Чтение онлайн

— Ты желаешь, чтобы наш сын стал твоим преемником? — услышала Джул свой собственный, довольно высокий голос. — Капитаном орков?

— Да, — ответил Гримарр тоном, подразумевающим, что это очевидно. — Он будет капитаном, и его мир будет лучше моего.

Ох. Эту мысль Джул еще не рассматривала во всем этом, и она добавила её к растущей, кружащейся массе в своей голове. Идея построить лучший мир не для себя, будь то орки или люди, а для своих детей. Для её собственного сына.

— И ты думаешь, что война с Астином поможет этого достичь? — лукаво спросила Джул, и в ответ Гримарр издал жесткий, рокочущий звук и угрожающе шагнул к ней. Положил на неё свои большие руки, а затем физически перевернул и подмял под себя, так что она оказалась на четвереньках на его кровати, её задница была выставлена прямо к нему.

— Я знаю, — сказал Гримарр, бесцеремонно стягивая с Джул штаны и подставляя её обнаженный зад прохладному воздуху комнаты, — что нагромождение позора на лорда Норра сделает это. Я знаю, — о черт, потому что это было ощущение той знакомой твердости, тычущейся прямо туда, — что ни один человек и ни один орк не желает следовать за опозоренным лордом. А опозоренный лорд, — он навалился вниз, глубоко, в то время как Джул подавила крик, — это тот, чья женщина жаждет члена его врага.

Джул могла лишь ахнуть, пойманная в ловушку, насаженная на этот волнующий огромный орочий член, а позади неё Гримарр рассмеялся, низко и мрачно. Словно он прекрасно понимал, насколько это было расчетливо, расчетливый плетущий интриги зверь, но в этот момент — и в слишком многие моменты за последние недели — Джул обнаружила, что ей почти всё равно.

— «Жаждет» — это слишком громко сказано, орк, — бросила она через плечо, между судорожными вздохами. — Скорее, легкий интерес, пожалуй.

Он ответил восхитительным рыком, достаточно глубоким, чтобы отдаться рокотом внутри неё через его вторгающийся член, а затем вытащил его — так резко, что Джул дернулась и ахнула. И когда она попыталась податься назад и снова найти его, он оказался слишком силен, ублюдок, легко удерживая всё её тело на расстоянии одной рукой и смеясь.

— Упрямая женщина, — промурлыкал он, пока она чувствовала, как эта твердость лишь подталкивается внутрь неё, снова и снова. — Говори правду. Ты жаждешь этого. Как и все женщины.

Джул, возможно, и не стала бы сопротивляться, если бы не эта последняя фраза, и она сама издала рычание, даже когда её веки затрепетали от нарастающего, скачущего голода.

— Высокомерный зверь, — прошипела она в ответ через плечо, туда, где его глаза были неотрывно прикованы к его члену, пока он подталкивал его внутрь и наружу. — Это всё орочья магия. Связь или что там еще. Не ты.

Этого оказалось достаточно, чтобы его глаза резко метнулись вверх, жестко и неодобрительно сузившись на ней.

— Ты лжешь, женщина, — прошипел он. — Так многое из твоих уст — ложь. Ты человек насквозь.

Джул это глубоко возмутило, и она снова напряглась, чтобы оттолкнуться назад, на этот мучительный жар, находящийся прямо вне её досягаемости.

— А ты — орк, — бросила она в ответ. — Жестокий, агрессивный и смертоносный, всё, что тебя заботит — это твоя власть, твое удовольствие и твоя гордыня, и желание казаться сильнее, чем ты есть на самом деле!

Слова должны были задеть за живое, какими бы правдивыми они ни были, но Гримарр лишь презрительно скривил губу и вскинул черные брови. А затем крепко удержал Джул на месте, его мощные руки впились ей в бедра, раздвигая их, — и с силой вбил себя глубоко внутрь, так мощно и ошеломляюще, что Джул буквально вскрикнула от этого, полная им, полная кричащего, царапающего удовольствия.

— Снова ложь, — выдохнул он, и теперь он колотил её всерьез, вбиваясь внутрь толчок за захватывающим дух толчком. — Это власть, женщина. Жена лорда Норра, кричащая на моем члене и носящая моего сына в своем брюхе!

Боги, он был ужасен, и боги, как же с ним было хорошо, и Джул пиналась и извивалась под ним, но всё без толку. То, как её основательно и жестоко трахал орк, пронзая снова и снова огромным скользким орочьим членом, чувствуя, как бьет струей и капает семя, пожалуйста...

— Пожалуйста, — услышала она свои слова, и в ответ за её спиной раздался резкий, рокочущий смех.

— Пожалуйста, орк, — поправил он её, приказал ей. — Пожалуйста, Гримарр. И тогда ты получишь свое семя.

Спорить было бесполезно, Джул к этому времени уже прекрасно это усвоила, да и жажда в этот раз была слишком сильна, чтобы хотя бы пытаться.

— Пожалуйста, орк, — выдохнула она, пока он вбивался внутрь, снова и снова. — Пожалуйста, Гримарр. Наполни меня.

Его стон у неё за спиной был глубоким, гортанным, полным агонии, когда он с силой вонзился внутрь в последний раз — а затем окатил её собой, пульсируя наружу снова и снова своим горячим, липким, великолепным удовольствием.

Он оставался там, задыхаясь, в течение нескольких вдохов, пока Джул тоже задыхалась — и без предупреждения он вышел и отступил назад. Выпуская сдерживаемый поток своего семени внутри неё, и Джул беспомощно застонала, почувствовав, как оно выплескивается из неё липкими ручейками, стекая по её всё еще раздвинутым ногам, пока он наблюдал.

— Упрямая женщина, — раздался голос Гримарра, теперь уже тише, и тут же появилось ощущение ткани, вытирающей её, прежде чем месиво полностью пропитало её штаны.

— Упрямый орк, — ответила Джул, всё еще немного дрожа, и большие руки Гримарра перевернули её на спину, на этот раз мягко.

— Да, — промурлыкал он, вытирая её спереди тряпицей — одной из тех, что они начали держать в своей комнате именно для этой цели, — а затем отбросил её в сторону и натянул на неё штаны. — Ты в порядке?

Его рука широко раскинулась на её животе, скользнув под тунику, его глаза задавали вопрос, который он на самом деле имел в виду. В порядке ли их сын, и Джул проигнорировала странный спазм в животе, опустив глаза и кивнув.

Это был, пожалуй, четвертый или пятый раз, когда они делали это вот так, жестко и грубо, с невысказанной правдой, и каждый раз после этого Гримарр останавливался и спрашивал. В порядке ли ты. Больно ли это. Причиняю ли я боль тебе или нашему сыну.

Возможно, это был знак, что им следовало бы от этого отказаться, но необъяснимое, предательское тело Джул, казалось, жаждало этого всякий раз, когда он предлагал. Точно так же, как оно жаждало сладости, ежедневного посасывания его семени, того, как его большое тело мягко говорило с ней в темноте, двигаясь над ней, когда её ноги крепко сжимали его, а его член был глубоко зарыт между ними.

— А ты? — тихо спросила Джул, подхватив его вопрос к ней, и Гримарр кивнул, глядя вниз, пока заправлял себя обратно в штаны.

— Да, — коротко ответил он. — За это я благодарю тебя.

Он бросил на неё короткий взгляд, а затем снова отвернулся, и Джул сглотнула, не сводя глаз с его лица. Он имел в виду, что это помогло справиться с гневом, даже она видела это, и это помогало каждый другой раз, когда он брал её подобным образом. Забирая гнев, выпуская его наружу, возвращая его на свое место.