Чтение онлайн

— Держи их на контроле.

— Конечно, Кэп. А ты присматривай за снайпером.

Этот диалог занял, наверное, шесть-семь секунд. Еще столько же протянулось в томительном ожидании.

Снайпер не стал сворачивать под арку. Странно. Но с этим разберется Капитан. А у него здесь и так ситуация на грани управляемости.

«Держи их на контроле». Капитан этого, конечно, мог и не говорить. Держать на контроле — это и было его заданием, его частью игры, его вкладом в общую операцию. И надо же такому было случиться, что в какой-то момент он потерял этот контроль.

Точнее, он видел все происходящее, но времени вмешаться у него уже не осталось.

В дальнем конце тоннеля, под аркой, выходящей во двор, появилась на все еще светлом сером фоне темная тень — человеческий силуэт.

Стас был готов к этому, поскольку оперативная связь заблаговременно донесла до него реплику Малыша, обращенную к женщине.

Та, однако, предупреждение оперативника проигнорировала. Да и что еще можно ожидать от своевольного субъекта женского пола с метровым ножичком за спиной. Дамочка с самурайским мечом — объект по определению ненормальный, и ничего удивительного нет в том, что в ответ на совершенно дружеский призыв не ходить туда она попрет, ни о чем не думая, именно в запретное место.

Так оно и случилось. Но что в этой ситуации оказалось действительно удивительным, так это реакция на ее появление засевших в «луноходе» ментов.

Оружие они заранее приготовили, как это успел разглядеть Стас, и сейчас, едва завидев объект, немедленно распахнули дверцы и, не успев даже спрыгнуть на землю, открыли частый и, насколько это возможно прицельный огонь.

Женщина такого явно не ожидала. Она отшатнулась, потом отпрыгнула в противоположную сторону, спасаясь от пуль, а в итоге развернулась и побежала назад. Сообразила, должно быть, что ее ножичек-переросток ровно ничего не стоит против четырех полицейских «Макаровых».

Впрочем, Стас тут же понял, что несколько ошибся: стреляли только двое — водитель и тот, кто сидел с ним рядом. Двое с заднего сиденья хоть и порывались присоединиться к потехе, но сделать этого не смогли — иначе пришлось бы им подстрелить своих передних напарников.

С преследованием убегающей дичи у охотников-любителей вышла заминка: арка была слишком узка, и передние двери «Уаза», распахнувшись, почти уперлись в некогда оштукатуренные, а теперь просто кирпичные стены тоннеля. Полисменам пришлось сначала закрыть двери и лишь после этого броситься в погоню.

Двое задних немедленно последовали их примеру, но это «немедленно» в действительности растянулось на долгие, еле ползущие секунды.

Пока полицейские выбирались — хотя Стас уже сомневался, что они настоящие штатные сотрудники местного подразделения МВД, — пока закрыли свои дверцы, оказавшись перед передними, которые к этому времени успели сами собой раскрыться, прошло немало времени. Во всяком случае, достаточно, чтобы Стас успел обдумать допустимый уровень своего вмешательства и его возможные последствия.

Четверых для Малыша слишком много, — сделал он вывод.

Вскинув револьвер, он выстрелил. И, хотя расстояние для столь миниатюрного, почти игрушечного оружия было великовато, он знал, что не промахнулся, еще до того, как заднее стекло «Уазика» разлетелось на мелкие осколки.

Первая пуля в стандартной револьверной обойме не являлась, как остальные, пластиковой капсулой с мгновенно вскипающей при разрыве оболочки дурманящей жидкостью. А представляла она собой полую керамическую сферу, предназначенную для выбивания оконных стекол или удаления с линии огня других легких препятствий.

В данном случае преграда была стеклянной, и вышибной заряд сработал как надо.

Отморозки в форме, уже ухватившиеся за ручки передних дверей, рефлекторно остановились и повернули головы на звук удара и лопнувшего стекла.

Эта заминка оказалась для них роковой.

Два следующих выстрела, произведенные Стасом, уложились точно в цель. Точнее, в разбитый прямоугольник не такого уж и большого заднего окна «УАЗа».

Пролетев по салону, капсулы с парализующей жидкостью во что-то в итоге угодили — Стасу оставалось лишь надеяться, что это окажется не ветровое стекло, на котором последующая экспертиза, если, конечно, она будет проводиться, сможет углядеть следы попадания — и, разорвавшись, наполнили салон густым розовым туманом — мелкой взвесью дурмана пополам с его же парами.

Розовые клубы, повалив в открытые двери, лизнули недоумевающие лица копов. Через секунду два бесчувственных тела мягко опустились на растрескавшийся асфальт.

Двое передних стрелков едва ли не могли воспринять это маленькое происшествие в своем уже дальнем тылу. Они все еще стреляли из своих «Макаровых», войдя в ажиотаж бессмысленной скоростной пальбы. Но дамочка, насколько мог заметить Стас, уже успела покинуть негостеприимный тоннель. Оставалось лишь надеяться, что без серьезного физического ущерба.

Азарт Стаса — нормальный рабочий азарт волкодава, вышедшего после вынужденного простоя на новую опасную охоту — стал холодным и собранным. Он быстро прикинул: двое отморозков с пистолетами все еще находились в пределах его досягаемости. Два-три выстрела из газовика, с прицелом на стены или свод тоннеля ближе к выходу, и этих двоих будет ждать та же участь, что и задних. Проснутся они через несколько часов и мало что будут помнить, кроме своей лихорадочной стрельбы и так ни к чему и не приведшей погони.

Но было еще, кроме риска для Малыша и, естественно, женщины, нечто более важное, может быть, самое важное — задание. Операция может затормозиться, а то и совсем зайти в тупик, если два лишних выстрела разрушат легенду Малыша. Его дела и так-то идут не очень хорошо, а что будет, если эта дамочка поймет, что он подкатился к ней не один, а с хорошим прикрытием.

Нет, решил он, легенду трогать нельзя. Она слишком дорого дается. В нее уже вложено непропорционально большое количество усилий. Контакт с дамочкой буквально на глазах обретает ценность государственного визита со встречей коронованных особ.

Стас тихо, но четко шепнул в микрофон:

— Малыш, к вам бегут двое. У них пистолеты.

Оперативник, который по исполняемой роли был сейчас не младшим, а главным, ответил после короткой паузы, заставившей Стаса начать нервничать — а ну как Малыш подставился ненароком под одну из пуль:

— Ясно.

— Я могу снять их сзади, если ты не справишься.

— Не надо. Я справлюсь.

В еле слышном шепоте товарища Стас отчетливо различил здоровую злость. Он скупо, почти одними губами, улыбнулся.