала. Приходно-расходные книги стыдливо выглядывали из-под наброшенной ткани, но я делал вид, что ничего не замечал. Матушка редко баловала меня своим вниманием, и мне следовало быть с ней очень аккуратным. Она велела слугам выйти за дверь.

– Денкель сказал, что ты делаешь успехи, Инизамгор. Это хорошо. Эфиш тоже доволен тобой.

Она дала знак подойти ближе.

– Когда ты начнёшь заниматься с главным егерем?

– Как только отец с братом вернутся с охоты.

– Очень хорошо, Инизамгор. Скажи, тебя никто не обижает?

Она искренне беспокоилась за меня.

– Нет, все добры и вежливы ко мне.

– Ты согласен помочь своему новому дому, своим родным?

– Да, конечно.

– Хорошо. Ты ведь понимаешь, что отец часто бывает занят, и если тебе что-то понадобится, приходи ко мне.

Валотия отложила вышивание и достала какую-то книгу.

– Сейчас ты начнёшь учиться у главного егеря. Отец хочет, чтобы ты сходил в Чёрную Топь. Я думаю, что тебе ещё рано так рисковать, но он не слушает. В этой книге ты найдёшь много полезного.

Она отдала книгу мне, после чего поцеловала в лоб.

– Ничего не бойся, продолжай усердно учиться, и всё будет хорошо.

– Спасибо, матушка.

Валотия проводила меня до двери, я вышел, продолжая сжимать в руках этот гадкий том. Настроение было испорчено. Стало понятно, что трёх месяцев мне не дадут, и всю подготовку надо ускорить. На кухне Ылга продолжала сыпать весёлыми историями, одарила меня парой лепёшек, и рассказала свежие сплетни. Слуги воспринимали меня, как равного, и я узнавал многое из того, о чём не подозревали Орлы. Например, я точно знал, что в замке есть лазутчик бургомистра. Слуги гадали: кто это может быть? После недолгих размышлений, я принял участие в этой охоте. В своё время я играл в одну игру, где люди должны были ловко врать и убеждать других в своей честности. Я слегка изменил правила и научил играть в неё своего приятеля Херви. Мальчик научил других, те рассказали взрослым, и вот уже третий день весь замок резался в 'Поджигателя'.

Сегодня в зале сыграют победители отборочных этапов. Странным образом, в финал попали все подозреваемые. Я подогрел интерес, выставив в качестве главного приза несколько ярких флаеров. Шпион просто не сможет упустить такую возможность заполучить 'вещь из Болота'. Приготовления были завершены, и я принялся сочинять письмо для бургомистра. Мне требовалось убедить его, что моя голова ценнее любых артефактов, но при этом не слишком подставиться. Я писал левой рукой, не упоминал ничего о себе, замке и Орле, только предлагал новый выгодный бизнес. Одновременно, я перебирал в уме возможности. Было бы хорошо построить плотину, но долго. Итоговое письмо рассказывало историю о силе воды, способной произвести настоящую революцию в кузнечном ремесле. Мелкими намёками автор давал понять, что у него ещё много интересных знаний, и если бургомистр пожелает договориться, то все эти тайны станут достоянием города Хегль.

Я успел к началу игры. Главный конюх Маати раздавал выкрашенные в чёрный деревянные таблички с ролями. Сержант Литеви взглянул на свою табличку хмыкнул, и приготовился врать. Врал он совершенно бесподобно, как умеют только прирождённые военные. Байки и острые словечки сыпались из него, как из плохо завязанного мешка с жизненным опытом. Дворецкий Клоти взглянул на свою табличку. Понять смысл выражения его лица было совершенно невозможно, если он не начинал гримасничать, придавая ему то одну, то другую эмоцию. Он неплохо изображал и мелкие детали, вроде постукивания по столу, или чесания носа и ушей. Герольд Слинти и старшая служанка Одра казались людьми простыми и искренними, но умение личных слуг хранить господские тайны развивало в них многие задатки. Конюх взял нижнюю табличку и уселся за стол к остальным. Хозяйство Маати вынуждало его регулярно врать, но не корысти для, а радея о деле. Лошадей Маати любил больше, чем людей, потому регулярно отстаивал права четвероногих в ущерб двуногим. Били его редко, а это своеобразное достижение.

– Посмотрите на эту рожу, клянусь, прошлой ночью, я увидел его из окна. Он - поджигатель!
– обвинял Литеви конюха.

– Врёте вы всё, как честный бюргер, я спал. А вот вы вечером лыка не вязали, - отбрёхивался Маати.

– Обоих бы вздёрнул, - пробормотал Слинти.

Клоти молчал, поглядывая на Одру.

Играли азартно и весело. В итоге 'поджигатель' всё же спалил весь город. Победителем вышел конюх, он заграбастал красивые бумажки и ушёл. Проигравшие получили от Ылги утешительные призы и разошлись вместе со зрителями. Я не торопясь доел очередной перекус и дождался Херви, тот кивнул и вышел. Уже не скрываясь, я достал из-под рубахи письмо и протянул его Ылге.