Чтение онлайн

Рекс поклонился и ответил:

— Это похвальное решение, ваше величество. Что касается меня, то я могу выставить отряд из пятисот людей. Плюс, столько же эльфов и гномов.

— Эльфов и гномов? — король отступил на шаг назад и распахнул глаза от удивления: — Вы уверены, герцог? За последнюю сотню лет эти расы отказывались идти в бой вместе с нами.

— Уверен, ваше величество, — вновь поклонился Рекс, — Они уже пообещали содействие. И они пойдут под вашими стягами.

— Это лучшая новость за сегодня, — воскликнул Ричард и повернулся к могучему воину, стоящему за его троном: — Ты слышал, Пот? Полторы тысячи воинов, из них тысяча — эльфы и гномы!

— Мне кажется, ваше величество, что пятеро дворян, стоящих сейчас перед вами, стoят этих полутора тысяч, — пробасил рыцарь, шевельнув двуручным мечом.

— Это как понимать, позволь спросить? — наклонил вбок голову Ричард, и повернулся к нам, быстро проговорив: — Позвольте познакомить вас с моим главным советником — графом Потом Кверсусом. Вы не смотрите на его габариты, Пот, несмотря на слоновьи размеры, очень умён!

А рыцарь, дождавшись, когда король закончит объяснять, вновь загрохотал:

— Сдаётся мне, что это именно те пять славных воинов-приграничников, которые смогли отразить натиск тварей в форпосте Квинк. Или я ошибаюсь, господа?

Рекс ухмыльнулся весело и не стал отрицать:

— Не ошибаетесь, граф. Мы имели честь помочь приграничникам в сражении с тварями Пряди.

— Вон оно как, — протянул Ричард задумчиво и приказал царедворцам: — А ну, все вон!

Глава 14. О политике

Король сильно побледнел, но держался неплохо. Только что, в небольшом кабинете Рекс рассказал монарху о нас, и Ричард, бледный, изумлённый, смотрел то на своего советника Пота Кверсуса, то на главу Тайной канцелярии Инса Диоса. Потом кашлянул и спросил негромко Диоса:

— И почему я ничего не знал об этом, граф?

На главу Тайной канцелярии смотреть было забавно. Он то бледнел, то краснел, и мял тонкими, изящными пальцами кружевной платочек. Король, не дождавшись ответа, повернулся к Поту:

— Может, вы мне ответите, господин Кверсус?

— Я, ваше величество, тоже не знал, — пожал плечами рыцарь, — Слухи ходят про пятерых всадников, но я с детства считал их обычными детскими сказками. Полагаю, граф Диос придерживался такого же мнения. А рассказывать сказки своему королю… Не для того мы поставлены, ваше величество!

Пот смело посмотрел в глаза Ричарда и тот, засопев, отвёл взгляд. А потом уставился на герцога и сказал:

— И как мне вас называть? Герцогом? Рексом?

— Ваши прадедушки называли меня Найтеном, — спокойно ответил Рекс, — Буду рад, если традиция продолжится и сейчас.

Ричард сел за стол и сплёл пальцы обеих рук. Потом проговорил тихо, с бесстрастным выражением лица:

— То, что вы рассказали… Найтен, многое меняет.

— Что же? — усмехнулся Рекс.

— Позвольте, я объясню, — шевельнулся советник короля: — Мне кажется, многие монархи почувствуют себя неуютно, если будут знать, что пять всадников — не сказка. И что эти… люди действительно существуют. Как существует и Рекс, вождь, который поведёт за собой человечество. Согласитесь, господа, это прямая угроза монаршей власти.

— Я понимаю ход ваших мыслей, Пот Кверсус, — ухмыльнулся Рекс, — Потому кое-что расскажу. И вам, и его величеству…

Вождь поочерёдно поклонился Поту и Ричарду, задумался на мгновение и начал:

— Меня не интересует власть, иначе, извините за откровенность, ваше величество, много веков назад короновали бы не вашего прадеда, а меня!

— Но за это время многое могло поменяться, — попытался улыбнуться Ричард Третий. Впрочем, вышло у него это плохо. То, что он хотел выдать за улыбку, больше оказалось похожим на что-то среднее между оскалом и гримасой боли. Рекс понятливо кивнул и произнёс:

— Могло. Но не поменялось. Однако, рассказать я хотел не об этом, — Найтен откинулся на спинку стула и поочерёдно осмотрел короля, его советника и главу Тайной канцелярии, — Вы все помните Мирахскую резню?

— Помним, — король хмуро смотрел на герцога, — И я знаю, что всё было не совсем так, как рассказывают хроники. Подозреваю, что вы были свидетелями тех событий?

— Почему свидетелями? — спокойно произнёс Рекс, — Мы были прямым участниками.

— И, — голос короля дрогнул, — Как погибла династия Бастионов?

— Так же, как и сам Мирах Третий, — пожал плечами Рекс, — Мы вырезали их всех. До третьего колена. Правда, это удалось сделать не так скоро, как нам бы хотелось…

Найтен повернулся к нам:

— Сколько у нас ушло времени?

— Двенадцать лет, сир, — почтительно ответил я, — Последнего из династии — внука Мираха Третьего, мы зарезали ровно через двенадцать лет после предательства.

— Предательства? — прошептал Ричард, — Это кого же мог предать король, что его и всю его династию вырезали?

— Всех разумных, — спокойно, но жёстко проговорил Рекс, — Он вступил в сговор с тварями Пряди, когда узнал, кто мы на самом деле такие. Испугался за свою власть, как тонко изволил заметить граф Кверсус. С тех пор мы не особо распространяемся о своей природе…

— Но при этом носите свои имена, — сказал вдруг глава Тайной канцелярии.

— Нашими именами названо столько тысяч разумных, что никто и не подозревает, что кто-то из них те, кого вы называете всадниками, — хохотнул Баблер.

— Умнo, — кивнул Ричард, — Но, какими бы силами вы ни обладали — убить монарха! Да ещё и всю его семью… Мне это кажется невозможным.

— Почему же? — Рекс дрогнул лицом: — Невозможно убить нас. Вернее, убить возможно, но мы всегда возвращаемся. Раз за разом. И всегда идём к тому, кто нас убил.

Ричард, а за ним Пот и Инс перекрестились. Похоже, у матери церкви появились сейчас сразу трое новых преданных слуг. Но Рекс не обратил на это внимания, продолжая рассказывать ровным тоном:

— Мы тогда убили пятьдесят шесть представителей династии Бастионов. И нам не хотелось бы повторять это вновь, ваше величество. Мы воюем с тварями Пряди, и стараемся не воевать с разумными…

— И вы… готовы поклясться, что не имеете никаких претензий на трон Пульшера? — это проговорил не король, а Инс Диос, и посмотрел на Ричарда Третьего. Тот сидел с мертвенно-бледным лицом, и после вопроса главы Тайной канцелярии впился взглядом в Рекса, стараясь уловить малейшие оттенки эмоций. Вождь проговорил глухо, и даже я почуял его бесконечную тоску: