Чтение онлайн

– В общем, - продолжил маг, широко улыбаясь, - Мара проклинала себя за то, что убила своего возлюбленного своими же руками. И уже приготовилась уйти в монастырь и дать обед безбрачия, как в город вернулся Син-Дзано и в руках он держал не одну ромашку, а огромнейший букет.

– О Син-Дзано, любовь моя, - бросилась к нему на грудь Мара, - как же я рада, что ты вернулся. Идем же скорее в храм - я стану твоей женой.

– О прекрасная Мара, любовь моя, - отвечал ей сумрачный Син-Дзано, - сердце мое чувствует, что дома, где я давно не был, случилась беда. Молю тебя отпустить меня. Я вернусь к тебе, как только увижу, что моим близким более не угрожает опасность.

– Маре ничего не оставалось как отпустить своего возлюбленного, - мэтр доел весь свой завтрак и нацелил свои палочки на мой салат.
– Но на прощание Син-Дзано попросил подарить ему колечко с жемчугом, с которым волшебница никогда не расставалась, ибо существовала легенда, что в этом кольце скрыта небывалая мощь, позволяющая повелевать водной стихией. Потерявшая от любви голову, Мара отдала ему свою главную ценность. И принялась ждать его возвращения.

Год прождала Мара своего возлюбленного, но он не приезжал, и вестей от него никаких не было. И вот волшебница решила сама поехать к нему и помочь, чем сможет. Через месяц Мара прибыла в тот город, где по слухам проживал Син-Дзано и… Как ты думаешь, что же она там узнала?

– Син-Дзано умер?
– предположила я сразу самое худшее.

– Нет.

– Стал калекой?

– Нет.

– Война или ужасная эпидемия не давала ему возможность вернуться к любимой?

– Да нет же! Еще идеи есть?

Я развела руками - идей не было.

– Син-Дзано женился на другой девушке и подарим ей то самое кольцо, которое выпросил у Мары.

– Не может быть!
– поразилась я коварству юноши.
– Получается, он специально добился любви Мары, чтобы заполучить волшебное кольцо? И подарить его своей настоящей возлюбленной?

– Совершенно верно. История в общем-то банальная. Эту Сайри он знал с детства - они вместе росли, и любил очень давно. Но девушка на предложение руки и сердца ответила отказом. Уж не ведаю, что такого могло случиться между ними, но Сайри пообещала, что если Син-Дзано выполнит три ее желания, то она выйдет за него замуж. По первому ее желанию, юноша должен был показать свою силу и храбрость - Син-Дзано сразился с Комо-До, огромным ядовитым ящером, отравляющим воду в реке и колодцах. Син-Дзано убил ящера и принес его голову Сайри. Вторым испытанием стало испытание ума и сообразительности. Юноша отправился в суд, где решались уголовные дела и распутал казалось бы очевидное дело. Одного бедняка обвиняли в убийстве благородного Син-Кори, но Син-Дзано, проявив недюжинную смекалку, смог доказать, что преступление совершил брат убитого, воткнувшего в спящего Син-Кори отравленный кинжал. По третьему желанию, как ты уже понимаешь, необходимо было совершить какое-нибудь безумство, а именно, добыть для нее, Сайри, могущественное кольцо волшебницы Мары. Как он это сделает, Сайри не волновало и Син-Дзано отправился в город, где жила Мара.

– А там его опять ждали испытания, - хихикнула я.
– И что же было дальше?

– Дальше был гнев Мары. Девушка, узнав всю правду, прокляла и Сайри, и Син-Дзано. И удалилась в небольшой монастырь, расположенный недалеко от города, где она жила. Очень часто она приходила к ручью, берущего свое начало из подземных источников, и оплакивала свою несчастную судьбу. В часы когда Мара плакала, всегда шел дождь, отчего многие поля затопило, а пастбища превратились в болота. Долгие месяцы Мара плакала и никто, и ничто не могло ее утешить. За это время, горе волшебницы трансформировалось в гнев, а гнев - в ненависть. А ненависть в свою очередь - в стремление отомстить. Смесь горя, гнева и ненависти затмила ясный разум девушки и она, использовав остатки своих магических сил, превратилась в огромную волну и понеслась в город, где жил Син-Дзано со своей женой, сметая все на своем пути. Так погибло три крупных города и множество деревень. Зато появилась новая река, названная Марой - с весны по осень весьма мирная и тихая, зато зимой разливается так сильно, что затапливает земли на сотни метров от истока до устья. Это-то явление и называют ‘Гневом Мары’. Но когда вода сходит, остаются плодороднейшие земли, дающие не бывало богатый урожай.

– Это все из-за обманщика Син-Дзано, - пробурчала я, запихивая в рот последний кусочек сладких фруктов.

– Согласен с тобой - ему следовало выбрать иной способ заполучить кольцо. Раз мы поели, - мэтр оглядел пустые тарелки, - то давай пойдем - я покажу тебе коров на дереве.

Коровы на дереве - это нечто чудесное!

Несколько огромных подвесных полей, на которых паслись местные буренки, свинки и барашки. Отдельные поля с искусственными водоемами были отведены для домашней птицы. А вот козы скакали по деревьям, словно по горам, заходили без спроса в ограды в поисках вкусненького - хозяйки, готовившиеся ко сну, шикали на них, выгоняя из своих подворий.

– Вот же какие люди выдумщики бывают!
– восхитился мэтр.
– Эльфы бы ушли отсюда, а люди живут. Почему смотришь на меня с такой жалостью?

Мы с мэтром находились в просторном сарае на одном из коровьих полей. Здесь уже почти ночь, а у нас близится полдень - было странно и удивительно наблюдать такую перемену во времени дня.

– Вы выглядите больным - какой-то бледный и истощенный, - я отвела от мага глаза.

– Мне второй день как отлегло, Василика, - неохотно признался мэтр.

– Приворот?

– Ага, - печально подтвердил маг.
– Ты не представляешь через что мне пришлось пройти. Я перепробовал буквально все - от банальных отворотов, до шаманских плясок с бубном. Ничего не помогало!

– А почему отлегло?

– Видать высшие силы поняли, что я не сдамся без боя, и сжалились надо мной.

– Высшие силы?
– с сомнением протянула я.

– Зря ты с таким недоверием относишься к моим словам. Если мы не верим в богов и не поклоняемся им - это еще не означает, что они над нами не властны. Да и не богов я имел ввиду.

– А что?

– Магию в чистом виде, как она есть. По урокам философии магии ты уже должна знать, что эльфы чтут Эу - что-то вроде коллективной памяти, драконы - извечный и бесконечный Хаос. Его же они называют чистой магией или магической эволюцией. Наши маги тоже чтут Хаос, но для нас он прежде всего символизирует космос и все космические силы…

– Ой только не надо здесь эту словесную муть разводить, - взмолилась я.

– Зря ты так. Тебе как магу сильному, Повелительнице стихий, в первую очередь необходимо заняться философией. Это поможет развить магические силы по максимому. Но главное уяснить рамки дозволенного. Да, есть закон, но он не абсолютен и его легко нарушить, и наказание порой бывает жестоким - лишение магических сил. Но оно не несет ни моральной кары, ни понимания произошедшего - закон снова и снова будет нарушаться. В отличие от рамок, которые маг установил сам себе.

– Хм, - усомнилась я в словах мэтр, - если маг сам устанавливает для себя границы и действует в пределах их, не может ли случится так, что пределы эти будет установлены гораздо ниже, чем позволяет закон?

– Нет. Такого не может быть. Рамки наоборот более жесткие.

– Хм, - повторила я.

– Не веришь?
– в ответ на вопрос я покачала головой.
– Я, как главный судья герцогства, каждый день разбирающий уголовные дела магов, уверяю тебя, что закон нарушают слабые маги, маги средней силы - реже, сильные - крайне редко. Маги, равные мне по силе, - никогда. Ибо абсолютно четко понимают, что Сила - величайший дар, который ой как сложно получить, и невероятно просто потерять. Чем больше Силы - тем рамки жестче. Это непреложный закон.

– А как же Вэйд Черный?
– спросила я о самом страшном преступнике всех времен и народов.

– А Вэйд и не был сильным магом. Точнее его могущество имело искусственное происхождение. Он практиковал запрещенные ритуалы отъема Силы и накачался так, что с ним едва могли справиться десять сильнейших магов, трое из которых были Повелителями четырех стихий. Тебе я советую все же поднажать на философию магии. Тем более, что это первая ступень к Посвящению.

– К Посвящению?
– взвизгнула и попятилась от мага.