Лазутчик и крот
Шрифт:
— Дарей! — воскликнул командир военной академии выйдя из-за угла. — А я тебя обыскался. Мне рассказали что ты пришел.
Дарей расправил плечи и выстроился по струнке перед своим бывшим командующим. Привычка выработанная потом и слезами.
— Да ты что Дарей. Теперь ты не мой ученик. Я всегда рад видеть бывшего выпускника, тем более такого, — командир военной академии был не в меру радушен. Таким дружелюбным его можно было увидеть разве что со своей семьей и высшим командованием.
— Рад служить Полуострову, — сказал Дарей без особых эмоций.
Командир откашлялся и сказал:
— Да нет, теперь ты служишь в банке Кихшо, да еще и помощником самого Златника. Мне сегодня с утра пришло письмо о твоем уходе со службы. Уж не знаю какие ты там подвиги совершил, но такое повышение не с проста. Разбогатеешь... — вздохнул от волнения командир академии и сильно раскашлялся.
— Значит я теперь не отношусь к войскам Полуострова?
— Да, в письме есть печать Златника и одного из Высших магистратов. Ты не против если я зайду к тебе в банк как-нибудь на днях? У меня есть одно деликатное дельце...
— Посмотрим, — сказал Дарей и ушел не попрощавшись. У него не было никакого желания общаться с кем-нибудь. Его лучший друг погиб летом. Он узнал об этом только сейчас.
«Выходит эти Лесничие демонопоклонники ничем не лучше Полуострова, а Лиса просто решила использовать меня. Нет. Теперь у меня есть кое-какое положение в Кихшо и я будут работать на Нори. А тем временем выясню где на самом деле Анна сражается с демонами. На остальное мне просто плевать. Кроме отца. Надо найти Толстяка, узнать у него не писал ли он ему писем. Жив ли он сейчас? Сумел ли вылечить смертельную болезнь?»
Дарей забрал коня оставленного неподалеку от квартала богачей. Он привел его к постоялому двору, а сам вернулся в свою комнату и задремал до самого вечера. Когда он проснулся, было огромное желание снова напиться, но завтра нужно идти на центральный рынок для встречи со Златником. Он не знал, что будет представлять из себя новая работа. Но скорее всего она отвлечет его от всяких дурных мыслей и горя. Дарей надеялся, что его не будут ставить каким-нибудь вышибалой долгов. Но такое вряд ли бы произошло. Во-первых Дарей все же лазутчик, а вовсе не мечник или копьеносец. Во-вторых обычному вышибале никто не дал бы задаток в двадцать золотых монет. Но утро вечера мудренее. Мысли Дарея переключились на Анну и отца. Йону он старался не вспоминать, по крайней мере сейчас. Иначе до утра будет не уснуть. В полночь из комнаты Дарея послышался громкий храп.
Глава 17. Воспоминания далекой молодости
Демих сидел в глухой комнате у круглого обеденного стола и при свете масляной лампы читал книгу на обложке которой было выгравировано название: «История Четырехречья от основания и до наших дней».
— Не может быть! — воскликнул он. — Четыреста лет прошло с катастрофы.
— Что случилось? — спросил забежавший в комнату Лев Драматург.
— Ничего особенного. В книге кое-что интересное нашел, — ответил Демих, стараясь скрыть свое удивление.
— Мне было трудно ее достать. Пришлось договариваться с комендантом архива.
— К чему ты клонишь? — негодующе спросил Демих.
— Да ничего особенного. Только тебе нужно согласовать маршрут с торговцами из южного Четырехречья. По какой дороге им доставлять товар в город Лоно. И сколько отборной скотины ты готов им продать.
— Город вот-вот осадят, а ты все о своей торговле. Ты что не слыхал, что огромный флот со стягами Вязи уже почти прошел Гибельные острова? В ближайшие дни они высадятся севернее четвертой реки. После ограбят окрестные деревни. Ну и на закуску разрушат стены Четырехречья и вторгнуться в город.
— Да брось ты, — сказал с насмешкой Лев Драматург. — Нам то какая разница, кто придет. Побегает армия Вязи по городу и что с того. Думаешь они хуже нынешних правителей? Того и гляди, скоро пиво из Вязи будем хлебать. Оно у них и впрямь лучше, чем варят в Четырехречье.
— Ты что идиот? — спросил Демих вытаращив глаза. — Ты хоть понимаешь, кто такие эти дебилы из Вязи? Они разорят каждый дом, выгребут все золото, переломают все кости, у меня, тебя и всех кто окажется под рукой. Потом закуют нас в кандалы и вывезут в рабство, ну или на крайняк продадут пиратам.
— Ты слишком драматизируешь, — сказал Лев. — Жители Вязи хоть и туговаты башкой, но в целом приличные люди.
— Приличные? — негодовал Демих. — Ровно до того момента, как перестают бояться огрести по полной.
— Думай, что хочешь. Но я уверен, что с ними нужно договориться и заплатить контрибуцию. Может и открыть ворота. Так считаю не только я. Некоторые члены совета, особенно Вруц— Врац говорят о том же.
— Поверь мне Лев, я никогда не был кровожадным. К тому же я не гражданин Четырехречья. Но этого дегенерата Вруц-Враца нужно четвертовать. Неужели ты не видишь что он просто болтливый популист, да еще и предатель вашего города?
— С какой стороны посмотреть, — задумался Лев. — Требования полководца Хаппера мне понятны. Вязь союзник Нового Лута. У тех произошли столкновения с наемниками из восточного Четырехречья, которых возглавлял некто по прозвищу Манул. В результате погибли достойные воины с Гибельных островов. Как по мне, выдать Манула с его бандой вполне разумный шаг. Насчет контрибуции можно попробовать сторговаться на меньшую сумму. Иначе воина. Вязь нас просто уничтожит. Даже если мы каким-нибудь чудом спасемся. Нам все равно в скором времени настанет конец. Вязь союзник Полуострова, а они таких оскорблений не прощают. Так что, лучше сдаться сразу.
— Ну ты Лев и мудак! Еще и тупоголовый! — воскликнул Демих. — Манул родился в Четырехречье, а к двадцати годам он уже был младшим командиром вашего гарнизона. Почти все отзываются о нем только с положительной стороны. Даже я об этом знаю, хоть и нахожусь в городе всего четыре месяца. Ты же витаешь где-то далеко в облаках. Да уж, лучше тебе ставить свои пьески и не лезть в политику. Все таки что-то не так с этим выборным советом. Раз туда может пролезть кто-то вроде тебя.
— И пролезу, не сомневайся. Вруц-Врац обещал мне в этом помочь.
Лев Драматург хлопнул дверью и ушел. Последние приемы гостей у Демиха не задались. Все нервничали из-за разгоравшейся войны с Вязью. Кое в чем Лев Драматург был прав. У Вязи есть мощнейший союзник в лице Полуострова. Да и своих войск предостаточно. Но об этом надо заботиться прежде всего гарнизону Четырехречья во главе с Манулом. Демих подумывал над тем, чтобы навострить лыжи и поскорее вернуться в Сверхгорье, но у него оставалось очень важное дело в городе. «Аптекарь сумеет сварить эликсир памяти только через пару недель. Может да ну его?» — размышлял Демих. Но все же решил остаться. Он был восхищен тем, как отстроилось Четырехречье. Хотя это и не удивительно, учитывая что последний раз, Демих бывал здесь несколько столетий назад. Тогда город представлял из себя крайне печальное зрелище. Но как же быстро летит время.