Чтение онлайн

– Кто вы и что вам нужно?
– резко спросила Вера.

Человек усмехнулся:

– А мне рассказывали, что вы деловая дама и не терпите время на политесы терять.

– Вы не ответили, - сказала Вера, и отступив к двери, взялась за ручку.

– Постойте, - проявил хоть какую-то эмоцию незваный посетитель.

Вера остановилась.

– Вы же хотите получить вашу Марфу живой?
– вдруг прозвучало от «гостя».

И Вера поняла, что сейчас её будут шантажировать.

И Вера надавила на ручку двери, намеренно с силой, чтобы тот, кто сидит у камина, услышал.

Но человек, сидящий у камина обладал поистине железными нервами. Вера была уверена в том, что ему страшно, он услышал, а ведь ей стоит сделать шаг и крикнуть и тотчас же здесь будет вся охрана, находящаяся в доме.

Но он только негромко добавил:

– Это не я её похитил, я просто знаю где она, и желаю на этом знании подзаработать.

Вера не стала ничего говорить или переспрашивать, но остановилась и это, видимо, воодушевило «гостя», и он сказал:

– Правильно, что вы приехали сами, Вера Ивановна, пока армия дойдёт туда, где ваша Марфа, её уже сожгут.

И Вера вздрогнула, она сама не знала, что так болезненно отреагирует. Вокруг снова был лес, стылый пол деревянного дома, хриплый голос матери Воробьёва и сальный взгляд его братца-дебила.

Так нахлынуло, что Вера испугалась, что не сможет вздохнуть. Сердце забилось часто-часто. И она не выдержала:

– Что вы хотите?

– То же что и все, - сказал незнакомец, и Вере показалось, что он и сам не верил, что она согласится. Но отступать было поздно.

– Лес?
– спросила Вера.

– Лес?
– переспросил незнакомец, и усмехнулся, - нет, конечно, зачем мне лес.

На мгновение он замолчал, и потом сказал:

– Деньги, мне нужен миллион золотом.

Вере стало смешно: «Вот любопытно, если бы она заплатила Воробьёву полмиллиона, сколько бы тогда попросил этот «благодетель»?»

– Я могу вам дать сто тысяч бумажными ассигнациями сейчас и ещё сто тысяч после того, как Марфа будет освобождена, - сказала Вера, - это всё.

– Тогда мы не договоримся, - сказал гость, - и ваша Марфа будет гореть, а вы будете жить, зная, что вы могли её спасти и не спасли.

– Я считаю до трёх, - сказала Вера, - и вы можете выметаться, потому что после трёх я открываю дверь и зову охрану.

На самом деле Вера собиралась позвать охрану сразу, но тот, кто к ней пришёл либо обладал хорошим чутьём, либо и не рассчитывал получить миллион, и озвученная сумма его вполне устроила, а значит Вера слишком много предложила, но было поздно, что-то менять.

– Стойте, - сказал он, - я согласен, но деньги вы передадите не мне, вы их утром отнесёте в церковь Спаса Нерукотворного Образа, что на Запрудне*, там неподалёку от входа установлен ящик для пожертвования, вот возле него и положите.

(*В начале XIX века Церковь Спаса Нерукотворного Образа на Запрудне находилась на правом берегу реки Запрудни (притока Костромы) в северо-западной части Костромы. Это место связано с явлением Феодоровской иконы Божией Матери в XIII веке, когда костромскому князю Василию Ярославичу на берегу Запрудни явилась святыня)

– А когда я увижу Марфу?
– спросила Вера.

– Ждите в церкви, её привезут, - сказал «гость», и добавил, - но охрану свою оставьте на улице, иначе никто не зайдёт.

Вера подошла к комоду, достала из него деньги, она, как и отец возила с собой наличные.

– Возьмите, - сказала она.

Но «гость» отказался вставать.

– Бросьте на середину комнаты и отвернитесь, - сказал он.

Вера кинула деньги подальше, отвернулась, а когда повернулась, то ни денег, ни «гостя» уже не было, лишь створка окна болталась, указывая на то, каким путём ушёл гость.

И вдруг Вера услышала шевеление, и даже как будто слабый стон. Бросилась на звук и нашла обеих служанок, связанных, и с кляпом во рту, под кроватью.

Девушки были напуганы и плакали, Вера их развязала, пообещала выдать премию, и попросила пока не рассказывать ничего Илье Андреевичу Рощину.

Вера знала, что если Рощин узнает, что она здесь с «подлыми террористами» договаривается, то ни за что её к церкви не отпустит. Вера не боялась, во-первых, утро, во-вторых, она поедет рано, на рассвете, чтобы приехать перед утреней, там и приходские должны быть, и народ начинает собираться, поэтому она съездит, и будет надеяться, что её не обманули, а ещё ей показалось, что этого человека она где-то уже видела, причём не один раз.

Ночью Вера спала плохо, в одном «гость» был прав, Вера всё проверяла себя: «Всё ли она сделала, чтобы спасти Марфу?»

А утром Вера приказала запрягать, Рощину объяснила, что хочет поехать, помолиться чудотворной иконе Божьей матери. Ей было стыдно обманывать Рощина, но поскольку она и вправду собиралась помолиться, то совсем уж обманом это не считала.

– Так что же так далеко-то, Вера Ивановна, не проще ли в Богоявленский собор пойти, он в самом центре и икон там поболе, - попытался убедить Веру Рощин.

– Но чудотворных нет, Илья Андреевич, - заявила Вера, и Рощин пошёл собирать охрану.

Ехали около сорока минут, церковь находилась в северо-западной части Костромы, как раз в стороне лесов, куда Вера полагала и ушли армейские части.

Сама церковь была необыкновенно красивая, белокаменная. И вроде бы простая, а в то де время всё, что надо в ней было. Вера от Варвары Михайловны, тоже вставшей рано, узнала, что построена церковь была на пожертвования костромичей, и, первая, которую построили, деревянная, сгорела, поэтому потом решили сразу каменную возвести.

Место было тихое, церковь стояла на отшибе, никаких жилых домов рядом не было, деревня была неподалёку, но в некотором отдалении.

Охрану Вера оставила за воротами церкви, внутрь пошла одна. Здесь Рощин не стал противиться, Он с ещё двумя охранниками вперёд Веры зашёл, перекрестился, свечу поставил, огляделся в храме и вышел. Храм был пустой, в нём было холодно, как будто бы не было проведено отопление. Вера осмотрелась и поняла, что да, в храме нет отопления, и покачала головой, решив, что надо бы у местных купцов поинтересоваться, отчего так. Недоделали? Денег не хватило?