Чтение онлайн

– Леди Василика, как вы выросли-то! Стали настоящей красавицей!

Мы с Найдин крепко обнялись. Лорд Родерик хмуро молчал. Заговорил, когда мы с Найдин отлипли друг от друга и наступило неловкое молчание.

– Найдин, приведите леди Василику в должный для нее статуса вид и сопроводите в мой кабинет, - развернулся и ушел вглубь дома.

Печально это сознавать, но не все меня здесь рады видеть.

Мне дали умыться и переодеться с дороги. И немного перекусить. Найдин весело щебеча заплела мне красивые косы. Рассказала, что беременность протекает более чем благополучно и вскорости ждем такого же благополучно исхода. Я была рада это слышать и заразилась от девушки беспечностью и веселостью. Хотя волновалась я изрядно. Последняя встреча с матерью закончилась плохо. И вот совсем скоро я снова ее увижу.

Разговор с отчимом, точнее его издевательский диалог, был неприятен, но я со спокойным лицом его выслушала.

– Не могу сказать, что рад тебя видеть, Василика, но Вери все же права - в столь радостный момент для всей нашей семьи, все ее члены должны быть вместе. Не взирая на недостойное поведение и позорящие честь рода поступки.

Это он про мэтра Власа и наше с ним ‘свидание’. И странное поведение мага в январе и феврале. Общество все-таки познало о болезненной привязанность герцога ко мне, тринадцатилетней девчонке. И было весьма удивлено - слухи о скорой свадьбе мэтра стали курсировать с новой силой от салона к салону, от бала к балу и порастали все новыми подробностями. Мэтр никак не реагировал на слухи, а вот лорд Райзенде примчался требовать сатисфакции. Что он хотел получить от герцога, сам герцог так и не понял, но сказал, что готов жениться на мне хоть прямо сейчас. Отчим пошел на попятные и разговор закончился обсуждением молочной реформы его высочества принца-консорта Алиара.

– Я бы тебя и на километр не подпустил к жене, - продолжил Родерик, - но… она хочет видеть тебя. И я не вправе ей отказывать. Ступай, она ждет тебя. Амалрих, будь добр, проводи.

Управляющий услужливо закрыл за моей спиной дверь и я осталась с мамой наедине. Обтерла о юбку вдруг вспотевшие ладони. Неприлично, конечно, но я никак не могла унять волнения.

– Добрый день, матушка, - тихо произнесла я с необходимым в таких ситуациях книксеном.

Наверное я очень тихо поздоровалась - мама даже не шевельнулась.

– Мама, - чуть громче и присмотрелась к лежащей на кровати женщине. Спит.

Жаль, но будить ее не буду. Просто посмотрю.

Несмело, очень осторожно подошла к кровати, села на край, огляделась. Ничего не изменилось - все та же большая богато обставленная комната - стены, обитые кремовым шелком с причудливым узором, шкаф с зеркалом во весь рост, удобный диван с двумя креслами и столиком. Те же книжный шкаф, комод и пианино и туалетный столик около кровати уставлен разными баночками и коробочками. И даже ковер на полу все тот же.

Повернулась к матери и стала разглядывать ее лицо. Почему лицо искажено мукой? Не уже ли сниться кошмар?

– Мама, - я взяла ее ладонь в свои руки и напряглась.

Рука была холодной, неживой. И я не чувствую, что мама дышит. Вскакиваю с постели и откидываю покрывало, которым мама была укрыта.

Правая ладонь отсутствовала. Она лежала рядом с телом. В нее был вложен окровавленный молоток. Рука от запястья до локтя - кровавое месиво. В плече дыра и огромнейший синяк, уходящий вниз к груди под ткань ночной рубашки.

Я как во сне взяла молоток и смутно начала вспоминать, что когда-то давно, когда я была еще совсем маленькой, маме приснился сон… что я убью ее. Забью молотком до смерти.

Но как же это? Да что же это?

– АААААААА…

Страшный крик и звяканье серебряного подноса о мраморный пол привели меня в чувства. Кричала Найдин. Она в панике счала ладонями голову и выла на одной ноте, глядя на меня сжимающую окровавленный молоток в руке. Я тоже на него посмотрела и, вздрогнув, отбросила.

– Что тут происходит?
– раздался требовательный голов Амалриха из коридора, но через мгновение он заглянул в комнату, - О Святые Небеса! Найдин, не смотрите на это! Идемте!
– И он подхватил ничего непонимающую девушку под локоток и куда-то потащил.

– Что случилось, - в комнату широким шагом вошел Родерик, огляделся, увидел…

– Да как ты могла, дрянь!

Сильный удар по лицу отбросил меня к столбику кровати. Я ударилась о него головой, сползла вниз. Мир потемнел.

Очнулась я в своей старой комнате. Надо мной склонился Олдман тей Арцт, наш семейный доктор. Он совал мне под нос какую-то вонючую ватку. Я застонала и оттолкнула руку.

Увидев, что я пришла в себя, отошел к столику, где были разложены его инструменты, начал их собирать. Все в полной тишине, не глядя на меня. Только оказавшись у двери он обернулся и тихо выдавил:

– Леди Веренея умерла. И ваша сестра тоже, - опустил голову, подбородок его дрожал.
– Зачем же вы так, Василика?

И вышел.

Он считает, что я убила маму. Они все считаю, что я убила маму.

Через час или два пришли какие-то люди в форме полицейских. Задавали вопросы - я что-то отвечала, что не помню. Допрос длился долго, очень долго. Они то ласково убеждали меня согнаться в преступлении, то угрожали страшной расправой. Особенно усердствовал Родерик. Его в конце концов попросту выгнали с допроса. Полицейские ушли когда совсем стемнело, напоследок сказав, что завтра утром меня куда-то заберут.

Остаться одной в темноте было особенно жутко. До тошноты страшно.

– Нельзя поддаваться панике, - пробормотала я сама себе.
– Нужно подумать как связаться с Алеком. Он обязательно поможет. Во всем разберется.

Увы, самым простым способом, который я нашла, было сновидение. Теорию снохождения Алек рассказывал нам четыре года назад, тогда когда мы только познакомились, а на практике, к сожалению, попробовать мы так и не удосужились.

Теорию помню преотлично, но не знаю спит ли сейчас Алек. Да и смогу ли я сама заснуть?

Визитка связи осталась в школе. Я пользовалась ей как закладкой для учебников. Говорил же Алек всегда носить ее с собой, мало ли что может случиться. Никаких других артефактов связи у меня не было. Даже почтовой шкатулки - она стоит в холле на комоде, но выйти из комнаты я не могу. Двери заперты, а за ними охрана.

Ментальную связь с магом я так и не наладила. Только с Эми и то она работала на расстоянии не более пятидесяти метров. Не хватало практики.

Все-таки пробраться в холл к почтовой шкатулке мне представлялось проще, чем использовать сны. Есть полог невидимости и тишины. Надо написать письмо о помощи.