Чтение онлайн

(* Взяла такое название– потому что когда-то в Декларации независимости использовалось выражение «Thirteen united States of America» («Тринадцать объединённых Штатов Америки»).)

Вера решила не обращать внимания на пронзительные взгляды, которые бросал в её сторону альбинос, и спокойно улыбалась, когда к ней подходили и представлялись. Вера свободно говорила по-французски, по-английски, знала немного немецкий. Поэтому со многими могла обращаться напрямую, без помощи кого-то из посольских.

И всех интересовало примерно одно и тоже: пшеница, металлы, лес.

Но, конечно, полностью избежать общения с послом Бротты не удалось. Именно он подошёл вместе с господином Астером и представил его.

Американец был красив: молодой, высокий, широкоплечий блондин, был одет в безупречно пошитый именно на его фигуру фрак. Лицо было приятным, не было на нём ни брезгливости, ни усталости, он улыбался и видно было, что мужчина открыт для общения.

А на Веру так вообще смотрел как на драгоценный камень, выставленный в зале выставки. Во взгляде было одновременно и восхищение и желание обладать.

Вера даже поёжилась. Но неприятным этот взгляд не был, просто на неё давно никто так не смотрел.

***

За пару дней до приёма. Посольство Бротты в Москов-граде

– Она вам понравится, сэр Астер, - говорил Чарльз Уитворт, - она баснословно богата, у неё есть всё, но она одна.

– Она некрасива?
– спросил Джон Джейкоб Астер, прибывший две недели назад в Питер-град морем, и только недавно перебравшийся в Москов. Он не планировал забираться так далеко, но он устал договариваться на местах, люди там становились всё привередливее. Вот и решил прибыть на приём Мануфактурной коллегии, чтобы встретится с купцами. Ему нужна была пушнина, но и от леса он бы не отказался. В его планах не было женится, но, если это выгодно, то почему нет. А если она настолько богата, то, возможно, он сможет осуществить свою мечту гораздо раньше, чем думал.

А мечтой Астера был свой город. Он хотел построить свой город и назвать его своим именем.

– Я не очень хорошо говорю по-русски, но я учу язык.

Джон Джейкоб действительно говорил, сильно коверкая слова, но Вере отчего-то казалось, что он понимает гораздо лучше, чем хочет показать, и Вера не делала скидку на то, что он иностранец, говорила по-русски с той же скоростью, как если бы говорила со своими соотечественниками. Американец ни разу её не остановил.

Первый разговор с ним прервался, потому что настала очередь Веры презентовать свои прожекты.

На этой встрече Вера не только представляла свою купеческую компанию, но и впервые показала информацию про сушильную машину, и даже не ожидала, что это вызовет такой ажиотажный интерес. Оказалось, что, несмотря на то что расстояния в той же Европе гораздо меньше, чем в Стоглавой, проблема с качеством поставляемой свёклы была и там.

И пока Вера отвечала на вопросы о новой машине, возле неё собралось довольно много людей. И вдруг кто-то спросил: – А вы будете продавать паи или места в торговой галерее, которую собираетесь строить напротив Кремля?

Вера повернулась. Это был незнакомый ей купец, но, судя по акценту, тоже иноземец. Вера была ему благодарна за вопрос: после того, как довольно долго пришлось уговаривать купцов, ей начало казаться, что за те деньги, которые она вложила в экономический расчёт по торговой галерее, возможно, будет не так просто сдать помещения.

Но сейчас, видя заинтересованные лица иноземных торговцев, Вера вдруг поняла, что, возможно, надо поставить цену ещё выше. Если она не продешевит, то это место будет восприниматься купцами как знаковое ведь любой из этих негоциантов, которые сейчас стояли и смотрели на неё, готов будет заплатить только за то, чтобы потом где-нибудь сказать: «Да у меня лавка в торговой галерее напротив Кремля». И это не может быть дёшево.

После того как Вера закончила, к ней снова подошёл Джон Джейкоб Астер. Он улыбался ей, как родной, и пригласил на ужин.

– Я впервые в Москов, – сказал он, – и буду рад, если вы, Вера Ивановна, составите мне компанию за ужином.

Вере хотелось пойти, ей было интересно узнать, как устроено всё сейчас в Америке. Ведь этот человек был из первой волны, которая туда переехала. Именно поэтому они и ходят вместе с послом Бротты, потому что, по сути, Джон Астер — уроженец Бротты.

Но Вера всё же отказалась от ужина. Всё у неё было непросто. И вчерашнее странное расставание с графом Морозовым, который ничего не предлагал, но в то же время вдруг сказал, чтобы она ему верила… И она верила. А кому ещё верить? Граф тот, кто ещё ни разу её здесь не подвёл. И ещё его глаза... она была готова вечность в них глядеться.

Вера подумала, что Морозов не хотел бы, чтобы она ездила по ресторанам с иноземными купцами на ужин. А вот ежели на деловой обед, да ещё и Елисеева с собой пригласить, вот так вполне можно было сделать.

Поэтому, когда Джон Астер, видимо не привыкший сдаваться, предложил: – А завтра вы сможете пойти?

Вера согласилась на после завтра, но предупредила, что пригласит на обед своего партнёра по прожекту.

На лице Астера сначала мелькнула тень недовольства, но он быстро взял себя в руки, и уже через мгновение на лице была всё та же широкая улыбка. – Конечно, Вера Ивановна! Это же не свидание, я приглашаю вас на деловой обед.

– А что бы вы хотели обсудить на этом обеде? – спросила Вера. Джон Астер не раздумывая заявил: – Сушильные машины. Мне понравилась эта идея. – У вас есть производство сахара? – спросила Вера. – Нет, – сказал Джон, – но я вижу это немного для другого. – И для чего же? – Вера удивилась, но ей действительно было интересно. – Я думаю, – сказал Джон Астер, – что эта машина может использоваться для сушки нарезанного картофеля.

Вера задумалась. Это действительно было интересно, а вслух сказала: – Это любопытно. Но, думаю, настройки надо будет менять, ведь сейчас машина настроена на продукт с высоким содержанием сахара. В картофеле же, наоборот, сахара нет, зато есть крахмал, поэтому настройки должны быть другие.

– Вот это я и хотел обсудить, – улыбнулся Джон Астер.

И Вера вдруг поразилась, что пока в нём нет недостатков, во всяком случае, она их не увидела, кроме, пожалуй, знакомства с послом Бротты.

Через пару дней Вера поехала на обед в ресторан «Яр». Она попросила Джона Астера не бронировать столик в кабинете, а взять место в общем зале.

По пути в «Яр», расположенный на углу между Неглинной и Кузнецким Мостом, Вера заехала в гильдию, где встретилась с Елисеевым, и уже оттуда они вместе поехали на обед.

Джон Астер улыбался Елисееву так же широко, как и Вере. Он оказался весьма приятным и интересным собеседником. Он рассказал, как он переехал из Европы в Америку, как судьба привела его в пушной бизнес, и рассказал о своей мечте, построить город в Америке.

– Там много земли, – сказал он, – и если у тебя достаточно денег, которые ты можешь вложить, то ты можешь основать город и назвать его своим именем.

– И как бы вы его назвали? – спросила Вера.

– Астория, – ответил Джон Джейкоб Астор.